Кошки Джорджа Гуницкого жить в Эрмитаже не захотели
На днях посетил творческий вечер знаменитого Джорджа Гуницкого, посвященный выходу свежей книги его стихов «Эрмитаж был построен для кошек». Выпало счастье познакомиться и с совсем новыми стихами Джорджа, которые еще нигде не издавались.
Победительный голос абсурда
Уютный музыкальный дом Slondoneba как нельзя лучше подходит для такого рода мероприятий. Первые сроки первого стихотворения, произнесенного Джорджем со сцены, звучали так: «Эрмитаж был построен для кошек, но они туда не пошли...» А пошли они совсем в другое место, о котором мы, люди, едва ли когда—нибудь узнаем.
— Как известно, в Эрмитаже живет множество кошек, — пояснил автор. — Но в силу какой—то абсурдистской логики при написании этого стиха получилось все иначе. Тексты, они такие — сами диктуют свое развитие и свою внутреннюю логику.
В новый сборник поэта главным образом вошли вещи, созданные за последнее время. В частности, под одной обложкой оказалась серия произведений, рассказывающих о загадочных персонажах по имени Сергей, Антон, Петр, Николай и Виктор. Они все время находятся в состоянии ложной динамики: последовательно совершают какие—то действия и переживают душевные состояния, как нельзя лучше передающие унылую монотонность нашего существования. Это создавало комический эффект: зрители, слушая о приключениях Сергея, Антона, Петра, Николая и Виктора, периодически издавали смешки — хотя, по сути, стихи были очень грустны. «...и время ускоряло путь, спешило прочь куда—нибудь».
— Такая жизнь у них, что могу сделать? — словно бы оправдывался Джордж. — Это же не нарочно — так люди живут...
А на этих строчках я практически прослезился: «Нас мутили, рубили, тупили, стремали, строгали, кололи, скрипели, топтали, долбили, но мы — ничего...»
Джордж читал свои стихи со сцены, периодически, впрочем, уступая это право энтузиасту его творчества Глебу Фирсову. Как сказал поэт, когда слушаешь свое творчество со стороны, оно производит на самого творца совершенно новый, неожиданный эффект. Кроме того, Гуницкий рассказал о том, как с течением времени менялась, если можно так выразиться, сама технология его творчества:
— Раньше иногда находил в доме старые блокноты со своими стихами времен 70—х. И там, смотрю, часто использовалась форма свободного белого стиха. Я ее применял, когда мне было еще совсем мало лет. Потом началась совсем другая жизнь, и пошли рифмованные стихи. Некоторые из них, как вы знаете, стали песнями одной известной группы (намек на «Аквариум». — Ред.). Но на каком—то витке времени, в начале этого века, на меня напало такое настроение, что мне надоели рифмы. Думал, что отныне буду писать только белый стих — и какое—то время честно следовал этому обещанию, данному самому себе. Но потом, спустя годы, опять стала вылезать рифма. Так получается. А самое классное, это когда ты пишешь стих — и в нем присутствуют и свободная форма, и какие—то рифмованные ходы.
Подлинной кульминацией вечера стало выступление Хора Дурацкого, после непродолжительной распевки («В огороде бегали козлы, козлы!») с блеском исполнившего несколько знаменитых нетленок Джорджа — в том числе «15 голых баб», «Мой муравей», «К друзьям», «Хорал», «Верблюд—архитектор».
Этот пародийный шоу—ансамбль набирает в Петербурге все большую популярность за последнее время. Предваряя выступление хора, композитор Евгения Клекотнева поведала:
— Свою карьеру мы начали с исполнения известных хитов акул шоу—бизнеса. Почему вдруг начали писать свою музыку на стихи Джорджа Гуницкого — никому неизвестно, но сейчас это любимые песни в нашем репертуаре. Они все очень потусторонние получились, мистические, волшебные и не от мира сего. Думаю, это потому что само творчество Джорджа такое волшебное.
Должен признать, что в этом многоголосом вокальном обрамлении стихи Гуницкого, таинственные и мистичные, произвели на меня — даром что их знаю много—много лет! — особенно глубокое впечатление.
Откуда всё берётся?
Общаясь со зрителями, Джордж, как человек по—настоящему откровенный, признался, что не знает, откуда берется вдохновение. Это, по его словам, некий «щелчок», который может застигнуть неожиданно, практически в любую минуту. Иногда «щелчки» раздаются часто, а порой их приходится ждать месяцами.
— Всегда ношу с собой записную книжку, чтобы успеть записать. Привычка такая появилась после одного случая. Как—то зимой гулял по улице у себя в Купчино и меня застиг «щелчок». Что делать? Даже если сразу бежать домой, то все равно, боюсь, не успею — «расплещется» по дороге. К счастью, по пути попался магазинчик, в котором продавались карандаши и блокноты. Купил и сразу же записал... Но иногда это происходит, например, во сне. Думаешь: «Ну, утром вспомню, все просто...» Но нет, если сразу не встану и не запишу, все уйдет... Кто посылает мне эти «щелчки»? Не знаю... Наверное, это какие—то особенные высшие силы, которые всем заправляют. Однажды у меня эти «щелчки» раздались серией — и за полдня написал четыре стихотворения. Но иногда случаются и паузы. Думаешь: хорошо—то как — в жизни много дел, не одними же стихами заниматься. Но когда паузы затягиваются, порой даже на несколько дней, тогда охватывает паника...
Поинтересовался у Джорджа: сильно ли изменилась философия его творчества с тех пор, как он сменил бумагу и карандаш на клавиатуру компьютера?
— Интернет—технологии, да, изменили и подход к творчеству, и способы общения с аудиторией. Когда ты набираешь стихи на компьютере, текст выстраивается не только в сознании, но и структурируется в некоем формальном смысле. Я бы даже сказал, что при использовании компьютера форма стиха выстраивается более удобно. Я довольно поздно начал выступать перед широкой публикой, читая свои стихи с листа. Выступаю здесь, в Петербурге, порой выезжаю и в другие страны — Германия, Израиль, Литва... И стараюсь делать такие выступления не очень часто, ибо это довольно утомительно. А вот от соцсетей мне уже никуда не деться. Ведь они дали мне возможность знакомить публику со своим творчеством без ограничений, связанных с местом проживания читателей — практически в режиме он—лайн. Я присутствую в «Фейсбуке» и «Вконтакте», и там публика довольно разнится. «Фейсбук» более строг и скуп на «лайки», а «ВКонтакте» в этом отношении более щедр. Вроде, казалось бы, фигня — а на самом деле тоже какая—то коммуникация, обратная связь с читателями.
Я очень люблю стихи Гуницкого. Многомерные, парадоксальные, они по—настоящему распахивают двери в другое измерение, исчерпывающих характеристик которому даже не могу подобрать. И они рождают во мне совершенно правильное, в сущности, ощущение иллюзорности, зыбкости окружающего нас материального мира, учат расставаться с его мороками, смеясь.
Владимир ВЕРЕТЕННИКОВ,
собкор газеты «СЕГОДНЯ»
в Санкт—Петербурге.
«Что бы ты ни знал, чего бы ты ни хотел — нажимай поскорее delete...»