ЧП под Чернобылем: атомная энергетика Киева — «грязная» бомба для всей Европы
На украинских АЭС необходимо ввести международных наблюдателей.
Зима. Украина. Село Старые Петровцы Вышгородского района Киевской области. Полиция тормозит частную «Волгу» черного цвета, катившую из зоны отчуждения Чернобыльской АЭС в сторону Киева. В машине — двое мужчин 48 и 65 лет. Оба — работники одного из украинских научных учреждений. Судя по тому, что среди полицейских присутствует человек со счетчиком Гейгера, правоохранители точно знают, кого и почему они задерживают…
Да, ошибки нет. На заднем сидении автомобиля обнаруживается спортивная сумка. В ней — тщательно замотанный в целлофан увесистый сверток. В свертке — материалы, в которых присутствуют мелкие частицы… урана.
Нет, это не спойлер продолжения голливудского кинофильма «Оружейный барон». Это украинские реалии конца 2017 года.
«Грязная» бомба не интересует военных
Декабрьский инцидент в Старых Петровцах сразу вызвал в памяти российской общественности два момента.
Первый — это мысль о том, что на Украине, кроме ЧАЭС, имеются и иные атомные объекты. Иными словами, в условиях постмайданной Украины — источники не просто повышенной, а предельно повышенной опасности.
Второй — это прозвучавшие еще в апреле 2015 года слова секретаря СНБО Александра Турчинова, заявившего, что Украина в рамках закрытых военно-технических программ готова к созданию так называемой «грязной бомбы». Поясним, что под этим термином обычно понимается боеприпас, основной задачей которого служит распространение на достаточно обширной территории радиоактивного изотопа.
У многих после придания огласке факта задержания в Вышгородском районе «урановой» машины возник ожидаемый вопрос: уж не занялись ли отдельные граждане «незалежной» проектом «грязной» бомбы без санкции правительства Петра Порошенко?
В условиях нарастающего в стране экономического и социального кризиса, а также эскалации конфликта в Донбассе, которую США и Ко в преддверии президентских выборов в России очень удачно «подогревают» финансами, готовностью поставить снайперские винтовки Barrett M107A1 и одобрением на отправку в ВСУ ПТРК FGM-148 Javelin, только «грязной» бомбы Украине для «полного счастья» и не хватало…
Ситуацию для Федерального агентства новостей прокомментировал Алексей Леонков, военный эксперт и постоянный автор журнала «Арсенал Отечества»:
— Начну издалека. Идея заражения местности радиоактивными материалами уходит корнями еще в 50-е годы. Разнообразные аспекты применения «грязной» бомбы всесторонне исследовались как в СССР, так и за рубежом. В частности, советские специалисты посчитали, что наиболее оптимальным способом заражения местности будет использование радиоактивной жидкости, помещенной в головные части ракет. Именно такой вариант отрабатывался в рамках проектов «Герань» и «Генератор».
— Говорящие названия…
— Однако, в итоге и наши военные, и иностранные отказались от использования концепции «грязной» бомбы. Почему? Потому что задействование такого рода оружия не давало немедленного поражающего эффекта в виде, например, ударной волны, светового излучения и т.д.
Читайте также: Киевский террор: ВСУ получат сотни американских снайперских винтовок Barrett
То есть противник на территории, подвергшейся воздействию «грязной» бомбы, мог еще действовать достаточно продолжительное время, не теряя боеспособности. При этом территория подвергалась долговременному заражению радиоактивными материалами, что делало ее непригодной для действий там сил, «грязную» бомбу применивших.
— «Ни нашим, ни вашим» — сложно представить территорию, к которой можно было бы применить эту поговорку...
— Еще один минус «грязной» бомбы как боевого оружия — хоть какой-то внятный результат ее использования может быть достигнут лишь в ходе массированного применения данного вида оружия. Следствием всего этого стало то, что «грязная» бомба перестала интересовать военных, переместившись в раздел потенциального оружия террористов.
Радиоактивный сувенир?
— Выходит, те, кого украинская полиция задержала в Вышгородском районе, были террористами?
— Я понимаю, что раз задержанные ехали из зоны ЧАЭС, то это подталкивает людей к идее об использовании каких-то радиоактивных материалов, заимствованных на ЧАЭС. Например, отработанных тепловыделяющих элементов (ТВЭЛов), являющихся главным конструктивным элементом активной зоны ядерного реактора, содержащих ядерное топливо. Ну, а раз так, то задержанные — «наверняка террористы»!..
— Разве нет?
— Фокус в том, что еще летом 2016 года все энергоблоки Чернобыльской АЭС были полностью освобождены от отработанного ядерного топлива, которое с территории ЧАЭС оказалось вывезено. Небольшие габариты свертка, изъятого в машине, и явно снисходительное отношение владельцев свертка — работников научного учреждения! — к технике безопасности при обращении с радиоактивным материалом, наводят на мысль, что количество урана в свертке минимально. Ну, какая там «грязная» бомба, какие террористы?!..
— Тогда кто же они?
— Могу предположить, что двое в авто либо вывозили из зоны ЧАЭС цветмет, либо… сувенир. В наше время ЧАЭС и авария на ней 1986 года уже настолько мифологизированы, что зона отчуждения стала настоящим предметом поклонения. Там экскурсии водят!
— То есть украинской «грязной» бомбы можно не бояться?
— Если мы говорим о возможности изготовления боеприпаса из материала, найденного в задержанной «Волге», то таковая возможность отсутствует. Другое дело, что весь сектор украинской атомной энергетики сейчас представляет собой одну сплошную потенциальную «грязную» бомбу…
— Поясните свой тезис, пожалуйста.
— На Украине сейчас действуют несколько АЭС, включая самую крупную в Европе — Запорожскую. Все эти станции находятся не в самом лучшем техническом состоянии. Мало того, они испытывают дефицит топлива. Количество приобретаемых украинцами ТВЭЛов российского производства, на использование которых конструктивно и рассчитаны реакторы украинских АЭС, после начала конфликта в Донбассе заметно сократилось. Украинцы пытаются заменить их ТВЭЛами компании Westinghouse Electric Company. 21 декабря министр энергетики и угольной промышленности Украины Игорь Насалик объявил, что в 2018 году объемы закупаемого у американской кампании ядерного топлива превысят объемы ТВЭЛов, поставляемых Россией. Это полностью соответствует антироссийскому вектору украинской политики, но идет абсолютно вразрез с обеспечением безопасного функционирования украинских АЭС.
— Топливо от Westinghouse плохо подходит для украинских АЭС…
— Именно так: украинские реакторы конструктивно рассчитаны на использование именно наших ТВЭЛов. Киев еще в 2008-м пытался использовать на украинских АЭС тепловыделяющие сборки от Westinghouse. Ни к чему хорошему это не привело. «Чернобыля» на 3-м энергоблоке Южно-Украинской АЭС удалось избежать, но убытки украинского «Энергоатома» из-за конструктивных ошибок американцев составили минимум 175 млн долларов. Последующие попытки использования американского топлива тоже без ЧП не обходились.
— Нетрудно догадаться, чем это может аукнуться Украине при резком наращивании объемов использования американского ядерного топлива. А если еще вспомнить, что компания Westinghouse в марте этого года обанкротилась…
— Нетрудно догадаться, чем это может аукнуться не только Украине, но и всей Европе. Мы же помним Чернобыль 1986-го и в каком тогда направлении ветры понесли радиоактивные материалы. МАГАТЭ давно пора бить во все колокола. Международному агентству по атомной энергии и другим международным организациям следует требовать введения режима тщательного мониторинга атомных объектов Украины. Тем более — с учетом неоднократных попыток украинских националистов получить контроль над этими объектами. А ведь есть еще и ненулевая вероятность использования Запорожской и иных АЭС киевским режимом в пиковой для него ситуации для шантажа мирового сообщества…
Инструмент политического шантажа
Озвучил свое мнение и известный военный публицист, постоянный член «Изборского клуба» Владислав Шурыгин:
— Разумеется, идея создания, а уж тем более применения «грязной» бомбы, с точки зрения любого вменяемого человека, кажется нонсенсом. Но не надо забывать, что мы имеем дело с современной Украиной, пассионарии которой адекватностью блещут далеко не всегда. Там очень много откровенно неадекватных личностей, чья деятельность даже более деструктивна, чем действия членов «Исламского государства» (террористическая организация, запрещенная в РФ). ИГ хоть что-то пыталась строить, а украинские праворадикальные, профашистские организации нацелены исключительно на разрушение.
Читайте также: Беня — все: Высокий суд Лондона разжигает гражданскую войну на Украине
«Грязная» бомба для таких людей — это не оружие, это, прежде всего, рычаг политического давления. Причем, не столько на Москву, сколько на Киев. «Бахнуть» такое устройство на Крещатике во имя спасения чести «незалежной» много проще, чем на Красной площади. Еще проще — устроить небольшую демонстрацию, а затем сообщить, что это только мизерная часть их возможностей, и, если что, то они ух!..
— В 1995-м нечто подобное пытался осуществить с использованием радиоактивных материалов Джохар Дудаев.
— Ну да, модель отработанная и легко просчитываемая: «Если вы не сделаете то-то и то-то, то мы сделаем вам очень больно». Именно по этой причине я не исключаю попыток создания «грязной» бомбы на Украине. Не с санкции правительства для применения против внешнего врага, а для нужд какой-либо политической или экстремистской (на современной Украине это часто одно и то же) группировки. Такую вероятность, на мой взгляд, следует учитывать.
— Не пора ли задуматься о том, чтобы взять под международный контроль атомные объекты Украины?
— Поставить вопрос об этом, разумеется, можно. Но очевидно, что Украина никогда не согласится на подобное ущемление своего суверенитета. Впрочем, столь же очевидно, что атомная энергетика Украины сейчас, после того как на украинские АЭС уже несколько лет не допускаются наши специалисты, представляет собой «серую зону». Что в ней на самом деле происходит, в каком состоянии находятся украинские АЭС — это вопросы без ответов. Причем, не только для нас, но и для европейцев. Поскольку риски для украинских атомных объектов — с учетом как общей ситуации на Украине, так и технического состояния этих объектов — множатся каждый день, одного выражения нашей озабоченности уже мало. Тем более что гарантийное обслуживание российской стороной украинских АЭС остановлено в связи с отказом Киева сотрудничать со «страной-агрессором». Следует требовать у Украины предоставления доступа международных наблюдателей на ее атомные объекты и осуществления, таким образом, мониторинга состояния этих объектов.