В московской культурной среде 1990-х был популярен анекдот про то, как идет по лесу Бодрийяр и вдруг видит на дереве человека в форме эсэсовца. «Штирлиц!» – подумал Бодрийяр. «Симулякр!» – подумал Штирлиц. Выпускник Мастерской индивидуальной режиссуры Бориса Юхананова Клим Козинский сочинил что-то похожее, только гораздо масштабнее – в восьми главах и жанрах, в технике коллажной анимации и с участием как минимум двух десятков мыслителей Нового времени от Гегеля до Юджина Такера (в эпизодах – Фома Аквинский, Данте Алигьери и тело Николая Коперника). Бодрийяра среди них, кстати, нет, но он и так обыгран масскультом, его в «Матрице» Нео читает. Зато есть Квентин Тарантино и Дэвид Линч – кумиры той же эпохи и той же среды, в которой ходил анекдот про Бодрийяра и Штирлица.
