Скандал в РАН

Административный сбор подписей за Сергеева вызвал возмущение.

Неприятная, если не сказать скандальная ситуация, связанная с предстоящими выборами президента РАН, обсуждалась на заседании президиума Российской Академии наук во вторник. Члены Академии подняли вопрос о дополнительных голосах в поддержку академика Александра Сергеева, которые, по их мнению, были собраны не совсем этичным методом, с использованием административного давления.

Речь шла о подписях, которые собирал в Санкт-Петербурге за повторное выдвижение в президенты действующего главы РАН Александра Сергеева его заместитель Сергей Люлин. “МК” на днях писал об этом случае со ссылкой на слова самого Люлина. Он подтвердил нам факт написания им письма, адресованного членам академии в Санкт-Петербурге, с просьбой снова проголосовать на выборах за действующего президента. Несмотря на то что сам Сергей Владимирович, по его словам, не расценивал этот поступок как административное давление, члены президиума посчитали иначе.

Вот как это происходило.

Члены президиума, заседавшие 19 июля, должны были принять постановление на представление в правительство для согласования выдвинутых академией представителей. Исполняющий обязанности ученого секретаря Дмитрий Бисикало огласил имена и фамилии четырёх кандидатов, академиков РАН: Геннадия Красникова, Дмитрия Марковича, Роберта Нигматулина и Александра Сергеева. Мы писали ранее, что именно Красников снискал доверие у большего количества тематических и региональных отделений РАН (у 9 из 15 проголосовавших), за Сергеева были поданы заявки от 4-х отделений, за Нигматулина и Марковича проголосовали по одному отделению.

На этом фоне у заместителя президента РАН Сергея Люлина, видимо, и возникло желание подобрать недостающие голоса для своего шефа.

Сколько их в итоге проголосовало в городе на Неве, неизвестно, но из уст Бисикало прозвучала цифра – 402.

Острую тему поднял другой замеcтитель президента, Владимир Иванов:

– Расскажите нам, пожалуйста, как именно проводилась процедура подписания в Санкт-Петербурге?

Дмитрий Бисикало: –   Это было сделано членами РАН самостоятельно, они приходили в управление кадров и оставляли свои подписи.

Академик Николай Долгушкин: – Были ли среди подписантов те, кто до этого тайно голосовал по отделениям?

Д. Б.: Были.

Н. Д.: А какой в этом смысл? Что, нет доверия бюро отделений? Мы просим раскрыть нам имена тех, кто открыто подписался за Александра Михайловича.

Д. Б. : Это не публичная информация. Это в уставе не прописано.

Академик Геннадий Матишов: Если в уставе не прописано, тогда зачем вообще говорить о каких-то дополнительных подписях? Предлагаю их не учитывать.

Д. Б. : Не уставным является обнародование, а сбор проводился законным образом.

Тут вмешался президент РАН Александр Сергеев, напомнив, что норма о сборе подписей от групп, состоящих из любых членов РАН (не только представителей бюро отделений и президиума), действительно существует. Мало того, если раньше для выдвижения кандидата таким способом надо было собрать всего 50 голосов, теперь планка повышена до 100.

— Я с 1991 года в Академии и ничего подобного не помню, — сказал академик Матишов.

Владимир Иванов знал о такой процедуре, но напомнил, что если она и проводилась (это происходило единожды, в 2017 году), то делалось без давления административного ресурса.

— Тут мы видим, что заместитель президента РАН пишет письмо членам Академии, а затем едет сам в Санкт-Петербург и собирает подписи. Всем вам известна поговорка: “Начальство просит — приказывает вдвойне”…

Нельзя, чтобы лицо, находящееся в прямом подчинении, занимались выборной кампанией. Я предлагаю исключить добытые таким образом 400 подписей из списка голосов. Это не что иное как использование административного ресурса. Аргументом является также и то, что голоса открыто проголосовавших Александр Михайлович теоретически может использовать в итоговом голосовании. А это уже нарушение правил тайного голосования!

Александр Михайлович в этом согласился с Ивановым.

За незаконность сбора подписей с применением административного ресурса высказался также и академик Евгений Каблов:

— Если есть факт использования административного давления: заместитель президента был в Питере, собирал подписи, это не правильно.

В общем, многие высказались за то, чтобы раскрыть, сколько человек подписались после призыва Люлина в Санкт-Петербурге.

Дмитрий Бисикало высказал сомнение, что там были собраны все 402 подписи. Оказывается, “голоса” за Сергеева собирались и в Сибирском отделении РАН. Но кто-где-сколько, — ученый секретарь сказать не смог. Пообещал членам президиума подсчитать и предоставить информацию. Но позже, к сентябрю…

Пока же решили направить на согласование в правительство информацию с теми спорными 402 голосами. “Ничего не поделаешь, — сказал в заключении Сергеев. — Мы должны передать в правительство не только данные от отделений, но и от академической общественности».

Наталья Веденеева

“Московский комсомолец”