Сирия: «Джебхат ан-Нусра» отбила у турецких наемников ключевой оплот и часть трассы Алеппо-Латакия

«Ан-Нусре» удалось отбить у протурецких радикалов город Аль-Атариб и участок ключевого шоссе, связывающего Алеппо с Латакией. Подробнее об этом читайте в статье Федерального агентства новостей (ФАН).

Террористы «Джебхат ан-Нусры» (деятельность запрещена в РФ) продолжают наступление в Большом Идлибе, планомерно расширяя свое влияние в данном стратегическом регионе. По данным Al Watan, джихадистам удалось отбить у протурецких радикалов город Аль-Атариб на западе провинции Алеппо, а также участок ключевого шоссе, связывающего административный центр данного региона с Латакией. Подробнее об этом читайте в статье Федерального агентства новостей (ФАН).

Аль-Атариб долгое время оставался основным оплотом подконтрольной Анкаре части так называемой умеренной оппозиции к западу от Алеппо. Данный город, кроме того, является важным транспортным узлом, поскольку через него проходит магистраль, следующая к блокпосту армии Турции «Баб Эль-Хава». Об этом сирийской газете сообщили источники, близкие к протурецким исламистским силам.

Согласно их сведениям, боевики «Джебхат Фатх аш-Шам» целиком перекрыли все дороги и КПП, связывающие западную и северную части провинции Алеппо, дабы помешать переброске подкреплений «Ахрар аш-Шам», Сирийской свободной армии (ССА) и других союзных Анкаре группировок в эти районы.

В последние дни ожесточенные столкновения вооруженных формирований охватили почти все территории зоны «Большого Идлиба». Наиболее тяжелые фиксировались в районе города Дарат-Изза к северо-западу от Алеппо и в южной половине провинции Идлиб. Явное преимущество, несмотря на позиционные успехи протурецких бандгрупп, остается на стороне «Ан-Нусры». Под ее полный контроль, в частности, перешли такие города, как Абидин и Тармала.

Член экспертного совета «Офицеры России», доцент кафедры политологии и социологии Российского экономического университета имени Г. В. Плеханова Александр Перенджиев обратил внимание на то, что возможности террористов не просто маневрировать, но и вести такие масштабные наступательные военные действия вызывают подозрения. Это наводит на мысль, что тут не обошлось без поддержки неких других внешних сил, поставляемой посредством тайных каналов.

«Понятно, что протурецкие группировки действуют в регионе в интересах Анкары. Что касается бандформирований «Тахрир аш-Шам», то они с большой долей вероятности в той или иной мере поддерживаются странами западной коалиции, а также спонсорами из Катара и Саудовской Аравии. Чувствуется, что они получают какую-то помощь извне, иначе так вот просто перейти в наступление и взять под контроль важнейшие дороги было бы для них почти невозможным мероприятием. Поэтому как бы «Нусра» не старалась демонстрировать, будто бы она независимый субъект сирийского конфликта, становится очевидным, что она тоже наемник. Очевидно, ее хозяин не хочет, чтобы в Идлибе обосновались турки», — отметил наш собеседник.

Безусловно, происходящее сейчас на северо-западе САР явно показывает, что Анкара не справилась с теми обязательствами, которые она сама на себя возложила в рамках совместного с Россией Меморандума о создании демилитаризованной зоны в регионе и противостоянии террористическим группировкам. Поэтому единственным адекватным решением для Дамаска и Москвы является возвращение к первоначальному плану полномасштабной операции в Идлибе, от которого в сентябре прошлого года их отговорила Турция.

«Однако Сирийская арабская армия (САА) пока не торопится начать эту операцию, и я могу предположить почему. Сейчас правительственные силы блокируют всем боевикам возможность расширения за пределы данного анклава, пока у них есть заинтересованность, чтобы внутри этой клетки они нанесли большие потери друг другу. Конечно, Дамаску не нужно распространение турецкого влияния в Идлибе, и пока «Нусра» теснит ее наемников, войскам САР выгодно немного подождать, поскольку самим вступать в бой с ними было бы рискованно по политическим причинам. В целом для региона характерно, что тут именно политика в большей степени определяет происходящее, нежели военная составляющая», — добавил Александр Перенджиев.