Первое чтение пройдено: создателей "групп смерти" будут сажать в тюрьму
Госдума приняла в первом чтении проект закона об уголовной ответственности за призывы к суициду. Автор инициативы — вице-спикер российского парламента Ирина Яровая. Сколько лет за решеткой могут провести создатели так называемых "групп смерти"?
В первом чтении законопроект о так называемых "группах смерти" приняли единогласно. Он подразумевает наказание за склонение к самоубийству в виде лишения свободы до двух лет, а за содействие в совершении суицида – до трех. Максимальный срок – заключение на семь лет (это если будет доказано, что злоумышленник повлиял на ребенка или беременную женщину, в результате чего они решили расстаться с жизнью).
Появится и новая статья – за вовлечение детей в "опасные игры". В последний год их активно пропагандируют в различных интернет-сообществах. За подобные – публичные – призывы к самоубийству в Госдуме призывают сажать уже на шесть лет. При этом если администраторы этих групп добровольно прекратят свою преступную деятельность и будут активно содействовать раскрытию всех фактов, от ответственности их обещают освободить.
Более того, законодатели подготовили предложения в Министерство образования о том, чтобы на уроках ОБЖ в школе рассказывали и об информационной безопасности: дескать, не стоит разговаривать с незнакомцами не только на улице, но и на просторах Интернета. Предлагается наладить координацию между ведомствами. Например, если Роскомнадзор выявил запрещенный контент, то не стоит сразу блокировать его. Информация передается следователям, а они уже выходят на создателей сайта.
Сообщества с безобидными на первый взгляд названиями, например, "Синий кит" или "Розовый пони", работают по накатанной. Сначала завлекают школьников картинками и цитатами, которые идеально вписываются в настроение и мироощущение многих подростков. Темы таких "крючков" извечные: неразделенная любовь, непонимание со стороны родителей и учителей, одиночество.
"Злоумышленники выискивают слабые стороны у молодых людей и пытаются на них влиять, — говорит председатель некоммерческого партнерства "Союз защитников информации" Александр Бражников. — Если они видят, что человек не поддаётся воздействию, они в конечном итоге их отбрасывают, а работают с теми, кто подвержен. Практика такая, что где-то 80 процентов – это девочки, а 20 – мальчики".
Затем, когда контакт с жертвой налажен, ей предлагают сыграть в квест, состоящий из нескольких заданий. О результатах просят постоянно отчитываться, выкладывая соответствующие фотографии в Сеть. И вот, когда злоумышленники понимают, что "время пришло", назначают детям финальное испытание. Отказываться от непоправимых поступков удается не всем.
"В конечном итоге, собирается информация, которой хватает для того, чтобы начать давить на этого ребенка, угрожать ему, пытаться заставить его сделать те вещи, которые он бы никогда не сделал, — продолжает Александр Бражников. — Или они якобы расскажут кому-то, или сделают плохо его семье. Ребенок в конечном итоге может пойти на попятную и сделать то, что требуют злоумышленники".
Размах, с которым злоумышленники взялись за дело, ужасает. По данным Следственного комитета, в 2016-м с жизнью покончили 720 детей. Скорее всего, в большинстве случаев, их к этому подтолкнули. Если в прошлом году закрыли около 300 "групп смерти", то в этом – уже почти 4 тысячи. Причем в каждой насчитывалось по несколько сотен участников. Социальные сети сами начали вычислять преступников. На сомнительные страницы теперь можно жаловаться администраторам. Механизм поиска опасного контента постепенно выстраивается.
"Какие-то определенные хэштеги, которые используют "группы смерти", определенное поведение пользователей, возможно, использование одних адресов из одной локации, — поясняет директор по проектной деятельности Института развития Интернета Арсений Щельцин. — Допустим, администратор модерировал одну "группу смерти" и создает новую. Платформа соцсети должна задаться вопросом: а не новая ли эта "группа смерти"?"
Понятно, что создать полностью "стерильное информационное пространство" в современном мире невозможно. И одними законопроектами проблему не решишь. В контрпропаганде смерти, в первую очередь, должны участвовать родители и школа, уверены эксперты. Однако депутаты медлить тоже не намерены. Соответствующие поправки в Уголовный кодекс они планируют внести уже в весеннюю сессию.
via
Более того, законодатели подготовили предложения в Министерство образования о том, чтобы на уроках ОБЖ в школе рассказывали и об информационной безопасности: дескать, не стоит разговаривать с незнакомцами не только на улице, но и на просторах Интернета. Предлагается наладить координацию между ведомствами. Например, если Роскомнадзор выявил запрещенный контент, то не стоит сразу блокировать его. Информация передается следователям, а они уже выходят на создателей сайта.
Сообщества с безобидными на первый взгляд названиями, например, "Синий кит" или "Розовый пони", работают по накатанной. Сначала завлекают школьников картинками и цитатами, которые идеально вписываются в настроение и мироощущение многих подростков. Темы таких "крючков" извечные: неразделенная любовь, непонимание со стороны родителей и учителей, одиночество.
"Злоумышленники выискивают слабые стороны у молодых людей и пытаются на них влиять, — говорит председатель некоммерческого партнерства "Союз защитников информации" Александр Бражников. — Если они видят, что человек не поддаётся воздействию, они в конечном итоге их отбрасывают, а работают с теми, кто подвержен. Практика такая, что где-то 80 процентов – это девочки, а 20 – мальчики".
Затем, когда контакт с жертвой налажен, ей предлагают сыграть в квест, состоящий из нескольких заданий. О результатах просят постоянно отчитываться, выкладывая соответствующие фотографии в Сеть. И вот, когда злоумышленники понимают, что "время пришло", назначают детям финальное испытание. Отказываться от непоправимых поступков удается не всем.
"В конечном итоге, собирается информация, которой хватает для того, чтобы начать давить на этого ребенка, угрожать ему, пытаться заставить его сделать те вещи, которые он бы никогда не сделал, — продолжает Александр Бражников. — Или они якобы расскажут кому-то, или сделают плохо его семье. Ребенок в конечном итоге может пойти на попятную и сделать то, что требуют злоумышленники".
Размах, с которым злоумышленники взялись за дело, ужасает. По данным Следственного комитета, в 2016-м с жизнью покончили 720 детей. Скорее всего, в большинстве случаев, их к этому подтолкнули. Если в прошлом году закрыли около 300 "групп смерти", то в этом – уже почти 4 тысячи. Причем в каждой насчитывалось по несколько сотен участников. Социальные сети сами начали вычислять преступников. На сомнительные страницы теперь можно жаловаться администраторам. Механизм поиска опасного контента постепенно выстраивается.
"Какие-то определенные хэштеги, которые используют "группы смерти", определенное поведение пользователей, возможно, использование одних адресов из одной локации, — поясняет директор по проектной деятельности Института развития Интернета Арсений Щельцин. — Допустим, администратор модерировал одну "группу смерти" и создает новую. Платформа соцсети должна задаться вопросом: а не новая ли эта "группа смерти"?"
Понятно, что создать полностью "стерильное информационное пространство" в современном мире невозможно. И одними законопроектами проблему не решишь. В контрпропаганде смерти, в первую очередь, должны участвовать родители и школа, уверены эксперты. Однако депутаты медлить тоже не намерены. Соответствующие поправки в Уголовный кодекс они планируют внести уже в весеннюю сессию.
via