Вернется ли нефть по сто?

Сейчас уже сложно сказать, что тут причина, а что следствие. Ряд аналитиков рынка убеждены, что зафиксированный рост цен на нефть на мировых рынках вызван решением OPEK+ продолжать сохранять сниженные объемы добычи. На итоговой пресс-конференции  участники саммита в Алжире четко обозначили свою приверженность полного соблюдения так называемых "венских соглашений" по ограничению объемов добычи для ценовой стабилизации рынка. Все просьбы Трампа ее отменить оставлены без ответа.

С другой стороны, не исключено и обратное. Именно отмеченный на торгах 25 сентября рост цен фьючерсов на Brent до 82 долларов (т.е. до уровня докризисной осени 2014 года) послужил доказательством верности избранной стратегии, а значит стимулом ее сохранения в среднесрочной перспективе.

Впрочем, скорее всего, тут сказался общий синергетический эффект от суммы событий в мире. С одной стороны, сократился объем предложения ключевых поставщиков, в первую очередь, Саудовской Аравии и России. С другой, сказались американские санкции против Ирана, вызвавшие, вероятно, существенное сокращение его нефтяного экспорта. По крайней мере, ряд источников отмечает отказ некоторых крупных европейских покупателей, а также Индии от ее приобретения.

Кроме того в последнее время возникли серьезные проблемы с добычей в ряде других, ранее значимых источников. В частности, из игры выбыли Венесуэла и Ливия, а добывающие платформы в Мексиканском заливе перешли на сниженную нагрузку по причине сезона штормов в этом году оказавшихся необычайно сильными.

В любом случае факт остается фактом. Цены на нефть устойчиво пошли вверх. Хоть и слегка просев после пикового рывка, Brent сейчас находится у отметки 81,86 долл, WTI котируется по 72,4 долл. Ведущие инвестбанки планеты прогнозируют дальнейший рост цен Brent с выходом (так считают, например, аналитики Bank of America Corp) на 80 долл за баррель в среднем по всему 2019 году. Это значит, что, минимум, треть периода они должны находиться где-то "возле 90".

Отсюда возникают два вопроса. Первый – степень реальности возврата к докризисным котировкам, скажем, в 100 долл за бочку. Второй – как это отразится на рынке в целом.

Начать стоит с конца. При всех публичных пожеланиях притормозить рост цен со стороны США, следует не забывать, что именно Америка в наибольшей степени заинтересована в их росте. Значит нельзя исключать, что сами просьбы делаются с прямо обратной целью. Уже на текущем уровне рынка возвращается рентабельность американской сланцевой добычи. Она, во-первых, начинает выходить из долгового кризиса, во-вторых, постепенно увеличивает размер денежного потока направляемого на расширение добычи. И даже освоение новых месторождений.

Таким образом, получается, что стратегия ОПЕК+ как бы ведет к собственноручному выращиванию себе сильного конкурента, который и воспользуется львиной долей ее результата. Вряд ли столь очевидный вывод не виден аналитическим службам ключевых игроков. 

Логично предположить, что там сидят отнюдь не дилетанты, следовательно, вопросом дня сегодня является – какую стратегию в долгосрочной перспективе там сочтут более выгодной. В целом их две.

Первая заключается в удержании цен в коридоре от 75-78 до 85-90 долл за бочку европейского эталона. Это даст возможность нам и Королевству хорошо зарабатывать на имеющихся объемах, помимо всего прочего еще экономя имеющиеся запасы. Американцы, понятное дело, вздохнут чуть свободнее тоже, но не так чтобы совсем вольно, и, самое главное, они окажутся в замкнутом круге ценовой ловушки.

Стоит им начать добывать и экспортировать сколько-нибудь сильно больше, или, в конце концов, хотя бы существенно сократить собственный импорт за счет замещения внутренней добычей, как цены рынка снова пойдут вниз. Не исключено падение до отметок долларов в 50, безусловно, не так вкусных, но в целом приемлемых нам, и однозначно разрушительных для сланцевой добычи Америки. А так как она служит важным драйвером национальной экономики, то любые ее проблемы немедленно ведут к лихорадке в других отраслях. Прежде всего, в финансах и на бирже. 

Иными словами, ограничением американской жадности становится риск самоубийства, как правило, самый эффективный из всех существующих. В результате на удержании цифр в указанном коридоре зарабатывают все, но при этом мы с саудовцами раз в пять больше. Более того, на растущем рынке у ведущих потребителей возникает сильный интерес к максимально долгосрочным контрактам с гарантированными объемами по фиксированной цене. А так как их количество в мире не сильно велико, то в таких условиях мы можем предоставить большую, чем американцы, скидку от рынка, то появляется возможность аккуратно отжать у США некоторую его дополнительную долю.

Вторая стратегия выглядит сложнее в реализации, но глобальнее по целям. Если подождать, пока сланцевые добытчики в попытке скорейшего освоения рынка, снова перекредитуются, а потом обрушить цену опять до тех же "50 за бочку", то открывается перспектива заметно осложнить жизнь всей американской экономике в целом. А значит, и в определенной степени ограничить ее политические возможности. Особенно геополитические.

И вот что в данном случае покажется важнее сегодня и становится ключевой интригой текущего момента.