Трамп распял «русского мальчика» в Сирии. Агитпроп в нокдауне

«Похоже, что удар оказался слишком силен – Россия в нокдауне. Даже обычно бодрый агитпроп пока лишь что-то невнятно бормочет в оправдание, а по Сети лоялисты лишь разводят руками и намекают на какую-то постановку», — удивляется российский политтехнолог Алексей Рощин.

«Что там в Сирии?! Думается, для Путина это все — какое-то страшное дежавю, буквально как в кошмарном сне. Все ведь повторяется почти буквально: пару лет назад тоже было «применение химического оружия», тоже Америка поднялась на дыбы, Обама заявил про некую «красную черту», которая «перейдена», и пообещал начать бомбить Асада», — пишет политтехнолог Алексей Рощин в «Живом журнале» в связи с ударом США по авиабазе в Сирии.

 

«Тогда вроде как Путин отчаянными усилиями сумел урегулировать ситуацию. Насколько я помню, Россия пообещала, что заберет сама у Сирии все запасы химоружия, под личные гарантии нашего гаранта, что Асад больше ни-ни, что бес попутал — и Обама, хоть и с явной неохотой, но отступил.

 

А теперь пожалте – дубль два. Все ровно то же самое, только президентом нынче Трамп. И он уже отдал приказ разбомбить базу ВВС Сирии. Более того – уже, вроде, и разбомбили... (тут второй пикантный момент, и опять не в нашу пользу: а как же пресловутые комплексы ПВО С-400, которые мы с такой помпой поставили сирийцам? Они, что ж получается, ни от чего не защищают? Опять блеф?)

 

Пока что похоже, что удар оказался слишком силен – Россия в нокдауне. Даже обычно бодрый агитпроп пока лишь что-то невнятно бормочет в оправдание, а по Сети наши лоялисты лишь разводят руками и намекают на какую-то постановку, говоря «Ну не мог Асад применить химоружие, он же не такой дурак!»

 

«Стратегически положение таково, что мы, будучи практически изгоями в мировой политике, ввязались в чужой стране таскать каштаны из огня для совсем уж полного изгоя по имени Башар Асад. Реальных союзников у нас там нет (не считать же таковыми Турцию, Иран и курдов); с другой стороны, вбросить туда, по русскому обычаю, немереные ресурсы и попытаться задавить всех количеством (уверяя, что у России два союзника — армия и флот) — мы, в силу общей покоцанности и бедности, тоже не можем.

 

И что это означает? Это означает, что в такой ситуации нас будет подставлять на «местном театре» любой местный игрок, буквально — все кому не лень. А мы будем представать идеальным «мальчиком для битья».

 

Дело даже не в том, является ли Асад иродом, применяющим химоружие, или его изощренно «подставили враги»; дело в том, что Асада подставляли и будут подставлять, а шишки, позор и всеобщее отвращение будут падать на нас — его практически единственных покровителей. И сделать тут ничего нельзя, во всяком случае не с нашей нынешней репутацией — минус на минус дает еще больший минус.

 

Причем это все ведь не бином Ньютона — все было ясно с первых дней нашей сирийской авантюры. Похоже, и сам Путин это понимал — недаром он делал уже две неуверенные попытки по-тихому свалить из Сирии, объявив операцию «успешно завершенной». Но каждый раз как бы зависал на полдороги — возможно, под влиянием военных, которым «всегда мало».

 

Ну и довиселся, похоже.

 

Какие сейчас варианты у Москвы? Куда ни кинь — всюду клин. Бросить Асада на произвол судьбы — перечеркнуть все плоды двухлетних усилий и «предать союзника»; начать уверять, что «Асад не виноват, его подставили» — выставлять себя на посмешище и, в общем, разделять с Асадом ответственность, ЕСЛИ не получится убедить весь мир в том, что атак в самом деле не было. Однако доказать — чтоб твердо и ясно, — что Асад ни при чем, не получается, это уже понятно.

 

Если и была «постановка» (как уверяет наша отечественная Псаки), то она, очевидно, была сделана на совесть, комар носа не подточит. И что же делать? Вступить с Трампом в прямую конфронтацию из-за Асада?

 

В общем, кризис в отношениях РФ с Америкой Трампа подкрался даже быстрее, чем я предсказывал. А выход, судя по всему, один: бежать из Сирии без всяких условий. По Чацкому — «бегу, не оглянусь». Бежать и забыть обо всей этой авантюре, как о кошмарном сне».

 

«Но так, уже ясно, опять не будет. Путину почему-то очень важно цепляться за эту Сирию, невзирая ни на какие пинки и плевки. Возможно, тут и теракт в Питере приплетут — ради оправдания присутствия России в Сирии. Типа, «мы должны бороться с террористами в Сирии, чтобы у нас в метро не было терактов».