Футбол не о футболе: немного о мужской конкуренцииFacebook гудит на увлекательную тему: россиянки вовсю развлекаются со страстными иностранными болельщиками. Мне кажется, эта тема получила столь широкую, хотя и не очень заслуженную огласку, поскольку задела национальные чувства, в первую очередь — российских мужчин.Внезапно в общественном сознании обнажилось очень древнее и архаичное правило: женщины племени — собственность племени. С давних времен женщины были добычей победителей войн, сексуальное насилие над женщиной врага — чуть ли не доблесть. Причем главное здесь — унизить врага, а не сам секс, он — на втором месте, а женщина — лишь средство для унижения.И вообще, женщина — средство в целом: для рождения наследников, сексуального удовлетворения и т.д. И эта примитивная архаика выражается в различных формах контроля за женщинами, в том числе и за их телом. С этими можно заниматься сексом, а с этими нельзя, они чужой веры или народности...И тут некоторые женщины заявляют своими действиями, что их сексуальные переживания не укладываются в «патриотически-племенные» рамки. И что они сами распоряжаются своими телами, которые больше не достояние племени. Здесь архаические представления и встают на дыбы, сбрасывая слабый налет современности. Если ты отвергаешь меня в пользу «соплеменника» — это еще терпимо, но если в пользу чужака...Женщиной-собственностью управлять проще: ничего не нужно делать с собой, нужно только быть бдительнымНапример, в моей психике правят балом древние табу, дополненные ощущением собственной несостоятельности, которое только поощряет опираться на эти табу. Тогда единственное желание, связанное с появлением чужаков-конкурентов? — контроль своей собственности: охранять построже и прогонять воров. Племя решит, с кем тебе можно заниматься сексом, а с кем нельзя. Да, это форма конкуренции между мужчинами, а женщина здесь — просто добыча: «А теперь? душа-девица, на тебе хочу жениться».Если же женщина в сознании мужчины — самостоятельная личность, способная выбирать и к тому же любящая секс, мужчине остается другой вариант конкуренции, еще более древний, чем эта племенная мораль. Это конкуренция, восходящая к примитивной биологии. Звучит она просто: будь лучше, чтобы женщина всей сутью потянулась к тебе, желая отдаться.Национальность перестает быть важной, важен только пол и твоя витальность, твоя жажда жизни и интерес к ней. И совсем не обязательно быть жгучим мачо-латиноамериканцем или нордическим красавцем-скандинавом. Важна возможность хотеть женщину, сообщать ей об этом, и при этом слышать ответные сигналы. То есть конкуренция идет не за женщину как добычу, а за выбор самой женщины.Я не склонен разделять идею о том, что с русскими мужчинами что-то не так. Вопрос в ценностях и в восприятии женщин. Женщиной-собственностью управлять проще: ничего не нужно делать с собой, нужно только быть бдительным. С женщиной-личностью сложнее — она же выбирает, и никак не заставить... Разве что силой, но этого ли мы хотим?Илья Латыпов
