Кровавый режим (к годовщине первых жертв Майдана)
0
Что делает режим кровавым? Только кровь. Только жертвы. Первые жертвы кровавого режима хунты появились незадолго, до их официального прихода к власти.
Уже почти три месяца в Киеве шли протесты. Народ входил во вкус безнаказанности и вседозволенности. Боевики уже начали открыто вооружаться. 19 января впервые были применены против «Беркута» коктейли Молотова. Очень скоро при их помощи будут сожжены как минимум 148 мирных одессита. Это будет очень скоро по меркам истории (3.5 месяца). Но за это время Украина перейдет грань МИРА и ВОЙНЫ. Причем организаторы перехода делают все, чтобы мы НИКОГДА больше ее не перешли обратно.
Как же это было? Как так могло случится, чтобы народ, который гордился своим миролюбием превратился в кровожадное стадо, которое стало требовать все новых и новых жертв. До сих пор не могу понять постоянных призывов «простых» украинцев летом и осенью 2014 года навести «конституционный» порядок на Украине (тогда это называлось именно так и многие жители страны делали все, чтобы армия Украины утопила Донбасс в крови, пусть даже не осознавая это в полной мере). Конечно ему (народу) помогли оскотиниться. Помогли «добрые друзья», которые всегда готовы прийти на помощь, особенно тогда, когда им это выгодно. В данном случае к вопросу подошли творчески.
Поэтому идея с «сакральной жертвой», только на этот раз полноценной, то есть мертвой, стала естественным продолжением логики развития переворота в исполнении Турчинова и компании. Кастинг на роль такой жертвы начался с кандидатур журналистов «Украинской правды» – Сергея Лещенко и Мустафы Найема. Однако предложенные кандидаты на роль сакральной жертвы были отвергнуты из-за того, что слишком уж явно прослеживался сюжет с убийством Георгия Гонгадзе (создателя «УП»). Еще один труп журналиста из «УП» – это перебор. Вот так, «мирно», за чашечкой кофе, в уютных креслах партийного офиса «Батькивщины» шло обсуждение наиболее перспективных жертв «кровавого режима Януковича». И тут пастор вспомнил о фильме украинского режиссера Сергея Проскурни «Тарас Шевченко. IDентификация». Этот фильм еще в декабре 2013 года ему принес Николай Томенко, который, в свою очередь, взял копию фильма у автора - Сергея Проскурни. Он больше известен как театральный режиссер, крайне активный участник первого, «оранжевого майдана». Фильм о Тарасе Шевченко, премьера которого с помпой состоялась в Мистецьком арсенале в 2013 году, основывается на простой идее: люди различных национальностей, живущие в разных странах, рассказывают о своем отношении к украинскому поэту. Там есть эпизод, когда молодой армянин Сергей Нигоян читает стихи Шевченко. И вот оказывается, что этот армянин уже третий месяц стоит на майдане. Как все «удачно складывается»... Вторая «сакральная жертва» – молодой, двадцатипятилетний белорус Миша Жизневский – была выбрана с учетом его национальности. Родственники Жизневского далеко в Белоруссии, выступать не будут. А если брать украинца, то его родственников затаскают следователи. Логика Пастора была простой: один труп можно списать на случайность, а два – это уже система, козырь для давления на «кровавый режим Януковича».
…. Жертвы выбраны были удачно. Когда пробил час, они появились на майдане:
22 января, рано утром, все информационные выпуски Украины открывались одной новостью – о трагической гибели героических защитников майдана Сергея Нигояна и Михаила Жизневского. Причем сначала стало известно о Нигояне, а потом о Жизневском. Это, конечно же, был сильный удар по Януковичу. МВД стало проводить расследование. Однако в условиях «народного возмущения», активно раздуваемого лидерами оппозиции, предварительным результатам следственных действий никто не верил. Тем не менее следствие выяснило, что Нигояна убили в ночь с 21 на 22 января в районе гостиницы «Днепр». Труп подбросили поближе к месту дислокации «Беркута» на улице Грушевского. Даже появилась версия, что Нагоян упал с балюстрады стадиона «Динамо», убитый выстрелом «беркутовца». Вскрытие показало, что Нигояна, как и Жизневского, убили из охотничьего оружия. У первого два проникающих ранения дробью в области сердца и одно ранение в голову. Судя по всему, добивали для верности. У второго – сквозное ранение грудной клетки охотничьей пулей. На вооружении сотрудников правоохранительных органов, понятное дело, подобного оружия не было. Министр МВД Захарченко заявил, что правоохранители и служащие внутренних войск находятся на Европейской площади без табельного оружия. Никто из них не применял и не мог применять его против демонстрантов. Однако на фоне массовой истерии, умело спровоцированной оппозицией, заявления Захарченко и представителей МВД просто игнорировались.
«Майдан» заранее назначил «убийц» – это, конечно же, прислужники «кровавого режима Януковича». Расчет делался на то, что аргументы милиции никто не станет слушать, поэтому особо не заморачивались с оружием и инсценировкой «убийств». Вот стоит «Беркут», вот лежал труп Нигояна. Кстати, где лежал труп Жизневского, «свидетели» так и не смогли точно показать. Одни кивали на стадион, другие на клумбу в центре Европейской площади. Но журналистов, в первую очередь телевизионных, это не смущало. Заявления сотрудников милиции они брали чисто для «объективности», уделяя основное время в сюжете «зверствам «Беркута», убивающего мирных протестантов». Активно распространялась версия о «снайперах «Беркута», которые и убили «героев». И никого не смущал тот факт, что выстрелы были сделаны из охотничьего оружия.
«Небесная сотня» открыла свой счет.
Уже почти три месяца в Киеве шли протесты. Народ входил во вкус безнаказанности и вседозволенности. Боевики уже начали открыто вооружаться. 19 января впервые были применены против «Беркута» коктейли Молотова. Очень скоро при их помощи будут сожжены как минимум 148 мирных одессита. Это будет очень скоро по меркам истории (3.5 месяца). Но за это время Украина перейдет грань МИРА и ВОЙНЫ. Причем организаторы перехода делают все, чтобы мы НИКОГДА больше ее не перешли обратно.
Как же это было? Как так могло случится, чтобы народ, который гордился своим миролюбием превратился в кровожадное стадо, которое стало требовать все новых и новых жертв. До сих пор не могу понять постоянных призывов «простых» украинцев летом и осенью 2014 года навести «конституционный» порядок на Украине (тогда это называлось именно так и многие жители страны делали все, чтобы армия Украины утопила Донбасс в крови, пусть даже не осознавая это в полной мере). Конечно ему (народу) помогли оскотиниться. Помогли «добрые друзья», которые всегда готовы прийти на помощь, особенно тогда, когда им это выгодно. В данном случае к вопросу подошли творчески.
Поэтому идея с «сакральной жертвой», только на этот раз полноценной, то есть мертвой, стала естественным продолжением логики развития переворота в исполнении Турчинова и компании. Кастинг на роль такой жертвы начался с кандидатур журналистов «Украинской правды» – Сергея Лещенко и Мустафы Найема. Однако предложенные кандидаты на роль сакральной жертвы были отвергнуты из-за того, что слишком уж явно прослеживался сюжет с убийством Георгия Гонгадзе (создателя «УП»). Еще один труп журналиста из «УП» – это перебор. Вот так, «мирно», за чашечкой кофе, в уютных креслах партийного офиса «Батькивщины» шло обсуждение наиболее перспективных жертв «кровавого режима Януковича». И тут пастор вспомнил о фильме украинского режиссера Сергея Проскурни «Тарас Шевченко. IDентификация». Этот фильм еще в декабре 2013 года ему принес Николай Томенко, который, в свою очередь, взял копию фильма у автора - Сергея Проскурни. Он больше известен как театральный режиссер, крайне активный участник первого, «оранжевого майдана». Фильм о Тарасе Шевченко, премьера которого с помпой состоялась в Мистецьком арсенале в 2013 году, основывается на простой идее: люди различных национальностей, живущие в разных странах, рассказывают о своем отношении к украинскому поэту. Там есть эпизод, когда молодой армянин Сергей Нигоян читает стихи Шевченко. И вот оказывается, что этот армянин уже третий месяц стоит на майдане. Как все «удачно складывается»... Вторая «сакральная жертва» – молодой, двадцатипятилетний белорус Миша Жизневский – была выбрана с учетом его национальности. Родственники Жизневского далеко в Белоруссии, выступать не будут. А если брать украинца, то его родственников затаскают следователи. Логика Пастора была простой: один труп можно списать на случайность, а два – это уже система, козырь для давления на «кровавый режим Януковича».
…. Жертвы выбраны были удачно. Когда пробил час, они появились на майдане:
22 января, рано утром, все информационные выпуски Украины открывались одной новостью – о трагической гибели героических защитников майдана Сергея Нигояна и Михаила Жизневского. Причем сначала стало известно о Нигояне, а потом о Жизневском. Это, конечно же, был сильный удар по Януковичу. МВД стало проводить расследование. Однако в условиях «народного возмущения», активно раздуваемого лидерами оппозиции, предварительным результатам следственных действий никто не верил. Тем не менее следствие выяснило, что Нигояна убили в ночь с 21 на 22 января в районе гостиницы «Днепр». Труп подбросили поближе к месту дислокации «Беркута» на улице Грушевского. Даже появилась версия, что Нагоян упал с балюстрады стадиона «Динамо», убитый выстрелом «беркутовца». Вскрытие показало, что Нигояна, как и Жизневского, убили из охотничьего оружия. У первого два проникающих ранения дробью в области сердца и одно ранение в голову. Судя по всему, добивали для верности. У второго – сквозное ранение грудной клетки охотничьей пулей. На вооружении сотрудников правоохранительных органов, понятное дело, подобного оружия не было. Министр МВД Захарченко заявил, что правоохранители и служащие внутренних войск находятся на Европейской площади без табельного оружия. Никто из них не применял и не мог применять его против демонстрантов. Однако на фоне массовой истерии, умело спровоцированной оппозицией, заявления Захарченко и представителей МВД просто игнорировались.
«Майдан» заранее назначил «убийц» – это, конечно же, прислужники «кровавого режима Януковича». Расчет делался на то, что аргументы милиции никто не станет слушать, поэтому особо не заморачивались с оружием и инсценировкой «убийств». Вот стоит «Беркут», вот лежал труп Нигояна. Кстати, где лежал труп Жизневского, «свидетели» так и не смогли точно показать. Одни кивали на стадион, другие на клумбу в центре Европейской площади. Но журналистов, в первую очередь телевизионных, это не смущало. Заявления сотрудников милиции они брали чисто для «объективности», уделяя основное время в сюжете «зверствам «Беркута», убивающего мирных протестантов». Активно распространялась версия о «снайперах «Беркута», которые и убили «героев». И никого не смущал тот факт, что выстрелы были сделаны из охотничьего оружия.
«Небесная сотня» открыла свой счет.