«Пресыщенная такая бестолочь». Психолог о керченском стрелке после прочтения его переписки
Керченский стрелок Владислав Росляков под именем Анатолия Смирнова рассказывал своей подруге о том, какой унылой ему кажется жизнь. В переписке с бывшей одноклассницей он писал, что дела у него «дерьмово», потому что жизнь — это «одно унылое дерьмо». Он выражал сомнения в том, что доживет до армии, и говорил, что давно думает о самоубийстве, потому что «скучно». «Все, кого я встречаю, меня не замечают», - признавался Росляков. При этом он говорил, что думает, будто после смерти ничего нет. «Я вот ненавижу вставать по утрам, а потом снова засыпать, зная, что завтра будет как сегодня. Так уже 13 лет», - говорил он. Журналисты настаивают, что в их распоряжении оказались истинные примеры мыслей керченского стрелка. Если это так, было бы любопытно проанализировать сказанное Росляковым. Помощи Царьград просил у клинического психолога, главу Центра кризисной психологии Михаила Хасьминского. Ряд комментаторов, прочитав переписку, стали говорить, что в словах парня можно было разгадать признаки депрессии. «Возможно, дали бы ему вовремя таблеток, так и не было бы ничего». В частности, об этом мы спросили Хасьминского. «Я вот таких переписок уже читал сотни - подобных. Не все, конечно, так трагично заканчивались, естественно, слава Тебе Господи. Но одно могу сказать точно: такие мысли – следствие отсутствия идеологии, по большому счету. Государственной идеологии и запроса на какое-либо, вообще, воспитание человека. Значит, я здесь вообще не увидел ничего депрессивного, там депрессивного нет. Кто говорит про таблетки – или не профессионал, или человек, который никогда не имел никакого отношения к кризисам и не помогал в них», - начал Хасьминский свой анализ. Однако есть то, что собеседник Царьград видит «абсолютно четко». «У него корона на голове. Он такой, знаете, непризнанный, высоко себя оценивавший молодой человек. Знаете, декаданс такой. Инфантильный, безответственный, циничный. Он никому ничего не должен. В армию не пойду, это делать не буду. А, и ленивый еще. Зато все его должны принимать. Он даже не думает: а может, я что-то не делаю, если меня как-то никто там не любит, вокруг меня никого нет. Может, что-то во мне не так, вообще? Нет, это просто все виноваты, понимаете. И они так сейчас воспитаны. Они не могут критически себя оценивать, потому что им внушили, что у них есть какие-то особые права, но нет никаких особых обязанностей. То есть, в принципе, общество воспитывает таких пупов Земли. Слава Богу, не все, конечно, до таких крайностей доходят. А дальше получается такой скучающий, то есть, пресыщенный еще, к тому же, надо сказать, пресыщенная такая бестолочь, которая ничему не хочет учиться, ничем не хочет заниматься. И у которой нет цели. Который даже не пытается найти ответы на вопросы о смысле жизни». Михаил Хасьминский полагает, если бы парень попытался найти ответы на мучавшие его вопросы, трагедии можно было бы избежать. Тем более, что такие ответы есть. «Что его волновало? Вещи, известные многим. По большому счету, он искал цель, смысл. Мы знаем, например, в христианстве есть и ответы на вопросы о смысле жизни. В исламе – есть ответы на вопросы о смысле жизни. В буддизме – тоже есть ответ на вопрос о смысле жизни. Все традиционные конфессии только об этом говорят. Но ему же лень, ему это на самом деле не надо. Он упивается своими страданиями и у него вот эта боль в душе. И тогда он думает, что он эту боль может заглушить какими-то внешними воздействиями. Например, поменяв, вокруг себя там каких-то людей. Но это не приносит счастья. Это не приносит изменения в душе. Потому что он душой не занимается. Так обычно ведут себя все суициденты. Все эти вот деструктивщики. Это одна и та же схема. Душой не заниматься. И, кстати говоря, здесь спасибо уже антирелигиозной пропаганде. Потому что душой заниматься не модно, религия на свалку, опиум для народа. И вот, мы видим таких вот красавцев, которые не укореняются в социокультурных традициях своего народа», - резюмирует Михаил Хасьминский. 17 октября студент политехнического колледжа Керчи устроил взрыв и расстрелял студентов и педагогов, после чего застрелился. В результате происшествия 21 человек погиб, еще около 50 человек пострадали. Уголовное дело, возбужденное по статье «Теракт», было переквалифицировано на статью «Убийство».