СУДЬБА В ИСТОРИЧЕСКОМ КОНТЕКСТЕ

Наверное, у каждого человека наступает день, когда точно понимаешь, зачем ты явился в этот мир, зачем живешь, какова твоя главная задача. И хотя Марлен Георгиевич Гадлия вот уже без малого пятнадцать лет возглавляет завод «Сухумприбор», по утрам, поднимаясь к себе в кабинет, он ловит себя на ощущении – как много изменилось вокруг, но вкус жизни, когда он среди близких надежных людей, точно такой же, каким он ощутил его много лет назад, в 1971-м, когда его, молодого технолога, направили в цех по производству шариков для авторучек.

А между тем все вокруг стало иным: страна, общественный строй, границы, люди... И основу твоих ориентиров в этом предательски изменчивом мире составляют неизменные вещи, неизменные, как эталон системы мер. Только мера эта нравственного порядка: дружба, семья, невозможность предательства, сила воли и сила личности.

В те годы, когда они с Асланом Гицба – известным активистом национально- освободительной борьбы абхазского народа, ветераном Отечественной войны народа Абхазии, были молодыми специалистами, обстановка на крупном промышленном предприятии в столице Абхазии была совершенно не такой, как сейчас. Иногда, предавшись воспоминаниям в компании людей разного возраста, они видят, с каким изумлением их слушают совсем молодые ребята. Словно не о событиях сорокалетней давности они рассказывают, а временах давно минувших дней.

Именно Аслан Гицба, вернувшись в 1993 году с фронта на «Сухумприбор», фактически не позволил заводу погибнуть. Собрал вокруг себя людей, стал восстанавливать связи, обновил даже кое-какие контракты. Десять лет после окончания Отечественной войны народа Абхазии Аслан Гицба был директором «Сухумприбора», а сегодня является председателем Наблюдательного совета акционерного общества «Сухумприбор». Новые времена диктуют и новую форму собственности.

В годы советской власти, когда большую часть коллектива завода составляли представители грузинской национальности, Аслану Гицба – зачастую в одиночку – приходилось неоднократно жестко ставить перед руководством завода принципиальные вопросы производственного, бытового, социального и даже политического характера.

Аслан Гицба был на особом счету. Его не просто уважали – подкупала его внутренняя свобода, позволяющая на собраниях говорить что думаешь, отстаивать интересы рабочих завода, включая даже вопросы обеспечения жильем, соблюдения правил техники безопасности на рабочих местах и многое другое.

До Отечественной войны народа Абхазии в цехах и отделах завода работали полторы тысячи человек, жизнь кипела.

Большим авторитетом пользовались у коллег по всему Советскому Союзу технологи и конструкторы завода, имелся филиал в Гале, и даже в селе Ажаре Гулрыпшского района был открыт и активно работал цех по производству товаров народного потребления. После развала СССР основная часть продукции завода потеряла актуальность. Главным потребителем была Россия. Перестала быть актуальной и продукция знаменитого шарикового цеха, благодаря которой завод получал солидную прибыль. Марлен Гадлия рассказывает, что какое-то время и после Отечественной войны народа Абхазии завод продолжал выпускать шарики по заказу партнеров из Санкт-Петербурга, Харькова и Минкуша (есть такой город в Киргизии), но потом и в шариках необходимость отпала. Выгоднее оказалось закупать пишущие узлы.

Сегодня коллектив составляет несколько десятков сотрудников, многие из них работали здесь с юности.

Конечно, история завода богатая и интересная, и ветераны с удовольствием вспоминают дни производственного расцвета предприятия, вспоминают и предвоенные напряженные месяцы, накал страстей накануне выборов в Верховный Совет Абхазской АССР, который впервые тогда проходил на альтернативной основе... Многие нынешние сотрудники – участники тех ярких событий.

Безусловно, сегодня у завода совсем другие масштабы и даже трудно представить, что еще каких-то 30 лет назад в цехах завода с маркой «Сухумприбор» выпускали приборы, незаменимые в самых разных сферах деятельности – сельском хозяйстве, судоходстве, промышленных производствах и других очень важных назначениях.

И хотя для молодого поколения Абхазии само слово «Сухумприбор» ассоциируется с открытым в одном из его корпусов вещевым рынком и магазинами модной одежды, для тысяч партнеров завода «Сухумприбор» навсегда он останется как один из ведущих промышленных производств своего назначения и времени. И имя его навсегда вписано в историю.

Тем не менее в 2005 году, после того как в самом здании Сухумского рынка начался капитальный ремонт, по решению Кабинета Министров была создана компания – торговый комплекс «Вещевой рынок «Сухумприбор», и столичная Администрация взяла в аренду для этого предприятия часть помещений завода. Предпринимателям, ведущим бизнес в разной форме собственности, предоставили площади. В бывших заводских цехах разместились магазинчики, и завод стал торговой площадкой.

В качестве Акционерного общества, львиная доля акций которого принадлежала государству, завод был зарегистрирован в 1994 году. Со временем государство вышло из акционерного общества, и в качестве доли ему из общей собственности завода были выделены непроизводственные здания.

К категории серьезной продукции, выпуск которой осуществляется в наше время, относятся электрографические термокопировальные аппараты (советский предок современного ксерокса), судовые импульсные отмашки и другие сложнейшие приборы, но теперь заказов в прежних объемах на них нет. Что касается судовых импульсных отмашек (по названию можно догадаться, что используются они в судоходстве), то спрос на них есть и сегодня.

– Конечно, нет уже тех масштабов – прежде мы выпускали в год по три-четыре тысячи приборов, а теперь просят поштучно: пять, десять, просят отдельные детали, – рассказывает М. Гадлия. – Соответственно изменился и профиль предприятия. Завод выпускает бытовые маслобойки, чаеподрезочные аппараты, используемые в субтропическом сельском хозяйстве для формовки чайных кустов. Большим спросом сегодня пользуется в Абхазии металлопродукция – надежные металлические двери, решетки, лестницы, заборы, ворота. В среднем металлическая дверь, произведенная в заводских мастерских, стоит 17 тысяч рублей.

Многие сотрудники завода работают здесь по пятьдесят лет. Например, начальник отдела кадров Марина Барциц, – с 1971 года, зав. канцелярией Раиса Овчаренко – с 1969-го.

Вот из осознания, что есть люди, для которых дружба остается дружбой, верность – верностью, а честность происходит от слова честь, и возникает желание добиваться успехов, писать письма с предложениями о сотрудничестве, пробовать себя в новом качестве.

Хорошо понимает Марлен Гадлия, что уже десять лет друзья его – ветераны Отечественной войны народа Абхазии, которые все как один со дня освобождения Сухума и Восточной Абхазии так и спали с автоматами, спустя некоторое время после 26 августа 2008 года – оружие свое зачехлили. И даже в снах, хоть и возвращается война, все-таки больше приходит мирная обычная жизнь.

10 лет признания Независимости Абхазии Российской Федерацией – это, фактически, целая эпоха, и оценить пройденное и обретенное за эти годы нам еще только предстоит.

Юлия СОЛОВЬЕВА