«Денежный вопрос» привел к раздорам и грызне между союзниками «Ан-Нусры»* в Идлибе
В условиях сокращения финансирования более мелкие террористические группировки предпочитают отойти с пути САА.
Бандформирования, действующие в пределах идлибской зоны деэскалации, продолжают откалываться от «генерального курса» террористической коалиции «Хайят Тахрир аш-Шам» и оставлять свои позиции. Как сообщают местные источники, 29 мая несколько отрядов, подконтрольных «Тахрир аш-Шам», оставили свои позиции в районе населенного пункта Хан ас-Сабиль в Идлибе и убыли с «линии фронта». Попытки их задержать, предпринятые главарями других группировок, результатов не принесли.
Это не первое сообщение о проблемах с финансированием, возникших у боевиков после серии поражений от правительственных войск на территории идлибской зоны деэскалации. Нехватка финансирования привела к серьезным разногласиям между «Тахрир аш-Шам», коалицией, подконтрольной запрещенной в РФ «Джебхат ан-Нусре», и главарем боевиков «Джейш аль-Бадия» (входящей в союз «Хуррас ад-Дин») Абу Хасаном. Об этом сообщают местные источники в Facebook.
В последнее время враги сирийского правительства в Дамаске существенно сократили финансирование боевиков в идлибской зоне деэскалации — вероятнее всего, это связано с провалом проекта по созданию террористического квазигосударства во главе с созданным террористами «Тахрир аш-Шам» «правительством национального спасения». Ситуацию усугубило поражение террористов в Кафр-Набуде — их массированная контратака, предпринятая боевиками, не позволила им отбить ранее утраченные позиции и повлекла значительные потери в живой силе и технике.
Рано или поздно сокращение «энтузиазма» западных спонсоров парализует деятельность террористов, более неспособных поддерживать свою боеготовность. В этих условиях следует ожидать массового бегства боевиков из Сирии — вполне возможно, на территорию их бывших работодателей.
Ранее стало известно, что дезертировавший Абу Хасан из «Хуррас ад-Дина» (боевое крыло запрещенной в РФ «Аль-Каиды» на территории Сирии) оказался обойден в ходе распределения денег — Абу Убайда, ведающий распределением денег в «Ан-Нусре» отказал ему в финансировании в ходе встречи, прошедшей на окраине идлибского города Тафтаназ. Боевиков «Джейш аль-Бадия» обвинили в трусости, проявленной во время наступления САА — это дало повод «счетоводам» «Тахрир аш-Шам» сэкономить на финасировании, обделив боевиков Хан ас-Сабиля.
По мнению политолога, замдиректора Института истории и политики МПГУ Владимира Шаповалова, «финансовый разлад» в стане боевиков наглядно свидетельствует, что усилия, предпринимаемые Россией на дипломатическом поле, начинают приносить результат. В конце концов, отметил он в беседе с Федеральным агентством новостей, боевики, утверждающие, что воюют из идеологических соображений, достаточно часто из жадности и по необходимости ставят на первое место собственные финансовые интересы.
«Достаточно часто террористы говорят о том, что воюют с Сирийской Арабской Республикой из идейных соображений, защищая ценности «правильного» ислама. На самом деле, разумеется, речь идет не только и не столько об идеологических мотивах, но прежде всего о борьбе за власть и за источники финансирования. В этом смысле боевики, сражающиеся в настоящее время в районе Идлиба, ничем не отличаются от других подобного рода мародеров, которые действуют в условиях вооруженного конфликта, решая свои узкокорыстные интересы», — подчеркнул Шаповалов.
С ним согласен военный эксперт, главред информационно-аналитического центра «Кассад» Борис Рожин. Он отметил, что у террористов в Идлибе в течение всей войны возникали серьезнейшие разногласия из-за распределения финансирования — крупные военные операции требуют консолидации средств, но боевики всегда предпочитают, чтобы в общую кассу деньги заносили какие-нибудь другие группировки. Рожин перечислил основные пути финансирования боевиков.
«Источники финансирования делятся на внутренние и внешние. К внешним относятся спонсоры группировок в течение войны: спонсировали США, Саудовская Аравия, Катар, ОАЭ, Турция, Израиль — широкий набор стран, которые так или иначе финансировали те или иные группировки. Некоторые страны продолжают финансирование и сейчас — некоторые открыто, как Саудовская Аравия, другие действуют скрыто, как Израиль или Турция, — напомнил эксперт.
Деньги поступают как в виде финансовых ресурсов, так и в виде материальных ценностей — в частности, оружия, закупленного в Восточной Европе. Внутреннее финансирование — это налоги, которыми облагают бизнесменов на оккупированных территориях, различные штрафы, и результаты, скажем так, коммерческой деятельности в оккупированных регионах».
«В данном случае работают оба варианта — террористы стремятся контролировать территорию (правда, в настоящее время их лишают возможности получения доходов), а с другой стороны — живут и оправдывают свое существование за счет тех или иных врагов сирийского государства, — подтверждает его слова Владимир Шаповалов. — В этом смысле в настоящее время эффективность и задачи террористических групп напрямую связаны с и оправданы финансированием, которое осуществляют их спонсоры».
Как отметил Рожин, в настоящее время финансирование боевиков в Идлибе существенно сокращается из-за изменения политики Турции. Владимир Шаповалов также связывает это с дипломатической активностью Москвы.
«Изначально интересы Турции в этом конфликте были достаточно масштабными: Анкара стремилась взять под контроль значительную часть сирийской территории, чтобы усилить свои позиции в регионе и для того, чтобы нейтрализовать курдские отряды самообороны и заодно расширить свои позиции на Ближнем Востоке. В первой фазе конфликта Турция очень активно вмешалась, поддерживая ряд политических групп и их боевых отрядов.
Благодаря активной переговорной позиции России Турцию удалось включить в астанинский формат и достигнуть ряда договоренностей, в том числе с районом Идлиба, — напомнил эксперт. — Турция в настоящий момент уже не занимает прежнюю крайне деструктивную позицию в отношении Сирии, но тем не менее в Турции все равно достаточно силен настрой на извлечение политической выгоды из ситуации, которая существует в САР. Будем надеяться, что разум восторжествует и Анкара поймет бесперспективность данных действий, и тот процесс, который уже начался — постепенное сокращение турецкой помощи боевикам — будет идти дальше».