Что происходит в Ливии, почему это невыгодно США и важно для России
Что происходит в Ливии, почему это невыгодно США и важно для России
Нынешняя политическая ситуация в Ливии начала приходить в своё драматичное состояние после циничной расправы над Муаммаром Каддафи.
Хилари Клинтон зубоскалила тогда перед объективами телекамер: мол, вот что бывает с врагами самой человеколюбивой и демократичной супердержавы на свете.
Тональность самодовольства и наглой уверенности в собственном праве приносить хаос и насилие в любой уголок мира на тот момент доминировала в американских политических элитах.
А потом был неожиданный сирийский провал, дипломатическая оплеуха от маленькой Северной Кореи, срыв антииранских санкций и морской блокады торговых путей Китая, признание официальным Вашингтоном «неэффективным» давления на Москву...
И вот теперь круг, что называется, замкнулся. То, что началось как зарядная «смена режима» и предполагалось как создание очередного «карманного» вассала, обернулось для янки новым громким геополитическим поражением, уже далеко не первым за минувшие 8 лет. Но — обо всём по порядку.
После кончины Каддафи демократия в Ливии почему-то так и не наступила. Вместо обещанного процветания нация раскололась на три части. Столицу, город Триполи, контролировал марионеточный режим, правивший по указке из США, поддержанное Британией и большей частью членов ЕС. На богатом нефтью Востоке обосновался пользующийся авторитетом населения генерал Халиф Хафтар, на которого Штаты и их союзники тут же наложили топливное эмбарго, принуждая вести торговые дела строго через своих вассалов. А некоторые (в основном — приграничные) районы стали вотчиной разношёрстных террористических организаций и союзов местных племён. На три —четыре года воцарился хрупкий мир, и разобщённая Ливия даже умудрилась сохранить позиции на международном рынке экспортёров энергоносителей.
В 2014 году Хафтар предпринял наступление на Бенгази, где на тот момент ещё безраздельно властвовала запрещённая в России группировка ИГИЛ. Генерал всегда был крайне амбициозным политиком.
Потому, помимо контроля над ещё одним богатейшим ресурсами регионом, он стремился получить славу освободителя соотечественников от радикальных исламистов. Конфликт длился три года. В итоге (при содействии заинтересованных в его успехе Египта и Саудовской Аравии) он одержал победу, получив в распоряжение ключевой коммерческий порт. Пока непрестанно «грызшиеся» за власть и заокеанские гранты «трипольские» группировки так и не сформировали вменяемого правительства, генерал выстроил на подконтрольных ему территориях относительно стабильное эрзац — государственное образование.
Впрочем, опытный политик и военачальник понимал: он здорово «наступил на мозоль» США, которые считают его сепаратистом, и прилёт гружёных бомбами «разносчиков демократии» по его душу — лишь вопрос сроков. В то же время он всегда декларировал необходимость воссоединения страны и возврат её утраченного суверенитета. А значит, отказа от похода на Триполи его же собственная армия ему ни за что бы не простила. После тщательной подготовки он начинает наступление на запад.
И тут оказывается, что помимо египтян и саудитов, за его спиной возникает ещё одна мощная сила. Франция.
Макрон отчаянно хочет играть самостоятельную роль в мировой политике, что для Пятой Республики автоматически означает возврат прежних сфер влияния. А тут— такой прекрасный шанс «утереть нос» Трампу
и заполучить дружественный режим в богатой нефтью североафриканской стране, имеющей пусть непростую, но долгую и потенциально выгодную историю отношений с Парижем, с которым договариваться будет не в пример проще, чем с любыми другими «внешними игроками», которым интересен транзит ливийской нефти.
А в 2018 году министр обороны РФ Шойгу принимал в Москве генерала Хафтара. Делегации имели продолжительную беседу и провели ряд консультативных мероприятий, об истинной сути которых теперь можно лишь гадать.
Так или иначе, а сегодня становится ясно: умудрённый опытом лидер летал в Париж и Москву, дабы заручиться поддержкой своей предстоящей наступательной операции со стороны держав, которым американское доминирование в регионе, скажем так, не желательно. Кремлю явно импонировало стремление своего африканского визави избавиться от террористов, для которых Штаты организовали на его родине настоящий «рассадник». А возврат углеводородного транзита в руки отнюдь не проамериканских сил и вовсе гарантирует возможность держать мировые цены на чёрное золото под относительным контролем.
Надеемся, дорогой читатель, теперь Вам станет понятнее мотивация «заламывания рук» отечественных проплаченных оппозиционеров, которые наперебой кинулись писать статейки в духе: «Путин лезет в Ливию!», «зачем нам очередная авантюра в какой-то Африке!?», «хватит вмешиваться в чужие дела, надо заниматься "домашними"!». Увы, в нынешнем глобализированном мире «чужих» проблем всё меньше, а присутствие такой крупной и сильной державы как Россия во многих уголках Земного шара — суровая необходимость, без которой Фонд национального благосостояния РФ, наполняемый из-за высоких цен на «чёрное золото», не смог бы обеспечивать наши с Вами собственные национальные проекты. А центральноазиатские республики, соседствующие с РФ, уже давно охватило бы пламя конфликтов, разжигаемых переправляемыми из Африки и Ближнего Востока боевиками, взращенными, обученными и проспонсированными ЦРУ.
На момент написания данной статьи бойцы Хафтара берут под контроль столичный аэропорт. Госдеп запоздало «поднял вой», виня Россию, Китай и ещё ряд политических оппонентов в «преступном пособничестве», но его уже мало кто слушает.
Очередной акт глобального спектакля под условным названием: «Стремительное угасание американской гегемонии» — состоялся.
