Теория Дарвина: почему в России она подверглась большой критике

Выпуск книги Чарльза Дарвина «Происхождение видов» стал знаковым событием, тираж её был скуплен уже в первый день, а само учение Дарвина до сих пор порождает активные дискуссии. В том числе и в России.

Тимирязев

Главным русским апологетом учения Дарвина был Климент Тимирязев. Эволюционное учение Дарвина он рассматривал как крупнейшее достижение науки XIX века, утверждающее материалистическое мировоззрение в биологии. Тимирязев неоднократно подчёркивал, что современные формы организмов — результат длительной приспособительной эволюции.

В сентябре 1860 года студент Петербургского университета Климент Тимирязев впервые на лекции услышал о книге Дарвина. Через четыре года он опубликует в журнале «Отечественные записки» три статьи под общим названием «Книга Дарвина, её критики и комментаторы». Первое отдельное издание этих статей вышло в 1865 году под заглавием «Краткий очерк теории Дарвина». Климент Тимирязев даже называл Россию второй родиной дарвинизма, чем приводил в ярость противников учения Дарвина, коих в России было немало.

Фаминцын

Еще одним русским ученым, высоко оценившим теорию Дарвина о происхождении видов стал Андрей Сергеевич Фаминцын.  В речи, произнесенной в Санкт-Петербургском университете 8 февраля 1874 года он подробно изложил постулаты этой теории и сказал о её важности для биологии. Важнейшая заслуга Дарвина, как отмечал Фаминцын, была в том, что ему первому удалось не только несомненным образом доказать изменяемость организмов, переступающую иногда пределы, принятые для хорошо установленного вида, но и показать способ, которым она достигается. По мнению Фаминцына, дарвинизм стал той точкой опоры для материализма. Являясь убежденным сторонником и защитником теории Дарвина, Фаминцын, тем не менее, находил слабые звенья и в своем любимом учении. Он отмечал, что дарвинизм не может убедительно объяснить причины восходящего развития органического мира.

Берг

Возможно, одним из наиболее оригинальных критиков и интерпретаторов дарвиновской теории естественного отбора был российский естествоиспытатель Лев Семенович Берг. 31 января 1920 года Берг делает в Доме ученых в Петрограде сообщение «Эволюция на основе закономерностей», в котором отмечает: «Закономерности, вызывающие появление новых признаков, обусловлены: а) внутренними, конституционными свойствами организма (точнее – стереохимическими свойствами их протоплазмы), заставляющими формы изменяться в определенном направлении; это – автоматическая закономерность, б) влиянием географического ландшафта, точнее – среды, также преобразующей формы в определенном направлении; это – географическая закономерность. Итак, развитие организмов есть закономерный, идущий в определенном направлении процесс, или номогенез, протекающий на основе причин автоматических и географических».
Берговская трактовка эволюции, номогенез, станет на многие годы в дальнейшем фактически официальной концепцией советской биологии.

Данилевский

Одним из самых последовательных и кропотливых критиков дарвинизма в России являлся Николай Данилевский. Интереснейший мыслитель, социолог, историк, основатель  цивилизационного подхода к мировой истории, Данилевский в 1885 году написал труд «Дарвинизм. Критическое исследование». Указав «на множество ошибочных выводов, на множество неверностей и положительных невозможностей, нагроможденных друг на друга, от самых первоначальных оснований теории, почерпнутых из наблюдений над домашними организмами, до её довершения», Данилевский в своей работе проводит мысль о том, что невозможно, чтобы масса случайностей, не соображенных между собою, могла произвести порядок, гармонию и удивительную целесообразность. По мнению Данилевского, развитие природы идет по плану Творца, «имеющему в виду достижение определенной цели».

Страхов

Начало серьезной критике дарвинизма в русской философии положил Н. Н. Страхов. Гипотезу Дарвина он критикует не за то, что в ней нашла отголосок идея развития, а за то, что Дарвин исказил эту идею, изобразил процесс развития как нечто «совершенно случайное для организма», поставил развитие в полную зависимость от «сочетания внешних обстоятельств, среди которых живет организм». Короче – поместил первоисточник развития вне конкретного живого организма. В книге «Мир как целое», изданной в 1872 г., Страхов детально обосновывает концепцию развития, которая объясняет, почему с появлением человека в природе прекратилось появление новых видов (за исключением тех, которые создает сам человек путем искусственного отбора). Именно человек стал тем «видом», который достиг высшего биологического совершенства и перенес развитие в область духа. Таким образом, дарвинизм ищет развития не там, где оно в действительности происходит. Поэтому сам дарвинизм – «остановка развития», причем не только научного: в дарвинизме выразилось «то направление мыслей, которое можно назвать европейским нигилизмом, и которого наш нигилизм есть частное отражение, очень своеобразное и, может быть, наиболее резкое из всех».

Толстой

Пожалуй, самым яростным и непримиримым критиком дарвинизма был Лев Толстой. В своем письме Страхову он писал: ««окончательный успех в его полемике со мной будет, конечно, на моей стороне, потому что «Тимирязев должен быть неправ». Толстой в Ясной поляне не был отгорожен от мира. Его жизнь сложно назвать затворнической. Он был открыт и для новых научных веяний. Учение Дарвина было им освоено сразу же после обнародования. В романе «Анна Каренина» на первых же страницах писатель пишет об одном из центральных персонажей – Стиве Облонском: «Степану Аркадьичу, любившему веселую шутку, было приятно иногда озадачить смирного человека тем, что если уж гордиться породой, то не следует останавливаться на Рюрике и отрекаться от первого родоначальника – обезьяны». Напомним, действие романа Толстого начинается в конце зимы 1873 года.

Маша и Дарвин

В 2007 году теория Дарвина стала камнем преткновения для школьницы Маши Шрайбер. Маша не стала терпеть то, что теорию Дарвина в ее школе преподают как истину в последней инстанции и даже подала в суд. В исковом заявлении Маша говорила о том, что теория Дарвина о происхождении человека не подтверждена научными фактами, следовательно, не является научной теорией. Ее изучение, считает Шрайбер, не позволяет ей развивать себя как личность и формировать у себя целостную систему знаний о происхождении человека. Эта история наделала много шума и в очередной раз показала, что интерес к «Происхождению видов» не снижается и по сей день учение Дарвина способно вызывать общественные дискуссии.