Исполнение мечты о высадке отечественных космонавтов на «красной планете» откладывается на неопределенный срок Забавный, хотя и вымышленный, но точно характеризующий состояние, и российской космонавтики, и всей отечественной жизни диалог, опубликовал в своем блоге аналитик Вадим Жартун: «Редкий советский мальчишка не мечтал стать космонавтом. А чему удивляться, если нам с первого класса вдалбливали, что мечтать нужно именно об этом? В моём букваре 1984 года издания так и было написано: «Мне уже семь лет. У меня большая мечта — быть космонавтом» и «Вырастет Вера и станет строителем. Слава и Лариса станут трактористами. [..] А Павлик — космонавтом. Он полетит на Луну, Венеру и на Марс» — и картинка с улыбающимся Гагариным. Прошли годы, и мы стали совсем не космонавтами. На 300 миллионов жителей бывшего СССР их всего-то около 120 человек (включая 33 уже умерших). Только одному из более чем двух миллионов удалось реализовать мечту о космосе. СССР распался, советская космическая программа деградировала, но мы-то никуда не делись. Более того, нет сейчас на нашей планете другой нации, более подходящей для массовой колонизации Марса, чем русские, ведь мы всю свою жизнь только к этому и готовимся. Вот пригласит, к примеру, условный Илон Маск условного Ваню из российской глубинки лететь на Марс, а тот ему: — Какие вопросы, Илон Эрролович, конечно полечу! — А не сдрейфишь, Ваня? Лететь долго, а вокруг лишь тысячи километров ледяной пустоты космического пространства! — Окститесь, Илон Эрролович, это вы по трассе Красноярск-Иркутск зимой не ездили на старой девятке. — А на Марсе и вовсе дорог нет. — Повторяю, Илон Эрролович, это вы у нас не ездили. У меня друг в луже у дома машину недавно утопил. Ниву. По крышу ушла. — В космосе, Ваня, радиация! — Это как у нас под Кыштымом и на 300км от него в северо-восточном направлении, что ли? Ничего, не впервой. — Ну, мы предупреждаем, что ожидаемая средняя продолжительность жизни из-за этого снижается на 10%. — Это до скольки, Илон Эрролович? — До 71. — Как в РФ сейчас. Хотя у нас в семье никто из мужиков до 60 не доживал, кого знаю. Вредные производства, алкашка, безнадёга. — Врачи, разумеется, в миссии будут, МРТ, медикаменты, не беспокойся. — Ого! У нас только в областных центрах врачи нормальные есть, хотя к специалисту ещё попасть надо. — Каюта в корабле 2 на 2 метра. На двоих. — Всего на двоих? Мы в однушке живём с женой, тремя детьми, её мамой, собакой и двумя котами. В тесноте, да не в обиде, как говорится. — С едой будет не очень — консервы, суррогаты, сам понимаешь, Ваня. — А вы, Илон Эрролович, доширак пробовали? Или сыр из пальмового масла? Или сосиски наши дешёвые из сои пополам с глутаматом? Я в фильме видел, что у вас там картоху можно выращивать. Проживём! — С водой на Марсе сам понимаешь как. Экономить придётся. — Привычные мы. Летом, когда воду отключают, у нас одного чайника всей семье помыться хватает. — Ну а воздух, Ваня? Атмосфера разреженная, один CO2. — Зато у нас, как с КрАЗа ветер подует — смог, хоть топор вешай, и в нём — вся таблица Менделеева, так что ещё вопрос — что хуже. — А холод? Средняя температура на Марсе -40C. — У нас когда теплотрассу прошлой зимой прорвало, примерно столько же было. Норм. Только спать в шапках ложились, чтобы голова не мёрзла. — А ещё с развлечениями на первых порах будет плохо. Ни театров, ни музеев, ни картинных галерей. — В посёлке, где я родился, из развлечений был клуб нефтянника, который закрыли, ещё когда я в школе учился, поселковый совет и два магазина. И ничего, весело жили. Дружно. — А ещё у нас в колонии. — В колонии, ха! Говорила мне мамка, что не миновать мне её.. Как в воду глядела. АУЕ! — Что? О чём ты вообще?! — Ни о чём. На роду, говорю, мне написано к вам на Марс, Илон Эрролович. Семейная традиция. У нас почти все через колонии прошли. — Ещё там Интернет будет медленный и с задержкой большой. Ничего? — С «задержкой» и у нас не слабо. Запостил картинку ВКонтакте с патриархом, оглянуться не успел — бац, и задержали. СОБР, мордой в пол, суд, колония. Почти как у вас, Илон Эрролович. — Что, Ваня, у вас там тоже космонавты? — На митингах у нас «космонавты». Да не те, что летают, а те, что в оцеплении стоят. Долго, в общем, объяснять, не берите в голову. Потом они оба внезапно замолчат, задумавшись каждый о своём. Затем Ваня поднимет голову и спросит: а мы, русские, точно с этой планеты? Вроде как тысяча лет России уже, а жизнь всё никак наладить не можем...» Оригинал здесь
