Финансисты скоро начнут вздрагивать, слыша слова "суд решил". Российские судьи один за другим наносят мощные удары, казалось бы, по вполне законным и логичным схемам взаимодействия банков с их клиентами. Недавно "Транснефть" отсудила в первой инстанции у Сбербанка 66 млрд рублей, потерянных ею на сделках хеджирования валютных рисков. А другой суд по иску Федеральной антимонопольной службы фактически остановил механизм концессий, признав незаконность полной компенсации инвестиций концессионера из бюджета. Судьям, похоже, невдомек или все равно, что их решения рушат целые сегменты финансового рынка. Проблемы индейцев шерифа не волнуют, как говорили во времена Дикого Запада. Банкиры, само собой, теперь воздерживаются от кредитования концессионеров до прояснения обстановки с иском ФАС. Да и продавать услуги хеджирования вряд ли будет много желающих, пока не станет понятно, какую именно информацию нужно доносить до хеджера, чтобы он потом, в случае если сделка приведет к убыткам, не прикидывался в суде ничего не ведавшим младенцем, которого надули хитрые финансисты. В общем, рынок хеджирования крупных валютных рисков сейчас дестабилизирован, как и рынок концессий. Любопытно, что еще в феврале 2017 года премьер РФ Дмитрий Медведев обмолвился, что было бы неплохо обязать экспортеров хеджировать свои валютные риски. Сразу же появилась куча версий, что бы это могло значить: принудительное хеджирование для всех компаний, которые занимаются экспортом, или что–то еще? Кто будет регулировать цену хеджа, рынок или какой–нибудь государственный орган? И так далее. Заместитель директора департамента развития финансовых рынков Банка России Алексей Орлов, выступая в конце мая на конференции по валютно–денежному рынку Московской биржи, успокоил, что речь идет о компаниях, в которых государство имеет контроль. Учитывая, что эти компании, как правило, являются главными получателями программ господдержки, требование по снижению рисков в этих компаниях звучит достаточно рационально, пояснил представитель регулятора. Помимо проблем с судами у участников сделок по хеджированию нередки еще и проблемы с налоговыми органами, напомнил Алексей Орлов. По его словам, нечеткие формулировки, описывающие хеджирование в законодательстве, дают большие возможности для налоговых органов трактовать их не в пользу компаний. Для снижения этих рисков, как и рисков судебного преследования хеджеров, по инициативе Минэкономразвития создана совместная рабочая группа с участием представителей Банка России и отдельных участников финансового рынка, которая сейчас вырабатывает критерии правильного информирования всех сторон при сделках хеджирования. Дело в том, что иск "Транснефти" к Сбербанку — далеко не единственный подобного рода. И можно с уверенностью прогнозировать, что победа клиента над финансовой организацией в данной тяжбе повлечет за собой череду подобных, пусть и менее крупных дел. Если в итоге проигрыш Сбербанка приведет к скорому появлению стандартов, которые смогут остановить этот поток абсурдных исков, значит, банк пострадает не зря.
