Фокус на Ливию: чем сейчас приправлен военный конфликт?
Из фокуса телекамер и СМИ Ливия несколько «пропала». Но есть события, которые снова вернули интерес и поддержку общества к происходящему.
События внутри Ливии
Руководители Ливии, признанные мировым сообществом как ПНС (Правительство национального согласия) в лице Фаиза Сараджа получили ультиматум от ЛНА (национальной армии страны). Фельдмаршал последней, Халиф Хафтар, требует от вооруженных формирований «официального» правительства убрать из Сирта и Триполи свои вооруженные силы. Но для ведения результативных боев у Халифа нет необходимой подготовки.
Правда, игроки этой «арены» используют не только свои возможности. За ними стоят другие личности.
Восток — дело тонкое…
Рассматривая события в Ливии, следует всматриваться «вглубь». Ведь сила внешних игроков, поддерживающих ту или иную сторону, может быть намного сильнее возможностей ливийских политических и военных деятелей.
У ПНС важный союзник, Турция. Став региональным лидером, данная страна использует ливийский котел для глобальных решений. На сегодня подписано соглашение между Анкарой и Правительством национального согласия. А это значит, что вот-вот, под видом военной помощи, в Ливию введут турецкие войска. Хотя спецназ, инструктора и военная техника из Турции уже переброшены в Триполи.
Несмотря на то, что позиция Эрдогана расходится со взглядом Путина, они находят точки соприкосновения в телефонных разговорах и при личных встречах. И, скорее всего, обсудят сферы влияния в Ливии, поделив их между собой. Это будет соответствовать цели — создать военно-морскую базу в акватории Средиземноморья.
Учитывая новую военную базу в Гечиткале, Турция не собирается останавливаться на достигнутом. И планирует и дальше вести раздел Средиземного моря, поддерживая Ливию, и не обращая внимание на Грецию, Египет, Ливан, Израиль и тот же Кипр.
А что же теперь? Пока президенты делят мир, афро-американцы, десятилетиями бежавшие с раздираемого войнами континента, надеялись на переселение в Европу. И основными воротами была Ливия. Но если раньше там была сила Каддафи, то теперь — раздел влияния между разными политическими направлениями. И надежда на эти «врата жизни» угасает...