Черное яблоко раздора: как в Ливии делят власть и нефть

Ливия, обладающая крупнейшими запасами углеводородов в Африке, уже давно могла бы превратиться в богатейшее государство Черного континента, процветать и развиваться. Однако одно упоминание страны в последние годы не вызывает никаких других ассоциаций, кроме войны, хаоса, терроризма, политических склок и расколов, из-за которых уже долгое время она не в состоянии полноценно распоряжаться своими богатствами и справедливо делить их между всеми ливийцами. Входящее в ОПЕК государство до разгоревшейся там более семи лет назад войны являлось 12-м по значимости экспортером нефти в мире. В 2011 году, когда на волне взорвавшей регион пресловутой "арабской весны" началась "революция 17 февраля", Ливия добывала 1,6 млн баррелей в сутки. Когда начался подталкиваемый Западом кровопролитный конфликт, многие иностранные энергетические компании были вынуждены временно свернуть все операции в Ливии, а непрекращающееся противостояние нанесло немалый ущерб объектам нефтяной инфраструктуры. Простой сектора обернулся убытками в десятки миллиардов долларов, а то, что удавалось зарабатывать, оседало в карманах местных чиновников, контрабандистов, племенных шейхов, шло на финансирование многочисленных полевых командиров и группировок, нередко радикального толка, деливших сферы влияния при абсолютной неспособности центральных властей навести порядок и взять под полный контроль хотя бы столицу — Триполи. Двоевластие Ливия уже долгое время живет в условиях двоевластия, по сути оказавшись поделенной на Запад и Восток. В настоящее время в стране действуют два правительства: признанное международным сообществом Правительство национального согласия (ПНС) под руководством Фаиза Сараджа и восточный кабинет Абдаллы Абдуррахмана ат-Тани, который поддерживается Ливийской национальной армией (ЛНА) под командованием фельдмаршала Халифы Хафтара и Палатой представителей (избранный постоянный парламент). Данная ситуация не могла не сказаться и на других структурах как экономического, так и силового блока. В стране существуют два Центробанка, разрозненные вооруженные силы, причем в случае с последними, если ЛНА номинально представляет из себя регулярную армию с главным командованием и частями, бригадами и боевой авиацией, то лояльные столице ВС больше походят на неподконтрольные никому формирования и ополчения времен противостояния с Каддафи, многие из которых действуют, исходя лишь из собственной выгоды и за хорошие барыши от триполийских властей. Параллельно функционируют и две Национальные нефтяные корпорации (ННК — National Oil Corporation) — так называемая единая под руководством Мустафы Саналлы и со штаб-квартирой в Триполи, а также конкурирующая контора, подчиняющаяся восточным властям и размещающаяся в Бенгази, которую возглавляет Фарадж Саид аль-Хаси и которая оспаривает право управления нефтяными объектами и распределения доходов от экспорта углеводородов. "Нефтяной полумесяц" Отсутствие центральной власти уже неоднократно приводило к конфликтам противоборствующих сторон, только усиливая политическую поляризацию и приводя к постоянным попыткам поделить один из главных источников доходов практически ничего не производящей страны — черное золото. И главной разменной картой в этих баталиях стали даже не месторождения, которые, к слову, также неоднократно переходили из рук в руки, а "нефтяной полумесяц" — обширный регион, простирающийся от Адждабии (к юго-западу от Бенгази) до восточных окраин Сирта. Именно здесь расположены основные экспортные порты — Рас-Лануф, Эс-Сидр, Брега и Зувейтина, откуда сырье сбывается за рубеж. В сентябре 2016 года ЛНА взяла их под контроль, выбив оттуда охранявшие с лета 2013 года порты формирования Petroleum Facilities Guards, самопровозглашенным лидером которых являлся Ибрагим аль-Джадран. Последний взял их под контроль, когда значительная часть восточной Ливии начала настаивать на большей автономии в рамках федеративной системы, поддерживал сначала Хафтара, а потом и ПНС, однако позднее неоднократно вступал с ними в конфронтацию. Уже тогда возникли разногласия о том, кто именно должен управлять терминалами, права на которые заявляла параллельная структура из Бенгази. Однако в итоге армия приняла решение о передаче их в ведение единой нефтяной корпорации из Триполи. В марте 2017 года этот регион вновь подвергся нападению банд аль-Джадрана и связанных с "Аль-Каидой" (запрещена на территории РФ) исламистских "Бригад обороны Бенгази". Тогда боевикам удалось захватить Рас-Лануф и Эс-Сидр, однако уже через несколько дней хафтаровцы предприняли контратаку и выбили из них радикалов, вернув порты. Аналогичная ситуация повторилась и в середине июня нынешнего года, когда эти же группировки вновь захватили Рас-Лануф и Эс-Сидр. Спустя неделю, 21 июня, Хафтар отдал приказ начать штурм и "очистить "нефтяной полумесяц" от террористов". В результате наступления войска при поддержке боевой авиации выдворили боевиков и начали их преследование. Контроль над терминалами Атаки боевиков стали лишь прологом к более серьезному конфликту, который уже сегодня грозит перерасти в открытое вооруженное противостояние сторон. Вслед за очередным освобождением портов армия объявила 25 июня о передаче их под юрисдикцию восточных властей, мотивировав свое решение тем, что часть нефтяных доходов использовалась для финансирования незаконных вооруженных формирований, в том числе экстремистского толка, а также наемников из соседних африканских стран. Как заявлял официальный представитель ЛНА Ахмед аль-Мисмари, армия решилась на такой шаг, поскольку нефтяные доходы уходили на финансовую подпитку террористических группировок, закупку техники, оружия и боеприпасов и контракты с чадскими наемниками". "Армия после освобождения терминалов ожидала поддержки, — сказал он. — Однако никакой помощи мы не увидели, сами тратя миллионы на обеспечение безопасности "полумесяца" и теряя каждый раз наших людей и технику. Армия не получила ни копейки от ННК". Теперь же, как заявлял на церемонии приемки портов глава бенгазийской корпорации аль-Хаси, все получаемые от отрасли средства будут поступать в Центробанк в Эль-Байде под контролем властей на востоке страны, а не в Триполи. "Эти средства будут находиться в распоряжении парламента и временного правительства Ливии. Они принадлежат всем ливийцам во всех регионах без исключения, и каждый получит от них пользу", — подчеркнул он. При этом восточные власти призвали мировое сообщество не торопиться с выводами, а "серьезно изучить причины, которые сподвигли армейское командование на такой шаг". Они также ввели запрет на отгрузку нефти по контрактам, подписанным в Триполи. Реакция Триполи Правительство Сараджа сразу же после заявления хафтаровцев обратилось ко всевозможным угрозам и призвало СБ ООН вмешаться и заблокировать любые попытки "незаконной продажи нефти" восточными властями. В столичном ННК также назвали решение хафтаровцев противоречащим резолюциям Совбеза и местному законодательству, пообещав возбуждать судебные иски против компаний, заключивших сделки с параллельной структурой. Триполийцев в специальном совместном заявлении поддержали Франция, Италия, Соединенные Штаты и Великобритания, а также генсек ООН Антониу Гутерриш, Евросоюз и Канада. Смысл заявлений этих сторон сводился к тому, что они признают столичный орган "единственным, уполномоченным вести экспорт ливийской нефти", будут пресекать любые попытки обойти режим санкций Совбеза и привлекут к ответственности тех, кто подрывает мир, безопасность и стабильность в Ливии. Прекращение экспорта и потери До возникшего кризиса Ливия довела нефтяное производство до порядка 1 млн баррелей в день. Передача терминалов параллельной структуре не только спровоцировала конфликт центральных и восточных властей, но и привела к остановке поставок за рубеж, в том числе с еще двух терминалов — Зувейтина и Марса-эль-Харига, и, как следствие, снижению ежедневной добычи нефти на 850 тыс. баррелей и газа — на более чем 20 млн куб. м. В настоящее время все хранилища оказались заполнены, и, как заявляли ранее в триполийском ННК, из-за возникшего кризиса национальная экономика ежедневно теряет $67,4 млн нефтяной выручки. И все это уже оказывает непосредственное влияние на мировой рынок энергоресурсов. Угроза нового конфликта и дальнейшего раскола Решение ЛНА застало многих врасплох не только в самой Ливии, но и за ее пределами. Очевидно, что восточным властям и армии надоело бесконечно договариваться дома и на международных площадках с оппонентами в Триполи, которые оказались в заложниках шантажа вооруженных группировок и личностных интересов, не находя в себе сил и возможностей самостоятельно принимать решения на благо всего государства. Попытки найти консенсус и создать единые органы власти, ликвидировав параллельные структуры, уже долгие годы не приносят никаких результатов. Тем временем в окружении Хафтара ранее уже звучали обещания пойти штурмом на столицу, если политический процесс так и зависнет в тупике. Все же, осознавая сложность ситуации, в которой оказались все стороны, командование уже выдвинуло несколько условий для ее разрядки. В ЛНА, в частности, призвали сформировать совместную с местными органами власти и международными структурами комиссию для установления источников финансирования атаковавших в июне нефтяные терминалы террористических групп, а также выявить, куда именно направлялась нефтяная прибыль за прошедший период. Кроме того, армия требует "справедливого распределения доходов" от продажи углеводородного сырья и выплат, причитающихся ей в бюджете средств, которые не были получены до настоящего времени. Она также потребовала уважать решение Палаты представителей об утверждении главой Центробанка Мухаммеда аш-Шукри (назначен в декабре 2017 года, офис расположен в Эль-Байде). Руководитель государственного финансового регулятора в Триполи ас-Садик Омар аль-Кабир был отправлен депутатами в отставку еще в сентябре 2014 года, однако до сих пор продолжает занимать эту должность, и именно его обвиняют в нецелевой растрате госсредств и передаче их группировкам. В командовании ВС призвали соблюдать договоренности прошедшей в мае в Париже международной конференции по Ливии под эгидой ООН, а также оговоренного на ней графика по проведению парламентских и президентских выборов в конце текущего года, главной целью которых является упразднение конкурирующих правительств и структур. Сможет ли восточное руководство добиться от западного каких-либо уступок, чего за минувшие годы так и не произошло, покажет самое ближайшее время. Однако нет сомнений, что те, кто обогащался за счет ливийского достояния, вряд ли так легко отдадут такой лакомый кусок. А это грозит новыми потрясениями, эскалацией напряженности, дальнейшей раскачкой без того хрупкой ситуации в стране. Ливия окажется на грани нового вооруженного конфликта и, возможно, еще большего усиления раскола и распада.