Украина. Любимая жена господина дяди Сэма
Кто о чём, а мы, стало быть - про хохлов. Почему про хохлов а не про негров, или не про якутов, тоже можно понять. Негры - они сами по себе живут, никого не трогают окромя тех, кто сам к ним приблизился или не так посмотрел. И якуты тоже сами по себе живут и тоже никого не трогают кроме оленей и геологов. Так геологи однако сами виноваты, всю тундру перекопали, вот якуты и регулируют их поголовье помаленьку. Другое дело хохлы. Они как с катушек слетели четыре года назад, так до сих пор не могут войти в разум. Обзывают нас агрессорами, армию нашу ищут с недобрыми намерениями, явно желая её уничтожить, на радость своим заокеанским хозяевам. Вот об этих хозяевах мы и поговорим на этот раз.
Что такое Америка в глазах украинца? Хохлы почтительно и даже местами панибратски называют американцев "наши друзья и союзники". Украинцы всегда рады услужить американцам, раскрывают перед ними объятия, двери различных ведомств, кабинеты и сейфы службы безопасности и даже президентские апартаменты. Украинские женщины тем же манером с обожанием и почтительностью раскрывают перед американцами свои мохнатые недра. Со стороны "друзей и союзников" же наблюдается покровительственное любопытство и пользовательский интерес. Такое можно встретить во взгляде собаковода-наставника, которому привели для оценки дрессированного пса. Псу при этом подают различные команды, а наставник следит за тем, насколько старательно и умело псина отрабатывает свою порцию "Pedigree", сколько можно из неё выжать упражнений, насколько она будет полезна в той ситуации, для которой предназначена. Украинцы этого упорно не замечают, или боятся себе признаться в том, что их назначение - не роль союзника, и тем более друга, а несколько иная. В служебном собаководстве дружба не вписана в инструкции и распорядки.
Украинцы предпочитают пребывать в зоне комфорта, в этом они похожи на Гюльчатай из кинофильма. Радостная Гюльчатай с криком "господин назначил меня любимой женой!" металась по двору, но у господина была своя жена - далёкая, но любимая и желанная. Так и с американцами. Украинец для американца есть русский, и любимой женой не будет ни при каких условиях. Это на самом деле так. Чего бы там хохлы про себя ни насочиняли, какую бы ни выдумали себе историю, пахнущую свежей типографский краской и анашой, русскими они были, русскими и останутся. Но после того, как хохлы заскакали и заверещали "москалякунагиляку!", извечная мечта американца: "как бы сделать так, чтоб этих русских не было?" приблизилась и поманила открывшейся возможностью создать кровопролитный конфликт между русскими. Который может привести к существенному сокращению их численности и потенциала собственными руками. Сокращению подлежат все русские, это само собой, где бы они не проживали, в окрестностях Киева или под Москвой. В современных обстоятельствах в случае такого конфликта те, кто называет себя украинцами, будут уничтожены полностью, но и те русские, которые русские, тоже понесут немалые потери. Что, собственно, и требовалось.
Это главное и единственное, что никак не дойдёт до хохла, покуда он пребывает в одурманенном самосознании и самовосприятии. Искажённое, искусственное представление себя кем-то иным, но не русским ни в коем разе, в то время когда все окружающие по праву считают их русскими, доведёт хохлов до самовыпиливания из европейской фауны в худшем случае, а при текущем положении вещей уже довело до большой беды, по факту до катастрофы.
Что такое Америка в глазах украинца? Хохлы почтительно и даже местами панибратски называют американцев "наши друзья и союзники". Украинцы всегда рады услужить американцам, раскрывают перед ними объятия, двери различных ведомств, кабинеты и сейфы службы безопасности и даже президентские апартаменты. Украинские женщины тем же манером с обожанием и почтительностью раскрывают перед американцами свои мохнатые недра. Со стороны "друзей и союзников" же наблюдается покровительственное любопытство и пользовательский интерес. Такое можно встретить во взгляде собаковода-наставника, которому привели для оценки дрессированного пса. Псу при этом подают различные команды, а наставник следит за тем, насколько старательно и умело псина отрабатывает свою порцию "Pedigree", сколько можно из неё выжать упражнений, насколько она будет полезна в той ситуации, для которой предназначена. Украинцы этого упорно не замечают, или боятся себе признаться в том, что их назначение - не роль союзника, и тем более друга, а несколько иная. В служебном собаководстве дружба не вписана в инструкции и распорядки.
Украинцы предпочитают пребывать в зоне комфорта, в этом они похожи на Гюльчатай из кинофильма. Радостная Гюльчатай с криком "господин назначил меня любимой женой!" металась по двору, но у господина была своя жена - далёкая, но любимая и желанная. Так и с американцами. Украинец для американца есть русский, и любимой женой не будет ни при каких условиях. Это на самом деле так. Чего бы там хохлы про себя ни насочиняли, какую бы ни выдумали себе историю, пахнущую свежей типографский краской и анашой, русскими они были, русскими и останутся. Но после того, как хохлы заскакали и заверещали "москалякунагиляку!", извечная мечта американца: "как бы сделать так, чтоб этих русских не было?" приблизилась и поманила открывшейся возможностью создать кровопролитный конфликт между русскими. Который может привести к существенному сокращению их численности и потенциала собственными руками. Сокращению подлежат все русские, это само собой, где бы они не проживали, в окрестностях Киева или под Москвой. В современных обстоятельствах в случае такого конфликта те, кто называет себя украинцами, будут уничтожены полностью, но и те русские, которые русские, тоже понесут немалые потери. Что, собственно, и требовалось.
Это главное и единственное, что никак не дойдёт до хохла, покуда он пребывает в одурманенном самосознании и самовосприятии. Искажённое, искусственное представление себя кем-то иным, но не русским ни в коем разе, в то время когда все окружающие по праву считают их русскими, доведёт хохлов до самовыпиливания из европейской фауны в худшем случае, а при текущем положении вещей уже довело до большой беды, по факту до катастрофы.