Донецк: жизнь в кошмаре минских договоренностей

Представители ОБСЕ не заезжают и не хотят заезжать на эти теперь опустевшие улицы Донецка. Со стороны войск Украины Украиной они обстреливаются практически каждый день.  Местами они напоминают кадры из фильма "Сталкер", а местами, там, где пожарища, -  белорусскую Хатынь.

Но смотреть на это представители международной миссии  не хотят, их якобы грунтовая дорога в поселке шахты "Трудовская" не устраивает…

Между тем здесь продолжают жить люди, которые саму фразу "минские договоренности" в отличие от пафосных политиков, заявляющих об их пролонгации на 2018 год,  воспринимают с горькой усмешкой.

О том, как они живут, рассказывает жительница поселка Нина.

14 декабря в нашу летнюю кухню влетела мина 120 мм.  Эта кухня после прямого попадания снаряда, выпущенного в своё время со стороны Украины, в наш дом, находящийся ныне в состоянии полуразвалин, - единственное наше жилье.

Я хорошо помню ту ночь, но до сих пор не понимаю, как мы остались живы…

На улице, как всегда по вечерам, было страшно, стреляли. Я забрала своего Шарика в дом, чтобы не убили, постелила ему половичок, но он как-то странно себя вел. Не ложился. Все стоял и смотрел на меня, бросался в ноги и становился поперек дороги, как будто не пускал. Сын спал в кресле у печки, а я вышла в другую комнатку взять ночную рубашку, но так и не переоделась, побоялась лечь.

Услышала далекий хлопок артиллерийского орудия и вернулась к сыну. Было около двенадцати ночи. И вдруг на моих глазах с неимоверным, ужасающим, диким грохотом разъехалась крыша и лопнула стена, в доли секунды что-то влетело в  пол и все моментально настолько  плотно заволокло дымом, гарью, пылью,  что не только видеть что-либо, дышать стало невозможно.

Осознав, что живые, мы на ощупь, вместе с сыном полезли  в подвал. И только спустя некоторое время, после того как пришли в себя, выяснили, что к нам, разворотив крышу и внутреннюю стену летней кухни, прилетел очередной страшный "подарок" ВСУ - мина 120 мм.

С этими минами мы знакомы уже давно, они  годами прилетают в поселок.

Хотя использование  120-миллиметровых минометов запрещено минскими соглашениями, заключенными  еще в феврале 2015-го. Более того, минометы  должны были давным-давно покинуть линию фронта.

- Люди говорят, что вы были неоднократно ранены на собственном подворье, это правда?

Два раза. Первое ранение я получила  днем 18 августа 2014 года. Тогда от снаряда, выпущенного с украинских позиций, меня прикрыл сосед. С ним вместе мы стояли во дворе. Меня в ногу ранило, а его так порвало осколками, что еле живой остался.

Он кровью истекал, а я под обстрелом его перевязывала. Половину пододеяльника разорвала на бинты, кровь не могла остановить. Осколки от снаряда пробили его кроссовки, застряли в ногах, впились глубоко в поясницу, а челюсть просто разворотили.

Из-за обстрелов скорая помощь к нам приехать не могла, и сын на велосипеде под пулями поехал за подмогой  на блокпост к ополченцам. Они приехали и увезли соседа в больницу.

Второе ранение я получила 16 января 2016 года, лежа вечером на собственной кровати в летней кухне. Поговорила по телефону и только отложила  его в сторону, как под стеной кухни рванул снаряд. В стене мгновенно образовалась дыра,  дыра образовалась и в стиральной машинке, стоявшей в комнате. От удара она просто подлетела, стекла из окон выбило, под потолок взвилось пламя, осколками раздолбило стены и мои ноги. Еще я получила баротравму головы (контузию). Позже выяснилось, это был заряд, выпущенный из РПГ( из гранатомета). Чудом осталась жива.

А как мы с сыном уцелели в тот день, когда тушили дом, я вообще не понимаю.

Мы тогда прятались от обстрелов в подвале. Выглянули на улицу, а наш дом горит, кинулись тушить, а кругом пули летают, жужжат, как рой…

- Поговаривают, что в поселке смертельные игры устраивают и снайперы…

Это когда идет снайперская активизация. Тогда снайперы развлекаются, показывают, что мы у них под прицелом, а порою и убивают. Недалеко от нас от пули снайпера погибла женщина.

Развлекались  снайперы и со мной.  Несколько раз я не то что не догадывалась, а  точно знала, что нахожусь у них на мушке. Первый раз, когда по мне стрелял снайпер, я как присела на улице, так и скатилась в проулок.

Катилась со слезами на глазах, он не давал мне подняться, бил поверх головы так, что волосы шевелились.

Второй раз шла на работу, провожать меня увязался Шарик. Это теперь он перепуганно сидит во дворе, а тогда еще ходил. Иду, а на земле пуля лежит. Голенькая такая, раздетая, я раньше таких не встречала. Нагнулась за пулей, и над головой засвистело. Я как могла, так и пряталась, а тут еще Шарик у ног скулит…

Через некоторое время снайперы мне просто показывали, что я на прицеле. Били по забору. В общем, жизнь теперь такая настала, что выстиранное белье в собственном  дворе я повесить не могу. Снайперы бьют по прищепкам - развлекаются. Идти по открытой местности тоже теперь боюсь, вот шла на днях на работу, перетряслась вся. 

У подножия террикона открытое пространство, простреливаемое на сто процентов, а тут еще мина у дорожки торчит, не разорвавшаяся - 82 мм. Она там уже почти месяц торчит, хотя я звонила в МЧС попросила обезвредить.

- А тихо у вас бывает?

У нас в поселке осталось несколько семей. Мы уже забыли, когда спали нормально. За все 4 года войны мы ни разу не видели полноценного прекращения огня. Паузы иногда случались, затишье на 2-3 дня, а вообще нас обстреливают постоянно. Из-за этих обстрелов я очень поздно ложусь спать, слушаю звуки боев и, даже когда лягу, продолжаю слушать.

Обстановка у нас от той, что была в 2014 году ничем не отличается. Нам безразлично, есть ли минские договоренности или их нет. Украиной они не соблюдаются и не соблюдались. По поселку бьет артиллерия. С украинских позиций ежесуточно к нам летят снаряды и пули.

Например, с одной и той же точки, даже не меняя позицию, каждый вечер, почти без "прогулов", по нам бьет пулемет, автоматы, "Утес". Нас убивают, а ополченцы молчат. Им запрещено отвечать.  Они почему-то исключительно в одностороннем порядке соблюдают эти  в прямом смысле слова убийственные для нас договоренности.

Ответка с их стороны бывает очень и очень редко. А это значит, что нас убивают просто безнаказанно, а минские договоренности этому совершенно, абсолютно  никак не препятствуют.

- Минские договоренности продлены на 2018 год, как вы к этому относитесь?

С ужасом.

- А как Новый год отмечать будете?

С началом войны все праздники и выходные - катастрофа. Интенсивность обстрелов возрастает. Ни в какие, даже  праздничные моратории на обстрелы я не верю.

Ничего, никаких праздников отмечать не хочу.

Что отмечать? Грядущий уже пятый год войны, убийств, увечий и руин? Что отмечать?

Ирина Васильева

Источник: odnarodyna.org

Мнение автора статьи может не совпадать с мнением редакции