От Гитлера до современных расистов: почему среди них так много веганов?
Движение "Альт-правых" и ему подобные давно интересовали журналистов. И одним из вопросов было: почему сторонники превосходства белой расы так часто склонные к веганству?
Как пишет издание VICE News, огромное число американских нацистов, отказавшихся от мяса, подвигло журналистов на большое исследование. Считается, что этот феномен можно объяснить идеологией "крови и почвы", присущей некоторым движениям.
Эта идеология была популяризирована начальником Главного управления СС по вопросам расы и поселения Рихардом Дарре, который также занимал пост министра продовольствия Германии в 1930-е годы.
Дарре утверждал, что расовое наследство ("кровь") и связь с землей ("почва") крайне важно для немцев. Во время недавних погромов в Шарлотсвилле белые нацисты выкрикивали именно эту фразу, романтизирующую связь людей с природой. Для них вегетарианство — очередной способ показать свое расовое превосходство.
Вегетарианство Гитлера хорошо всем известно. Он выступал за вегетарианство как за естественный выбор, а в качестве примера приводил некие "инстинкты предков".
Идеи вегетарианства, как признака принадлежности к "исключительно расе" развила позднее Савитри Деви — подлинный апологет глубинной экологии, прав животных, национал-социализма и гитлеризма.
В книгах, написанных после Второй мировой войны, она активно пропагандировала нацистские эзотерики и этическое вегетарианства. При этом Деви доказывала, что "бескорыстные" арийские вегетарианцы демонстрируют свое расовое превосходство, заботясь о благе "всех" живых существ.
В НСДАП, правящей партии нацистской Германии, было свое крыло "зеленых" — они выступали за защиту природы, производство органических продуктов и за охрану лесов и животных. Ультраправые защитники природы возникли, например, и в Австралии после Второй мировой войны.
Исследуя различные исторические источники, а также многочисленные неонацистские веб-сайты и каналы, журналисты пришли к выводу, что для расиста вегетарианство и даже веганство — это осознанный этический выбор, соответствующий образу не хилого слабака-пацифиста, а могучего "арийского воина".