На минувшей неделе руководитель архитектурного бюро SPEECH Сергей Чобан представил мастер-план преобразования территории завода «Ремпутьмаш». По собственному признанию, документ разработан с пермским архитектором Виктором Воженниковым и опорой на идеи проекта «Первогород».Описание благолепия, которое планируется возвести от устья Егошихи до конца набережной, требует «много букв», которые порой еще и складываются в замысловатые термины. Остается завидовать фантазии зодчих: улица Мастеров, фермерский рынок под окнами нового офиса нефтяной компании, медеплавильные печи и восстановленная плотина, детская железная дорога (которая, видимо, заменит городскую электричку) – чего только нет в этом мастер-плане. В том числе есть и то, чего, кажется, и быть не должно: новое здание художественной галереи и театра оперы и балета. Суровая реальность говорит о том, что вся территория Первогорода находится в зоне катастрофического затопления, посему некоторые культурные сокровищницы здесь, кажется, размещать нельзя. «Куда ставить-то?!» – вслед за персонажем Алексея Смирнова впору воскликнуть архитекторам. Новые храмы искусства вот уже много лет, неприкаянные, кочуют из одного проекта в другой, их локации меняются в зависимости от экономических поветрий и бюджетной обстановки. На эти темы потрачено много денег, а уж чернил – и того больше. Стороннему наблюдателю может показаться, что других проблем у Перми нет. Точнее, была одна – кривая дорога в аэропорт, да и ту вот уже почти решили.Краевые власти крепко взялись за… нет, не обновление повестки, не исправление ошибок, а скорее за смену знаков, направленную на «принуждение к оптимизму» пермской среды. Да, иногда эта среда сопротивляется, и при перестановке букв слово «счастье» коверкается в нечто совершенно незапланированное, символизируя неверие / недоверие. Но запущенный механизм (как и часы обратного отсчета) уже не остановить, по крайней мере, на этом этапе. Иногда в его работе, конечно, случаются и курьезные сбои. Например, невесть как оказавшиеся в проекте краевого бюджета расходы на туристическое приспособление Молебской аномальной зоны (так и хочется сказать – строительство космодрома для летающих тарелок!). Министр культуры Вячеслав Торчинский назвал проект в М-зоне «устаревшими данными». Он, конечно, прав. Идея, что «истина где-то рядом», устарела. Это подтверждают неудачные попытки перезапуска «Секретных материалов»), как и концепция «конца истории», того самого «Счастья не за горами». История продолжается, о встрече с внеземным разумом мечтают не столь картинно (с земным бы не разойтись), а истина – она оказалась не так далеко, как думалось. Правда, овладение ею не сулит ничего хорошего. Если коротко: чем больше люди думают про насущный хлеб, тем меньше у них возможности оценить культурный хаб. Так что результаты эксперимента по «принуждению к оптимизму» могут быть неожиданными. Но ведь это не значит, что нет смысла что-то делать?
