Попался на глаза чудесный документ 1673 года, относящийся к купле недвижимости по старому русскому праву (Акты, относящиеся до юридического быта Древней России. Изданы Археографической комиссией под ред. Н. Калачова. Т. 2. СПб, 1864. С. 378). Прелесть его в том, что на стороне продавца здесь выступает профессионал в области регистрации недвижимости – подьячий Поместного приказа. На стороне покупателя – стряпчий кормового дворца (здесь – кто-то вроде юрисконсульта). Купчая составлена подьячим Ивановской площади – тогдашним нотариусом (это обязательное требование, предусмотренное Соборным Уложением). Таким образом, эту купчую, наверное, можно считать юридически образцовой. Как следует из купчей, предметом продажи была «приданая вотчина», т.е. полученная Федором Молчановым в качестве приданого. Именно поэтому на стороне продавца он указан вместе с женой. Нарушение этого правила могло иметь очень серьезные последствия. Так, в царском указе от 20 июня 1676 года говорится следующее: если кто продаст приданую вотчину «своим именем», то после его смерти жена может требовать «поворота», т.е. возврата ей вотчины; утративший свое приобретение покупатель может требовать возврата уплаченной суммы у наследников мужа-самоуправца.[1] Интересующая нас купчая составлена раньше, в 1673 году, однако похоже, что участники сделки знали, что делали: по всей видимости, это решение уже витало в воздухе; если б такой спор возник по поводу «приданой вотчины» Федора, он вполне мог быть решен именно таким образом. В Указе 1680 года устанавливается уже более общий запрет: «А впредь жениных вотчин мужьям своим именем не продавать и не закладывать, и таких купчих и закладных в Поместном приказе не записывать».[2] Если же «которые люди приданые жен своих вотчины продали и заложили, а в купчих и в закладных писались вместе, или одни жены написаны, то такие вотчины … за покупателями, или кому заложены...
