Секс вместо еды. Анна Семенович рассказала о диете, своей груди и крысах
В интервью "Стархиту" певица Анна Семенович откровенно рассказала, что ценит в мужчинах больше всего, что купила на первый миллион и почему не торопится замуж.
— Когда заработала первый миллион, быстро его потратила: купила маме новую кухню, себе — шубу. Остальное как-то растаяло.
— Обижает, когда люди не смотрят в глаза. Значит, человек неискренен в общении, что-то скрывает или пытается обмануть.
— Никогда бы не стала петь дуэтом с любимым в постели. Да и вообще со своим избранником не стала бы петь, он нужен совершенно для другого. Надеюсь, не надо объяснять, для чего именно?
— Чтобы я захотела пойти под венец, мужчина должен быть немым. Со мной — как на допросе в кино: каждое слово может быть использовано против вас.
— До сих пор не замужем, потому что не особенно туда хочу. Устраивает то, как сегодня выстроены наши отношения. Это моя позиция. Никаких уз брака.
— Когда появятся дети, я не знаю, что буду делать. Мне кажется, что женщина понимает всю суть материнства только после рождения ребёнка. Можно прочитать кучу литературы, послушать рассказы подружек. Но опыт — он только твой, индивидуальный.
— На самом деле моя грудь — кормилица. К ней уже 15 лет приковано такое пристальное внимание, что ещё не ясно, кто из нас популярнее — я или она.
— Больше всего из еды люблю жареную картошку. Её гениально готовила бабуля. Легко могу сесть и слопать целую сковородку. Конечно, потом себя за это очень ругаю, назначаю штрафные часы на беговой дорожке. Такое случается максимум раз в месяц.
— Когда по ночам хочется есть, я занимаюсь сексом. Правда, после голод ещё больше. Приходится вновь заниматься сексом до утра и дожидаться завтрака.
— Хотела бы быть похожей на Анну Семенович. Я много и упорно работала и работаю над собой, духовным, интеллектуальным и профессиональным ростом. Сделала себя сама. И вполне довольна результатом.
— До ужаса боюсь крыс. Помню, как в Париже, у Нотр-Дам де Пари, где эти ужасные животные буквально гуляют пешком под ручку, так испугалась, что запрыгнула на высокий парапет и громко закричала.
— Самый глупый слух, который распускали обо мне, — что я трансвестит. Одно низкопробное издание усомнилось в моём женском начале. Ничего нелепее не читала. Но благодаря этой публикации родные перестали остро реагировать на другие небылицы.