Вкус русской земли
Нас долго убеждали, что в России не может быть хорошего вина: мол, климат не тот - виноград не набирает сахаристость. Супруги Бюрнье недоумевают, откуда этот ложный посыл. Их виноградники на Кубани каждый год дают прекрасные урожаи.
Хорошему вину нужен счастливый виноград
«Посмотрите, - показывает фотографии огромных, полных гроздьев Марина. - Видно же, что этот виноград счастливый!»
В 2000 году, когда Рено и Марина Бюрнье впервые сюда приехали, эти склоны гор близ станицы Натухаевской (между Новороссийском и Анапой) были дикими. Советские колхозы, занимавшиеся виноградарством, канули в Лету, и земля пустовала. А теперь на 49 га - полные жизненных сил виноградники. Потомственный швейцарский виноградарь и винодел возродил русский аутентичный сорт «Красностоп», покоривший его своим глубоким, сложным вкусом. Выращивает он и другие - традиционные - сорта. Работает винодельня, в целях экологичности встроенная в гору. Четверть вин поставляется в Европу.
Становление российского дела у супругов Бюрнье происходило одновременно со становлением госрегулирования в новых экономических реалиях. Поначалу оно практически отсутствовало - как в земельных отношениях, так и в контроле производства. Но теперь достигло запредельных значений.
Вроде бы получить лицензию просто и недорого. Но существует длинный список договоров, которые в связи с этим предписано заключить, паспортов, которые нужно получить (и везде платить). Проверки, требования... В итоге из 36 работников хозяйства большая часть занята в офисе. У друга Рено в Швейцарии тоже есть 49 га виноградников - он справляется с ними силами 8 постоянных работников.
В Швейцарии, кстати, никому в голову не приходит информатизировать традиционное виноделие - по сути, ремесло, промысел. Есть лицензированные контролёры - во время сбора урожая они каждый день на виноградниках. Собрали 100 кг - можно сделать 100 бутылок вина, не больше. Вот за это количество и заплати налог. А дальше дело твоё: произведёшь 100 бутылок или 80, продашь все или половину.
У нас же сказали: ЕГАИС - значит, ЕГАИС везде! И на огромных водочных заводах, и на маленькой фермерской винодельне. Как Минсельхоз ни пытается объяснить финансистам, что вино - это сложный сельхозпродукт, до них не достучаться. И вот уже у Бюрнье за розливом следит бдительная электронная система - чтобы отношения с ней были тип-топ, пришлось выделить специального работника.
Как пробиться на рынок?
Рено считает, что западный винодел, если бы его окружало столько проблем, никогда не стал бы заниматься этим делом. А у нас занимаются, да ещё и пробиваясь на свой же рынок. Поэтому супруги Бюрнье поддерживают инициативу российских коллег, обратившихся к премьер-министру: 30% в винных картах кафе и ресторанов должны занимать отечественные вина.
Правда, рынок сейчас заполнен напитками, которые настоящие виноделы вином не назовут. Они производятся из зарубежных виноматериалов. Из какого винограда делались, соблюдались ли гигиенические нормы, какие добавки содержат, неизвестно.
«Это введение в заблуждение потребителя, - считает Марина. - На этикетках такой продукции обязательно должно быть написано, из виноматериала какой страны и какого года она сделана». Бюрнье производят свои вина по технологии гран крю - это высочайший знак качества виноградников и старейшие способы виноделия. По сути, hand made, штучные продукты, которыми могут гордиться не только сами виноделы, но и страна.
«Наша цель - сделать суперклассное российское вино для международного рынка», - говорят супруги и на дегустациях угощают европейцев со словами: «Попробуйте вкус русской земли!»
Однако через 17 лет они понимают, что их вина имеют не только сложный, глубокий вкус русской земли, но и тягостный привкус русских бизнес-реалий. Тем не менее они оптимисты - считают, что проблемы преходящи, а уникальные терруары вечны.
«В России живая земля, здесь сохранился естественный экологический баланс. Это великое богатство!» - уверены Бюрнье.