«Если Путин возглавит «Единую Россию», тогда Госсовет станет аналогом Политбюро»
Эксперты «БИЗНЕС Online» о том, почему Конституцию перекраивают в такой спешке и что можно прочитать между строк законопроекта
Сегодня Госдума приступит к рассмотрению поправок к Конституции, которые затрагивают 22 статьи Основного Закона государства. Пока мало кто до конца понимает, как будет выглядеть конечный документ, но скорость, с которой были подготовлены изменения, впечатляет. О том, правильно ли поступает Владимир Путин, превращая Госсовет во второй центр власти, и закончатся ли на этом преобразования, — в комментариях экспертов «БИЗНЕС Online».
ПРАВКИ К 22 СТАТЬЯМ КОНСТИТУЦИИ
Накануне Владимир Путин внес в Госдуму проект закона «О совершенствовании регулирования отдельных вопросов организации публичной власти». Если он будет принят, поправки могут изменить 22 статьи Конституции. Но удивляет не масштаб изменений, а стремительность, с которой они проводятся в жизнь. Только 15 января президент в послании Федеральному собранию предложил скорректировать основной закон государства — запретить иметь иностранное гражданство или вид на жительство в другой стране высшим должностным лицам, доверить Госдуме утверждение кандидатуры премьер-министра, а назначения руководителей силовых ведомств проводить после консультаций с Советом Федерации. Буквально в тот же день было подписано распоряжение «О рабочей группе по подготовке предложений о внесении поправок в Конституцию Российской Федерации». Но не успела эта группа и двух раз собраться, как поправки оказались готовы и даже внесены в Госдуму. Первое чтение законопроекта запланировано уже на 23 января, второе пройдет в феврале. К чему эта скорость и зачем была нужна группа экспертов, если документ уже сформирован?
Сегодня сопредседатель рабочей группы Павел Крашенинников пояснил журналистам, что перед входящими в состав этого органа 75 юристами поставлена задача готовить поправки ко второму чтению законопроекта. После принятия закона обеими палатами парламента голосование пройдет в законодательных собраниях регионов, затем поправки вынесут на общенародное голосование. Если они будут одобрены, закон вступает в силу.
Наиболее внимание комментаторов привлекли корректировки ст. 83, которые утверждают право главы государства формировать Госсовет, создающийся «в целях обеспечения согласованного функционирования и взаимодействия органов госвласти, определения основных направлений внутренней и внешней политики РФ и приоритетных направлений социально-экономического развития государства». Получается, Госсовет не обязательно будет состоять из губернаторов, при этом полномочия этого органа выглядят широчайшими — до сих пор такие же функции были разве что у президента. В поправках при этом отсутствует оговорка о том, что президент еще и возглавляет Госсовет, то есть председателем может быть, к примеру, и Путин после отставки. Детально статус и полномочия Госсовета будут определены федеральным законом, который на всенародное голосование выноситься не будет — видимо, еще не время раскрывать все карты.
Полномочия президента, как и говорил Путин в послании, несколько урезаются — теперь с Госдумой надо будет согласовывать не только главу правительства, но и министров. При этом глав силовых ведомств, МИД и МЧС президент будет назначать все-таки самостоятельно, но после консультаций с Советом Федерации. Интересно, что глава государства теперь сможет отправить премьер-министра в отставку, не увольняя одновременно все правительство. Новому премьеру придется работать с прежним кабинетом.
Ряд ограничений касаются самого первого лица. Ценз оседлости для кандидатов в президенты увеличивается с 10 до 25 лет. Добавляется требование об отсутствии иностранного гражданства либо вида на жительство когда-либо в прошлом. Один и тот же человек не сможет занимать должность президента более двух сроков: слово «подряд» из этой статьи Конституции вычеркивается.
Поправки также расширяют полномочия местного самоуправления: теперь они входят в единую систему публичной власти, но что это значит, пока не совсем ясно.
«ГЛАВНАЯ ИНТРИГА СВЯЗАНА НЕ С СОДЕРЖАНИЕМ ИЗМЕНЕНИЙ, СКОЛЬКО СО СВЕРХТЕМПАМИ, КОТОРЫЕ ВЗЯТЫ ДЛЯ ИХ РЕАЛИЗАЦИИ»
По просьбе «БИЗНЕС Online», эксперты высказались о том, что означает конституционная реформа.
Валентин Бианки политолог — Ключевой момент в том, что Госсовет в логике всех поправок, заявленных президентом, казался постом для него или под него (и все были удивлены, каким образом можно вводить новый государственный орган, не трогая защищенные статьи Конституции). Теперь видно, что изменения достаточно условны. Так как все определяется решением президента, исчезает вопрос, что руководитель Госсовета — это второй центр власти и так далее. В общем степень смещения баланса от президента к этому органу власти оказалась сильно переоцененной. Да, Конституционный суд больше будет следить за текущим законотворческим процессом. Есть интересные моменты, связанные и с силовыми органами. Возникает подозрение, что структура правоохранительных органов и в целом силовых будет изменена.
Михаил Виноградов глава фонда «Петербургская политика» — В целом логику послания эти поправки продолжают. Часть двусмысленностей разъяснена — в том числе по процедуре утверждения премьера Думой, которая, видимо, слабо будет отличаться от нынешней. Часть вопросов подвешена, например, место Госсовета в системе власти. Главная интрига связана не столько с содержанием изменений, хотя некоторые из них имеют значение, сколько с теми сверхтемпами, которые взяты для их реализации — хотя, казалось бы, внешне никаких причин для такой скорости нет. Поэтому поиск причин этого занимает умы не меньше, чем содержание поправок.
Александр Кынев политолог — Очевидно, что первая и вторая статьи Конституции остаются не тронутыми и в результате получается двусмысленность, когда в отношении международных договоров новая редакция 79-й статьи и статья 15 будут противоречить друг другу. Это выглядит как бред. Не имея возможности пересмотреть две первые главы, принимают параллельно статьи, говорящие совершенно другое. Я не помню, чтобы в одной Конституции были взаимоисключающие статьи. Что касается Конституционного суда, все обратили внимание на сокращение членов КС до 11 человек. Но в том, что председатель КС будет назначаться по представлению президента, нет новизны. Этот еще при Медведеве суд утратил свою самостоятельность и будет терять ее дальше, поскольку будет возможность отстранения членов суда при некоторых обстоятельствах. Также странно про публичную власть, в которую входят органы госвласти и местного самоуправления. Но в принципе это было упомянуто в послании. Еще можно обратить внимание на ограничение по возрасту для крупных чиновников и губернаторов — не менее 30 лет. Раньше Конституция об этом ничего не говорила. Видимо, избрание Валентина Коновалова (губернатор-коммунист в Хакасии- прим. ред.) так ударило по федеральному центру, что он до сих пор не может опомниться. Хотя ему уже 32 года. С Коноваловым ничего сделать нельзя без большого скандала, но, тем не менее, благодаря ему мы получаем одно из изменений в Конституции. С Госсоветом пока еще не все понятно. Говорится только то, что он определяет основы политики внешней и внутренней. Все остальное будет в содержании закона, которого еще не существует. А формула, когда силовики подотчетны президенту и фактически выводятся из кабинета министров, во многом повторяет украинский сценарий, когда кабинет формируется Верховной Радой, но часть чиновников напрямую подчиняется президенту в рамках его полномочий.
«стратегия войны вокруг газовой трубы американо-китайским договором просто выкинута на помойку»
Максим Шевченко журналист — Я еще не ознакомился с внесенными Путиным поправками, но вообще всю эту ситуацию оцениваю, как лихорадочную попытку успеть к чему-то, к какому-то часу «Х». И для меня вопрос даже не в том, что за поправки вносит Путин, а что это за «час Х», которого он так боится, что так сильно торопится. Поправки в конституцию — дело постепенное, во всяком случае во всех нормальных, цивилизованных государствах. А тут идет такая спешка, как будто речь идет о желании закрепиться на каких-то позициях, окопаться, выставить боевые зоны и сидеть в обороне. Чего же так боится Путин и его команда — вот в чем вопрос. Я считаю, что в год юбилея Ленина мы должны по-ленински понимать, что происходит внутри России. А политическая ситуация внутри России вообще непонятна без общемирового расклада конфликта и конкуренции капиталистических государств. Смена правительства в России произошла на фоне американо-китайского стратегического торгового договора на ближайшие 20 лет. Согласно ему китайский рынок открывается для американского сжиженного газа. Сжиженный газ, главным производителем которого в мире становятся американские компании, становится доминирующим энергетическим ресурсом XXI века. Поэтому я думаю, что отставка правительства Медведева связана вовсе не с протестами народа, не с омерзительными реформами, типа пенсионной, которые он проводил. А именно с тем, что вся стратегия последних 20 лет, которая была фундаментом путинского режима, стратегия войны вокруг газовой трубы, этим американо-китайским договором просто выкинута на помойку. Получается, что все эти страдания вокруг Украины, кавказская война, все это — обесценивается. Потому что если американский сжиженный газ становится доминантой, приобретает статус на китайском рынке, то очевидно, что европейцы примут такое же решение и откажутся от проблемной для них, связанной с американским давлением, зависимостью от российских труб. Это ослабляет ту часть путинского режима, которая опиралась на эту трубу, как на какой-то фундамент, выстраивая новую газовую империю. Плюс к этому в Сенате США, как вы знаете, проходят слушания по импичменту. Скорее всего, импичмент не пройдет, но то, что на фоне этого всего говорится, это очень серьезно и тревожно для них. Поэтому они просто закрепляют свою позицию, поэтому такая лихорадочная «торопыжесть». Они точно не знают, чем кончится импичмент, они точно не знают, как поведет себя Китай. Поэтому первый человек, с которым Путин встретился после американо-китайского соглашения, был представитель Японии. Почему? Потому что в этой ситуации Россия становится даже не периферией китайской экономики, она становится просто обочиной. И им надо искать альтернативные решения. И вот сразу побежали договариваться с японцами. Я думаю, кризис гораздо более всеобъемлющий, чем мы все себе представляем. Что это не просто какое-то пихание «за власть» между Кириенко, Володиным, Чемезовым, Шойгу и борьба за какие-то кресла. А просто вся конструкция этого выдуманного российского государства в свете перераспределения акцентов мировой экономики рушится и ломается.
Виктор Минин политолог, политтехнолог — Чтобы понять, что происходит в России, надо понимать, что происходит на планетарном уровне. Мир делится на три части, в центре которых США, Китай и Россия. Россия должна юридически оформлять свою роль и место. Юридически идет становление России как мирового центра сил. Вот этот приоритет законов России над мировыми как раз об этом и говорит. И замена элит с иностранным гражданством на элиту без такого гражданства. Этот процесс решает задачу демократизации страны, имперские полномочия у первого лица частично распределяются между Госдумой и Советом Федерации, но они носят скорее согласовательный, чем решающий характер. Россия остается президентской республикой с перераспределением полномочий, достаточно опасным, потому что возникновение Госсовета как нового центра власти очень ослабляет систему управления. Через Госсовет Путин остается во власти, не нарушая Конституции, продляет свое пребывание во власти за счет нового центра сил и перераспределения полномочий. Путин должен закончить вывод страны на новый этап, для этого ему потребовалось такая не совсем обычная трансформация. Более сильным решением был бы референдум о продлении его полномочий на новый срок. Тогда он мог бы спокойно дальше проводить этот сложный перевод России на новую идеологию и стратегию. Россия оформляется как мировой центр сил и вынашивает новые правила жизни в интересах большинства. Вся трансформация власти связана с этим. И уже тогда будет новый президент, эту задачу будет решать Путин через вот такие трансформации.
«ЭТО ВЫГЛЯДИТ КАК ПОПЫТКА ВОЗРОЖДЕНИЯ АРХАИЧНОГО ИНСТИТУТА»
Илья Шаблинский доктор юридических наук, эксперт Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека — Вы, может быть, помните, что в XIX веке у нас в России уже существовал орган с таким названием — Государственный Совет. Он существовал весь XIX век и начало XX века. И он почти полностью назначался императором. К началу XX века часть его членов избиралась, но по очень сложной формуле, по сословному признаку. В общем, он назначался. Поэтому я скажу, что эта схема, конечно же, архаична, архаична и сама идея. Конечно, интересно, что она связана с определенной традицией в истории нашего государства, но сейчас это, к сожалению, выглядит совсем устаревшим. Как попытка возрождения архаичного института. И второе: совершенно непонятна его компетенция. Так или иначе этот совет должен будет фрагменты своей компетенции получать от других государственных органов. Так что это, конечно, искусственная конструкция. Поэтому я уверен, что это сугубо временный институт и временная конструкция, которые нужны нынешнему президенту для того, чтобы сохранить всю полноту власти. Но есть и действительно сложные моменты. Ведь если нынешний президент собирается стать председателем этого совета и покинуть пост президента, как мы это предполагаем, то можно предположить и то, что возникнут сложные отношения между председателем этого совета Владимиром Путиным и каким-то новым президентом. Только представьте: ведь они же будут заседать в одном совете и при этом там будет еще председатель правительства. Конечно, это будет более сложная схема, при которой, очевидно, Владимир Путин хочет быть первым лицом, но в новом контексте. Конечно, все это выглядит искусственно, странновато и временно. Хотя в России временное часто и бывает достаточно постоянным.
Константин Калачев политолог, руководитель Политической экспертной группы — С внесенными поправками я еще не познакомился. Но мы счастливы, в любом случае! (Смеется — ред.). Счастливы, что наконец-то появилась конкретика. Очень хорошо, что наконец-то вместо общих слов о том, какими должны быть преобразования, появилась детализация. То, что именно президент будет формировать Госсовет, это, конечно, очень важная вещь. Концепция Госсовета меняется на глазах. До этого предполагалось, что Госсовет — это совещательный орган, вырабатывающий стратегию, но в котором новый президент не играет ключевую роль. С другой стороны, возможно, что вся эта система идет от человека, то есть новый президент формирует Госсовет, в котором старый президент занимает ключевую роль. Здесь не хватает только одного — завершенности концепции. То есть в принципе нужно больше смотреть на опыт Казахстана и сделать, как там. Да, этот орган можно назвать как Советом безопасности, так и Госсоветом, где бывший президент возглавляет этот орган. Но для того, чтобы у бывшего президента были рычаги влияния, в Казахстане, например, он возглавляет правящую партию. Вот если бы Владимир Владимирович Путин согласился на ребрендинг и перезагрузку «Единой России», если он ее возглавит и прочая, прочая… и возглавил бы правящую партию, тогда Госсовет был бы действительно аналогом Политбюро, которое принимает все решения. Потому что есть системообразующий фактор — партия, на которой все держится. А пока конструкция не выглядит завершенной.
Олег Морозов член Совета Федерации Федерального Собрания РФ — Все эти поправки президент изложил в своем послании. Их смысл в том, чтобы сбалансировать полномочия федеральных органов власти, думы, правительства, Совета Федерации и такого института как губернаторы, что должно сделать систему более устойчивой. Эти поправки — реализация послания послания Путина и ни на миллиметр от него не отклоняются. Удивительно, что все это происходит с такой скоростью — решения принимаются буквально каждый день. Это говорит о том, что президент реально реформирует страну. То, что он будет формировать Госсовет, говорит о том, что мы впервые по-настоящему осознаем себя как федеративное государство, и главы субъектов федерации обязаны участвовать в управлении страной. Мне кажется, роль Госсовета именно в этом — чтобы федеративное начало было усилено.