"Как так жить? Невозможно что-то планировать". Бывший координатор штаба Навального в Балаково покинул Россию
Данила Бузанов трижды был арестован за участие в акциях в поддержку Алексея Навального. В спецприемнике оппозиционер объявлял голодовку.
В 2019 году к нему пришли с обыском. Тогда же у сторонника Навального арестовали банковский счет.
— Чем вы занимались после того, как Минюст признал штабы Навального экстремистской организацией?
— В 2019 году в Балаково закрылся "народный" штаб Навального (форма организации штаба, при которой деньги на его содержание командой Навального не выделялись — "Idel.Реалии"). Я все время ездил из Балаково в Москву, жил на два города. В том же 2019 году я участвовал в кампании [кандидата в Мосгордуму Ивана] Жданова, в 2021 года работал в штабе [кандидата в Госдуму] Олега Степанова координатором сборщиков подписей. Параллельно я занимался в Балаково всем, что связано с выборами, — наблюдением, экологическими митингами и так далее.
— Где вы сейчас находитесь?
— В Грузии, в Тбилиси.
— Расскажите о событиях, предшествовавших вашему отъезду?
— Это было предсказуемо, что скоро придут. Морально я был готов к тому, что придется покинуть Россию. Моим знакомым постоянно приходили повестки, и я понимал, что это совсем рядом, я ожидал, что скоро это будет и у меня. По счастливой случайности совпало так, что когда пришли за мной, я был на выходном. Я работал администратором в Измайловском парке в Москве, мое начальство говорило: "Приходи по-хорошему, а то нам хуже будет, тебе". Ну, стандартные фразы. Я отвечал, мол, завтра приду. Естественно, я понимал, что не приду, просто оттягивал немножко время, тогда я уже начал понимать, что пора уезжать.
Уезжать нужно не потому, что я боюсь… Если бы я знал, что все ограничится хотя бы подпиской о невыезде и условным сроком — это не так уж и страшно на самом деле. Страшно то, что ты становишься уязвимым сильно. Потому что ты сидишь в городе, в котором нечего делать. И на тебя в любой момент могут хоть десять таких же дел создать — об экстремизме, например. У меня три "административки", четвертую придумать — и все, "дадинская" статья (ст. 212.1 УК РФ — "неоднократное нарушение порядка проведения митинга" — "Idel.Реалии"). Это все очень рядом, за посты во "ВКонтакте" могут привлечь — хотя к экстремизму, хоть "административку" придумать. Тебе не дадут жить.
Я жил спокойно полгода, особо никого и не трогал. Понятно, что это не против меня, это такая системная штука, потому что по всей стране это происходит. Как так жить? Невозможно что-то планировать.
— В своем посте в Facebook вы упомянули пропавшего без вести Вову Нечаева. Поясните, что с ним произошло?
— Это мой друг. У нас в Балаково отдельным производством есть свое "санитарное дело", которое не связано с аналогичным саратовским. У нас были свои митинги в январе, очень крупные по меркам нашего города. По этому уголовному делу Вова проходит обвиняемым. Есть серьезные подозрения, что и меня к нему хотели привлечь. Нечаев жил в Питере, а я в Москве. К нам пришли в одно время, только его ловили в подъезде, а меня хотели на работе. Его просто украли и увезли в Балаково — за 1400 километров. 30 часов о нем не было никаких вестей, я звонил его маме, подруге, никто о нем ничего не знал.
Через 31 час стало известно, что он в Балаково у следователя. Они на него надавили, заставили дать признательные показания, он их дал и признался во всем. В том же деле есть признательные показания двух девушек — одна несовершеннолетняя, другая местная актриса. Они предоставили следователям свои телефоны, те их разблокировали, сделали скриншоты переписок. Абсолютно все, что у них было в телефонах, они в виде скриншотов приобщили к делу: переписки со мной, группу во "ВКонтакте"...
— Как вы покидали Россию?
— Когда пришли люди, которые якобы должны были мне деньги отдать (в посте на своей странице в Facebook активист предположил, что под видом "должников" к нему приходили оперативники — "Idel.Реалии"), я сразу все понял и начал писать всем знакомым, которые уже когда-то перебрались из России. Сейчас сложно это сделать из-за ковидных ограничений. И, по сути, Грузия — это сейчас единственное место, куда можно приехать. Я прилетел сначала в Армению, в Ереван, а оттуда в Тбилиси.
— На этой неделе вынесли приговор саратовскому активисту Сергею Рыжову. Следили ли вы за этим процессом? Связываете ли вы активность со стороны силовиков по отношению к вам с приговором Рыжову?
— Я следил за этим процессом, но никакой связи с активностью силовиков по отношению ко мне не вижу.
— Сколько вам лет и какое у вас образование?
— Мне 26 лет. Образование среднее. Поступал в местный институт, бросал. Еще предстоит поступать, но уже не в России.
— Представьте ситуацию: вас никто не преследует и вы можете спокойно оставаться в Балаково. Чем бы вы занимались в родном городе? Какие полезные дела могли бы сделать?
— В Балаково нечем заниматься — это одна из причин нежелания становиться обвиняемым по фейковому делу. Это производственный город, где на заводах платят копейки. У меня в Балаково есть несколько идей для проектов, связанных с экологией и бюджетом, которые я уже начинал делать ранее. Я считаю, что обладаю достаточными возможностями и поддержкой у себя дома, чтобы влиять на решения, которые принимаются в пределах города и в отношении него. Даже несмотря на то, что местные власти меня откровенно ненавидят.
— Какие у вас планы теперь?
— Я не хочу пока раскрывать все свои планы. Хотелось бы больше времени посвятить учебе. Продолжу снимать ролики о саратовской областной повестке. Меня в моем городе многие знают, просто так взять и все бросить я не имею морального права.
В середине октября из Чувашии в Грузию уехал бывший координатор чебоксарского штаба Навального Семен Кочкин.
Подписывайтесь на наш канал в Telegram.