Теневыми заказчиками мемориальной доски, вероятно, стали преемники Япончика. О мафиозных делах «голоса поколений» говорили много, к сожалению, находя подтверждения. Сомневаться в этом не приходится, учитывая общеизвестные факты биографии мэтра. Напомним, что его призирало ФБР, «повесив» оборот наркотиков и оружия и доказав близкую связь с криминальным авторитетом Япончиком. Нередко в окружении Иосифа Кобзона видели авторитетов по прозвищам Михась, Тайванчик, близким другом был и Отари Квантришвили, которого Кобзон выставлял «Робин Гудом» современности. Каждый участник этой своры – вероятно, массивный рычаг влияния на все ветви власти в России, более того, с высшими чинами преступники предпочитают дружить. Однако больше всего Кобзон, даже находясь в Госдуме, чтил память своего друга Япончика. Как известно, умереть может лишь тело преступника – имя устрашает веками. Так, его место быстро занял Алексей Суворов по прозвищу Лёня Хитрый. Коронованный Япончиком преступник также возглавляет Славянский криминальный клан Москвы и, по некоторым данным, дружит с администрацией города. Известные связи «мафиози» Кобзона и криминальной легенды Япончика не могли кануть в лету, и память хотя бы об одном из них всё же решили оставить на камне: так, «Мосреставрация» запустила тендер на установку мемориальной доски Иосифу Кобзону на здании Российской академии музыки имени Гнесиных. Один из участников тендера – главный скульптор Москвы при новой власти Салават Щербаков. Без сомнений скандальный скульптор приложит руку к доске за 2,7 млн рублей, и вот почему. Щербаков не стесняется говорить, что в круг его друзей входит семейство Кобзона и глава Минкульта Мединский. Ваятель также главный исполнитель заказов Российского военно-исторического общества, созданного по инициативе Владимира Путина и возглавляемое министром. Щербаков получил известность абсурдными творениями, противоречащими истории, фактам и здравому смыслу. Так, на памятник Калашникову он поместил схему сборки StG 44. Да и сам конструктор похож на «братка» из 90-х. Памятник князю Владимиру с шапкой Владимира Мономаха москвичи, оскалив зубы, назвали «Байкер Хирург меняет профессию». Подобных ляпов в карьере Щербакова пруд пруди. Но он всё равно получает лучшие госзаказы. Получит он, наверняка, и проект «мемориальная доска». Заказ на неё мог поступить от упомянутого преемника Япончика при поддержке Тайванчика прямо в администрацию Минкульта. Расставшись в 2017-м с Кобзоном в ссоре, Мединский не стал бы подставлять себя и от имени Министерства заниматься «канонизацией» звезды. Доверить создание доски он решил одной из подконтрольных ему организаций – «Мосреставрации», которая вообще непонятно какое отношение имеет к таким работам, о чём говорится на сайте госучреждения. Кроме того, в «Мосреставрацию» намного проще протащить настолько авторитетного Щербакова. Сам скульптор только рад приложить руку к увековечиванию своего «друга», которого мир считает королём оргпреступности в России. Впоследствии все казусы, связанные с работой Щербакова, будут отбеливать люди Мединского, как это бывало не раз.
