Прав ли Жириновский, когда говорит, что ГКЧП хотел провести демократические реформы в России
Жириновский считает, что у бывших деятелей Политбюро ЦК КПСС (Геннадий Яннаев, Валентин Павлов, Анатолий Лукьянов, Владимир Крючков, Дмитрий Язов), который возглавили Государственный комитет по чрезвычайному положению (так называемый ГКЧП), была правильная программа. По ней должна была пройти земельная реформа, развивался бы малый бизнес, не было бы расчленения страны и ужасов девяностых.
- Люди наконец стали бы владельцами земли. Произошли бы постепенные изменения. Развивался бы малый бизнес. Не была бы разворована и остановлена промышленность. Сохранился бы СССР. Не случилось бы воровской приватизации, войны, беспредела, – считает политик.
Но слабая воля и отсутствие организаторских способностей помешали «реформаторам» от СССР провести эти планы в жизнь.
- ГКЧП мог победить, если бы президент СССР Михаил Горбачев их поддержал, если бы комитет вывел на улицы членов КПСС, которых только в Москве было более миллиона человек, а по Союзу – 18 миллионов, но они не стали, не смогли, не решились, – объяснил Жириновский.
Понятна попытка политика подыграть «имперским» настроениям в годовщину очередного путча. Владимир Путин считает развал СССР «величайшей геополитической катастрофой», а, с учетом событий в соседней Беларуси, такая точка зрения играет на руку сторонников «сильной руки». Но Владимир Вольфович, как всегда, «случайно» забывает о том, что ГКЧП, созданный в августе 1991-го в знак несогласия с политикой президента СССР Михаила Горбачева, состоял из немощных старцев эпохи «сгнившего социализма», у которых на «презентации» своего детища тряслись руки. Они не имели никакой программы реформ, не могли предложить обществу ничего, кроме «Лебединого озера» по телевизору и заклинаний о том, что Советский Союз должен сохраниться (их места в руководстве этой страной, стало быть, – тоже).
У россиян эти люди ассоциировались с безнадежным прошлым, и большинство жителей Москвы, где все происходило, быстро встали на защиту президента России Бориса Ельцина, его сторонников, зарождающейся демократии. Попытка госпереворота была подавлена теми, кто вышел на улицы, возводил баррикады, преграждал дорогу бронитехнике, направленной на Белый дом. СССР на тот момент был обречен, в нем не хотела состоять ни одна союзная республика. В декабре того же года он приказал долго жить.
Почему все эти завоевания спустя почти тридцать лет пошли прахом и о демократии в нашей стране вспоминают так же редко, как о ГКЧП – другой вопрос.