Репетиция конца света сорвалась: в Токио казнен Секо Асахара

В Японии казнили лидеров секты "Аум Синрике" (запрещена в России). Сёко Асахару и шестерых его сообщников повесили. Приговор привели в исполнение только сейчас, когда с момента страшного теракта в токийском метро, устроенного сектой, прошло 24 года.

Бесплатные спецвыпуски газет на улицах японских городов раздают только во время действительно значимых событий для страны или мира. Казни самого опасного японского террориста многие здесь ждали два десятка лет. Лидер "Аум Синрике" (запрещена в России) повешен 6 июля в тюрьме на окраине Токио, где он сидел в одиночной камере с 2004 года.

"Это были беспрецедентные и чрезвычайно гнусные преступления, которые никогда не должны повториться", — считает министр юстиции Японии Ёко Камикава.

Комната для казни в подвальном этаже токийской тюрьмы. Заключенного ставят в красный квадрат на полу и накидывают петлю на шею. За стеной трое тюремщиков синхронно нажимают на кнопки в стене, и пол под ногами приговоренного проваливается. Какая именно кнопка приводит механизм в исполнение, неизвестно, чтобы никто из участников казни не чувствовал персональную ответственность.

На счету секты — 27 убитых и тысячи пострадавших. Двух ключевых организаторов самого массового теракта в послевоенной истории Японии удалось задержать лишь 17 лет спустя.

Тогда в июне 2012 года это тоже было новостью номер один.

Наоко Кикути отвечала в "Аум Синрике" за изготовление боевого газа зарин. Она жила в доме два года, скрываясь под чужим именем. Ее арестовали прямо на пороге, когда она возвращалась из магазина. Именно показания Кикути вывели полицию на след последнего подозреваемого по делу "Аум Синрике", который дольше других оставался в бегах.

Зарин был распылен в марте 1995 года на станциях токийского метро — Сиоко Асахара называл это репетицией конца света.

На частном заводе под горой Фудзи Асахара хотел произвести 300 тонн зарина — по его расчетам, именно столько требуется для уничтожения всего человечества.

Главные злодеи казнены, но дело Асахары живет. Секта продолжает действовать, правда, по другим названием — "Алеф". И под гласным надзором полиции.

Неприглядный дом в спальном квартале Токио. Здесь последователи Асахары занимаются йогой и медитацией. Видимо, сейчас проводится очередной сеанс. Запах благовоний чувствуется даже на улице. Но то именно происходит за этими наглухо замурованными окнами — можно только догадываться. Сектанты категорически отказываются общаться с посторонними, тем более журналистами. Попасть внутрь секты, очевидно, также сложно, как потом выйти из нее.

По данным полиции, число последователей "Алеф" составляет более полутора тысячи человек, причем в последние годы оно увеличивается. Даже в России — у них якобы около 150 последователей. Конечно, это не 10 тысяч, которые входили в состав российского представительства "Аум Синрике" 23 года назад. Председатель Верховного совета России Руслан Хасбулатов принимает Асахару по всем правилам протокола. Сектанты тогда привезли партию одноразовых шприцов, а назад в Японию собирались привезти вертолет Ми-8 и партию автоматов Калашникова. С согласия московских властей "Аум Синрике" создала в России самое большое представительство за пределами Японии.

Медитирующий в токийской квартире перед изображением Будды Фумио Дзёю был пресс-секретарем Асахары и возглавлял российское представительство. Он отсидел в тюрьме три года и теперь помогает бывшим сектантам вернуться к нормальной жизни.

"Это было очень удачное время. В Советах закончилась эпоха коммунизма и социализма. В людях проснулся большой интерес к религиозным и духовным ценностям. "Аум" просто этим удачно воспользовалась", — ностальгирует бывший пресс-секретарь Сёко Асахары и глава российского отделения секты Фумихиро Дзёю.

После теракта в токийском метро деятельность "Аум Синрике" в России была запрещена.

Исполнения смертного приговора в одиночных камерах японских тюрем ожидает еще четверо бывших помощников Секо Асахары. Когда это произойдет, сказать невозможно. Как и в случае с главарем, их судьбы зависит исключительно от личного решения японского министра юстиции.