Американский политолог: Россия — гавань, которая меня покорила
В 1985 году я провел 13 дней в России, которая тогда официально называлась СССР. Однако для удобства я все же буду называть страну Россией... Спустя 32 года, за которые произошло огромное множество радикальных перемен, я снова отправился туда... И я увидел совершенно другое государство», — пишет американский политолог Джон Вольстеттер.
Вспоминая о своем визите в СССР, журналист отмечает, что практически сразу столкнулся с таким явлением, как очередь.
«Мы прибываем в наш отель — гостиницу «Москва» (в Ленинграде) — и нам требуется больше часа, чтобы расселиться по номерам, несмотря на присутствие множества администраторов», — пишет он.
Вольстеттеру также не понравилась еда в СССР — не угодили ему даже советские рестораны. Да и отели, по мнению журналиста, были далеки от западных стандартов.
«На гостиничных кроватях едва может уместиться человек средней комплекции», — вспоминает он. Кроме того, персонал практически не говорил на английском языке.
Транспорт в СССР — аэропорты и поезда — показались Вольстеттеру грязными и не слишком комфортными. При этом автору статьи очень понравилось московское метро. По его словам, столичная подземка произвела на американцев «неизгладимое впечатление» своими фресками на потолках, мозаиками и мраморными колоннами. «И никаких граффити!» — подчеркивает журналист.
Вольстеттер также с теплом отзывается о советских людях. Он вспоминает, как пожилая билетерша в театре ни с того ни с сего проводила его с неудобных боковых мест в бельэтаже в другую часть зала, откуда было видно всю сцену.
«Я уехал из России, испытывая к простым советским гражданам весьма теплые чувства», — пишет автор статьи.
Он вернулся в Россию в 2017 году и сразу понял, что попал в совершенно другую страну. Первое, что бросилось Вольстеттеру в глаза — разница между аэропортом Шерметьево образца 1985 года и нынешним Домодедово.
«Домодедово — современная воздушная гавань, можно сказать, пример для подражания в том, что касается эстетики аэропорта», — отмечает автор материала.
Изменились и российские гостиницы. В этот раз Вольстеттер остановился в отеле Four Seasons в Москве. Журналиста «приятно удивило» то, что в отелях больше нет «дежурных» на каждом этаже, которые напоминали ему тюремных надзирательниц.
Еще одна перемена, которую отметил Вольстеттер, касается ресторанов — в 2017 году журналисту удалось угоститься блюдами итальянской, азиатской и, конечно, русской кухни. Еда в российских ресторанах его покорила. Особенно запомнились Вольстеттеру блины — не такие, как в США, а «легкие» и «кружевные».
Журналист отметил и некоторые различия между американцами и русскими. Так, после окончания концерта классической музыки, публика замерла в тишине на полминуты, ожидая, пока дирижер медленно опустит руки.
«Люди молчали, впитывая музыку, которая только что прозвучала. В зале не было слышно ни шороха. Едва ли американская публика на такое способна», — вспоминает Вольстеттер.
Он также заметил, что в России люди не так часто улыбаются, как в США. Однако это объясняется тем, что у русско— и англоговорящих людей разный артикуляционный уклад, пишет журналист. Россияне все же показались ему крайне приветливым народом.
«Люди были общительны, нас окружали улыбки, всюду звучал смех», — вспоминает он.
За 30 лет Россия сильно изменилась, и ничего, что эти перемены пока больше всего заметны в Москве и в Петербурге, пишет Вольстеттер. Все-таки, полная модернизация страны, чья территория охватывает 11 часовых поясов — задача, которая требует немало времени. «Русские уже показали впечатляющий старт», — резюмирует автор материала.