Долгая игра России
Если бы мне предоставилась возможность на какой-нибудь пресс-конференции задать Владимиру Путину вопрос, я - будучи журналистом с Украины - спросил бы лишь одно: «Когда?» Когда, наконец, разрешится украинский кризис волнует миллионы людей
Мы подсознательно стараемся заложить в воображаемые планы политиков наши собственные надежды, а истолковать их ответные сигналы нам помогают современные оракулы — политические обозреватели и политологи. Однако ошибаются не только метеорологи, но и политологи — ведь они имеют дело даже не ветром (силу, направление и мощность которого можно измерить), а с самыми лукавыми людьми на земле. Есть некая политическая линия, которая наблюдателю очевидна, однако завтра меняются договорённости и конфигурации, оппонентами принимаются срочные контрмеры и, согласно новым реалиям, следует другой политический прогноз.
Возьмём, например, Украину. Сколько раз после Евромайдана ей предсказывали то небывалый взлёт, то развал в течении нескольких месяцев. А она всё существует, голосит и стреляет. Из чего некоторые делают вывод: так будет продолжаться всегда, националистический режим останется вечным, нужно подстраиваться под него или эмигрировать. Люди исходят из собственной логики, доступных сведений, политических симпатий. Однако имеются объективные стратегические параметры развития государства и они, в конечном итоге, определяют сценарии развития событий. Например, если ты убиваешь экономику собственного государства — твоя страна рано или поздно окажется в нищете. Можно ошибиться в сроках негативных последствий, но не в их последствиях.
Имеется статистика — огромный объём показателей, свидетельствующих насколько плохо стало украинской экономике после Майдана. Всё остальное — наши субъективные ощущения, регулируемые пропагандой. Которую, в свою очередь, идеологически и технологически достаточно просто парировать либо педалировать. Кремль демонстративно показывает свою как бы «отстранённость» по украинскому вопросу, сводя ценность Украины для переговоров с Западом к нулю. Опытный покупатель не будет показывать сильную заинтересованность в товаре.
Россия вступила в предвыборный период, и во многом задачами именно внутренней политики будут продиктованы те или иные шаги. А выигрышную партию можно разрушить резкими и нелепыми движениями. Склонен ли Путин к таким движениям — безусловно, нет. Разве что ситуация извне потребует его непосредственной и конкретной реакции: например, начало широкомасштабных боевых действий на Украине и прямая угроза существованию Л/ДНР, государственный переворот на Украине и прорыв к власти ультраправых радикалов, широкомасштабный геноцид русского населения Донбасса. Пассивность президента РФ в принципиальных вопросах отрицательно отразится на его авторитете внутри собственного государства.
Российской Федерации с головой хватает занятий и без Украины: чрезвычайно затратная Арктика, строительство грандиозных трубопроводов и Керченского моста, достройка космодрома «Восточный», подготовка к Чемпионату мира по футболу, широкомасштабная модернизация городской инфраструктуры и перевооружение армии. И, самое главное, конфликт в Сирии. Не в состоянии сейчас российская экономика вытянуть сразу несколько активных конфликтов. И войну на два фронта почти невозможно выиграть — это же аксиома! Риск укрепления агрессивного киевского режима ниже опасности последствий втягивания России в войну на два фронта. Другое дело, что всё же не стоит экономить на эффективной пропаганде и контрпропаганде — русофобские настроения на Украине необходимо системно разрыхлять, не давая им сцементироваться. Тот случай, когда траты окупятся многократно, чему и надо учиться у наших западных «партнёров».
Итак, до окончания президентских выборов и проведения футбольного чемпионата (то есть, до середины 2018 года) вряд ли последует существенная активизация России на украинском направлении. Украина самостоятельно маринуется в недовольстве, нищете и экономически ослабевает под властью действующего режима. И даже в случае возможного форс-мажора (в виде очередного госпереворота) вряд ли со стороны России зайдёт речь о ликвидации Украины как официально признанного мировым сообществом государства — как бы этого ни хотели отдельные противники Евромайдана. Окончательный развал государства в условиях всевластия боевиков приведёт к такому разгулу анархии, что даже вызывающий сегодня брезгливость режим Порошенко покажется раем, а миллионы беженцев неудержимым потоком хлынут в Россию и другие прилегающие страны.
Скорее, может подразумеваться изменение государственной модели управления Украиной через трансформацию действующего режима — конституционную реформу, досрочные выборы и т.п. Уже сейчас речь идёт о столкновении интересов сторонников развития процесса децентрализации (больших прав регионов и местного самоуправления) и жёсткой унификации (а то и откровенной диктатуры). Однако слишком много на сегодняшней Украине диаметрально противоположных течений, чтобы можно было протолкнуть такое сложное дело, как конституционная реформа.
Альтернативой ничегонеделанию или вялому процессу конституционного реформирования должно стать энергичное наступление радикалов. Уже сейчас мы можем наблюдать усиление их давления на власть. Чтобы канализировать давление радикалов режим Порошенко может легко перейти к резкой эскалации боевых действий на Донбассе. И, таким образом, сознательно спровоцировать вмешательство России до наступления удобного ей «коридора возможностей», открывающегося после июля 2018 года и, особенно, к концу 2019 года (то есть по завершению процесса диверсификации экспорта углеводородов и окончания многих инфраструктурных проектов).
Ясно одно, игра идёт вдолгую и хвататься за каждую новость — как симптом грядущего краха одной из противостоящих сторон — неверно. Противники делают ставку на взаимную дестабилизацию, которая поможет реализовать собственный сценарий победы. События нынешней осени на Украине и грядущей весны в России станут определяющими вехами на этом пути.