Почему экономика не растёт?
Это значит, что Россия потеряла четверть века из-за неудачных реформ в 90-е, когда большая экономика была спущена с горы без тормозов.
Яков Миркин, экономист, завотделом ИМЭМО РАН
Сегодня для нас 1990 г. стал важной точкой на временной оси, заменил 1913-й. Стал ориентиром, помогающим увидеть траекторию развития. Точка нужна в том числе для того, чтобы общество могло понять, как двигаться дальше.
РСФСР как часть СССР - это была большая индустриальная экономика. Добыча нефти в 1990 г. - 516 млн т, в 2016 г. - столько же. Природного газа было получено 641 млрд куб. м, в 2016 г. - 639 млрд куб. м. Угля добыто 395 млн т, в 2016 г. - 385 млн т. Чугуна выплавлено 59,4 млн т, в 2016 г. - 51,9 млн т. Стали - 89,6 млн т, в 2016 г. - 69,6 млн т. Цемента - 83 млн т, в 2015 г. - 62,1 млн т. Стальных труб выпущено в 1990 г. 11,9 млн т, в 2016 г. - 10,1 млн т.
Однако по объёму промышленного производства мы сегодня так и не достигли уровня 1990-1991 гг. Мы практически полностью потеряли производство станков, оборудования, инструментов. Импортозависимость по этому параметру в 2014 г. достигала чуть ли не 100%. Сейчас она несколько снизилась, но тем не менее сверхвысока. Например, металлорежущих станков сейчас производится 350 в год, в 2014 г. было 180, то есть рост большой. Но 350 станков на огромную страну. Мы потеряли и производство простых вещей, ширпотреб - и тот везём из Китая. И не создали инновационной экономики, о которой много говорили ещё на излёте СССР. Мы производим 1 (один!) компьютер на 500 человек в год (!).
Я никогда не хотел возврата к советской экономике. Это уродливая административно-командная система, которая никогда бы не смогла накормить народ. Но способы построения в России рыночной экономики могли быть щадящими и привели бы к качественно другим результатам.
Не должно было произойти разрушения нашего потенциала. Прошедшие четверть века при сохранении индустрии, её модернизации и непрерывном смещении продуктового ряда должны были стать и стали бы временем роста и развития, в результате которого мы бы превзошли СССР. Однако идеология рыночного фундаментализма оказалась сильнее практичности. Экономика была разрушена, а на её развалинах создана латиноамериканская модель периферийного сырьевого госкапитализма - «обмена сырья на бусы».
Но Россия и сейчас - большая индустриальная экономика: в 2016 г. - 1,8% глобального ВВП. «Форточка возможностей» пока открыта. Что будет дальше - зависит от того, какую дорожку выберем.
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции