А появление дистанционной занятости требует регулирования законодательства в сфере трудовых отношений, приводят «Новости малого бизнеса» комментарий доцента РЭУ им. Г.В. Плеханова Людмилы Ивановой-Швец. В Португалии приняли закон, который запрещает работодателю звонить или отправлять сообщения в нерабочее время. За нарушение — штраф. Насколько такие ограничения возможны и необходимы в России? Готовы ли к ним работодатели? Комментирует Людмила Иванова-Швец, доцент базовой кафедры Торгово-промышленной палаты РФ «Развитие человеческого капитала» РЭУ им. Г.В. Плеханова Право на отдых является конституционным правом каждого человека, отмечает исследователь. Оно закреплено в ст. 106 Трудового кодекса РФ, и формально работодатель не вправе давать задания в нерабочее время. Между тем ни в одном нормативном акте не определена его ответственность за такое нарушение. И даже если работник обращается в трудовую инспекцию, то работодатель может получить только уведомление о нарушении без всяких последствий. Получается, этот вопрос две стороны должны регулировать между собой и заключать устное соглашение о возможности беспокоить работника во время отдыха, констатирует Иванова-Швец. Правда, часто работодатели ссылаются на такое понятие, как ненормированный рабочий день, и считают, что имеют право не только ежедневно требовать от работника переработок, но и отвлекать в периоды отдыха. Однако в ст. 101 ТК РФ к ненормированному рабочему дню относится «особый режим работы, в соответствии с которым отдельные работники могут по распоряжению работодателя при необходимости эпизодически привлекаться к выполнению своих трудовых функций за пределами установленной для них продолжительности рабочего времени». И ключевое слово здесь — «эпизодически», но, как правило, это происходит постоянно. Возможно, из-за таких неоднозначных трактовок в законе наши работники трудятся больше, чем работники в других странах. Правда, здесь играет роль и продолжительность рабочей недели. Во многих странах продолжительность рабочей недели законодательно меньше 40 часов. Во Франции, к примеру, это 35 часов. Так, по данным Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), Россия ближе к концу списка стран по продолжительности рабочей недели (38,1 часа в 2018 году) и занимает 4-е место по количеству отработанных человеко-часов в год (1972). Больше нас работают только в Мексике, Коста-Рике и Южной Корее. Но это официальные данные, а у нас большинство переработок официально не оформляется. «По логике, если руководитель обращается в нерабочее время и дает задания, хотя вы ответственно выполняете должностные обязанности, вы можете не реагировать на такие просьбы», - говорит эксперт. И советует еще при заключении трудового договора оговорить подобные случаи. В большинстве стран этот вопрос в основном решается достаточно просто даже без принятия всяких законов. Например, во многих странах Европы есть четкое соблюдение баланса между работой и отдыхом, и ни один руководитель по негласному правилу не будет тревожить своего работника в период отдыха. Поэтому закон, который прямо запрещает это делать, — редкое явление. Возможно, со временем такие нормы появятся и у нас. Сейчас это особенно актуально, поскольку касается и дистанционной работы. Как раз удаленная занятость послужила причиной принятия такого закона в Португалии. Не исключено, что и другие страны последуют этому примеру. Иначе можно упустить этот важный момент в трудовых отношениях, и с развитием цифровизации у большинства работников в нашей стране ненормированный рабочий график станет нормой, а время на отдых будет заметно сокращаться, резюмирует Людмила Иванова-Швец. «Пандемия внесла коррективы в нашу повседневную жизнь. До пандемии удалённая и частичная занятость гибкие бизнес-модели и многое другое были скорее исключением из правил. Сегодня для эффективной экономики мы все должны искать новые формы работы, учебы, отвечать на вызовы времени», - приводили ранее « Новости малого бизнеса» слова губернатора Санкт-Петербурга Александра Беглова.
