На первый взгляд реакция Москвы на удар «томагавками» по сирийской авиабазе Шайрат может показаться слабой. Однако в этом деле действительно хватает странностей, которые намекают на наличие скрытой от широкой публики повестки и договоренностей. Но, несмотря ни на что, Кремлю придется принять брошенную ему «перчатку». Реакция Москвы на удар США по сирийской авиабазе оказалась, к удивлению наблюдателей, относительно спокойной и весьма формальной:
1. Пресс-секретарь российского президента
заявил, что «этот шаг Вашингтона наносит существенный урон российско-американским отношениям, и без того находящимся в плачевном состоянии».
2. Россия
приостановила заключенный со Штатами меморандум о безопасности полетов в Сирии.
3. Сергей Лавров также
отметил, что действия США наносят ущерб и так подорванным отношениям между двумя странами, однако выразил надежду, что «провокации не приведут к необратимым результатам».
4. Владимир Путин
провел оперативное совещание с постоянными членами Совета безопасности России, посвященное ракетной атаке, которая была квалифицирована как акт агрессии.
5. Фрегат «Адмирал Григорович», вооруженный крылатыми ракетами «Калибр»,
направился в Средиземное море, где зайдет в пункт материально-технического обеспечения ВМФ России в сирийском Тартусе.
6. Россия
созвала внеочередное заседание Совбеза ООН в связи с осуществленным ракетным ударом.
7. При этом по поводу возможной отмены визита в Россию госсекретаря Рекса Тиллерстона Кремль
ограничился крайне обтекаемым комментарием.
На фоне вызывающего силового решения и шага Вашингтона данную реакцию Москвы легко было бы расценить как слабую, если не беспомощную. Однако есть некоторые обстоятельства, которые указывают на то, что ситуация куда более сложная.
Во-первых, Штаты заранее
уведомили российскую сторону о грядущем массированном ударе, что очевидным образом намекает на желание избежать жертв (и как следствие эскалации) со стороны России.
Во-вторых, результаты самого удара вызывают очень большое количество вопросов. Если относительно небольшое количество жертв можно объяснить тем, что Россия, получившая информацию об атаке, предупредила сирийскую сторону, и та успела эвакуировать большую часть людей, то
незначительный ущерб, нанесенный самой базе, заставляет строить версии, как такое вообще оказалось возможным. После массированного удара 59 ракетами «Томагавк» осталась практически неповрежденной взлетно-посадочная полоса.
В-третьих, российское Минобороны
прокомментировало произошедшее с явным ехидством, заявив, что до авиабазы Шайрат долетело только 23 ракеты. Также российскими военными было
опубликовано видео, подтверждающее ограниченность нанесенного ударом ущерба.
В свою очередь США заявили, что в цель попали 58 выпущенных «томагавков». Однако с учетом нанесенного ущерба, возможно, американцам было бы лучше согласиться с версией российского Минобороны. Слишком уж несоразмерными выглядят приложенные усилия с полученным результатом.
Неудивительно, что по совокупности обстоятельств были выдвинуты многочисленные версии, объясняющие странности произошедшего. Например, что имела место согласованная с Россией акция, развязывающая руки Трампу, против которого внутри США никак не унимается жесткая кампания по обвинению его в связях с Кремлем.
Следует отметить, что риторика Кремля в отношении Трампа и его администрации всегда была весьма сдержанной, основанной на принципе, что Москва будет судить не по словам, а делам, которых долгое время не было. Атака США на Шайрат дала Москве точку опоры в формулировании своей позиции в отношении американского президента и его администрации. В частности, премьер-министр России Дмитрий Медведев прямо
написал: «Все. Остатки предвыборного тумана рассеялись. Вместо растиражированного тезиса о совместной борьбе с главным врагом – ИГИЛ администрация Трампа доказала, что будет яростно вести борьбу с законным правительством Сирии».
Это, разумеется, не исключает возможности сотрудничества и тех или иных договоренностей, в том числе подковерных, между Кремлем и Белым домом. Совершенно не исключено, что за ударом по сирийской авиабазе действительно есть скрытая от широкой публики повестка. Однако это ни в коей мере не отменяет проблемы, которая встала перед Кремлем.
Успехи сирийской кампании и в целом сильная позиция страны последних полутора лет в ближневосточном регионе создали России определенную репутацию и сделали ее ключевым центром силы там. Атака на Шайрат эту гегемонию России пошатнула. Это тем более актуально, что речь идет об очень специфическом регионе, где сила и сохранение лица являются важнейшими пунктами любой репутации.
Чтобы компенсировать репутационный ущерб, Москве с неизбежностью придется ответить на брошенную ей Вашингтоном в ночь на 7 апреля «перчатку». Правда, опыт показывает, что в данный момент во главе России стоят люди, мыслящие нелинейно и предпочитающие находить асимметричные, но оттого не менее болезненные ответы на возникающие вызовы.
Теги:
внешняя политика России, Россия и США, Ближний Восток, внешняя политика США, война в Сирии
