Люмпен – это политический труп, а не просто разорившийся трудяга
Что значит слово «люмпен»? Это деклассированный пролетариат, который деградировал настолько, что полностью утратил связь с рабочим классом и его классовыми интересами.
Вульгарное понимание этого термина сводит его к синониму бездомного. Но бездомные бывают разные: например работающие и неработающие. И люмпены – лишь те, кто морально сломались и разложились. Их интерес – выпить и что-нибудь стащить. Работать они не хотят, даже если есть возможность. И сами не могут вернуться к нормальной жизни, для возврата к ней нужны усилия всего общества и специальные учреждения – что при капитализме невозможно.
Другой случай – работающий бездомный. У него могли забрать жилье за неразумные долги или в порядке бандитизма (вечного спутника капитализма). Но если он не сломился, не спился и хочет вернуться в строй – он не люмпен, а доведенный капитализмом до края пролетарий.
Есть люмпены и в более устроенных слоях общества – это подкупаемая буржуазией «рабочая аристократия». Например в парламенте Англии конца XIX – начала XX века сидели в том числе и докеры, которые хоть и представляли пролетариат, но отстаивали политику буржуазии.
Сегодня это – всяческая обслуга буржуазии. От бытовой, которая с холопским поклоном стрижет жен и собачек буржуинов – до интеллектуальной, славящей сердоболие, благотворительность и политические шашни господ кровососов.
Люмпены – это и черносотенцы, особенно прославившиеся в канун падения Царской империи. За подачку от властных классов они готовы бить и давить своих братьев другой национальности или веры. Они могут вести весьма скромное существование, но идейно все равно на стороне буржуазии, кидающей им крохи с ее барского стола.
Главный признак люмпена – это моральное и политическое разложение, а не механическая принадлежность к той или иной группе по материальному положению.
Люмпен сегодня – и человек за компьютером, который весь свой досуг проводит в социальных сетях, но при этом полностью атрофировался социально. Он не участвует ни в каких низовых общественных мероприятиях – для него это слишком мелко. Не ходит на митинги, не выступает с одиночными пикетами – это слишком опасно.
Он режется без устали в какой-то морской бой с подобными ему политическими трупами, комментируя чужие публикации. При этом основной аргумент «сам дурак» в разных вариациях типа «а у тебя фамилия хохляцкая; а у тебя харя жидовская, а ты масквич зажравшийся» – может быть повторен 50, 100, 200 раз.
Именно ради этой заглазной перебранки, греющей душу и самомнение Интренет-люмпена, он и участвует в базарных дискуссиях. А вовсе не для того, чтобы как-то просветить свои мозги, нащупать истину, набраться политического опыта для участия в реальных действиях.
Нет, эти Интернет-войны для указанного рода люмпенов, всегда числящих себя в учителях и никогда – в учениках, служат побегом от настоящей политической борьбы и оправданием этого побега.
И власти, на мой взгляд, зря взялись карать за всякие вольности в Интернете. Напротив, им должно быть выгодно перенесение всякого протеста из реала в виртуальную жизнь. Ибо опоенный ей люмпен, тратящий тьму времени на идиотские баталии и охаивание последними словами Путина в соцсетях – уже никогда на возьмет в руки булыжник, единственное оружие пролетариата.