Утром после самоубийства я проснулась. Я принесла себе завтрак в постель. Посолила и поперчила яйца, сделала бутерброд с беконом и сыром. Стакан грейпфрутового сока. Почистила сковородку, вытерла стол. Вымыла посуду и аккуратно сложила полотенца. Утром после самоубийства я полюбила. Не мальчишку-соседа или директора средней школы. Не бегуна и не бакалейщика, всегда забывающего положить авокадо. Я полюбила мать. То, как она сидит на полу в моей комнате, и держит в ладонях каждый камешек из моей коллекции, пока тот не потемнеет от пота. Я полюбила отца, положившего мои записки в бутылку и отправившего ее вниз по течению реки. Своего брата, когда-то верившего в существование единорогов, а теперь сидящего за партой, отчаянно пытаясь поверить, что еще существую я. Утром после самоубийства я гуляла с собакой. Я смотрела, как вздрагивает ее хвост, когда мимо летят птицы, и как он мотается при виде кота. Я видела пустоту в ее глазах, когда она, схватив палку, возвращалась, чтобы играть дальше ...
