«Молодожены» со стажем. Они расписались, когда на двоих им было 180 лет
Но однажды Сергей Николаевич Телятников проснулся ночью - в голову всякие мысли лезут, уснуть больше не может. Думал: всё-таки 91 год, как ни крути - скоро в другой мир идти. А вдруг холостым не примут?.. Ну и сделал 89-летней Екатерине Иннокентьевне Максимовой предложение.
- Так что это я во всём виноват, - смеётся новоиспечённый муж. - Наутро сели завтракать, невестка Нина зашла. Сидим за столом. Я что-то крутился, крутился... Не знал, как к разговору приступить. Наконец вымолвил: «Так... делаю объявление, - даже руку поднял, как на собрании. - Я решил жениться».
- Нет, ты сказал: «Я женюсь...», - поправляет супруга.
- Какая разница? Вот перебьёшь человека - и сразу тормоз включается... В общем, сидят обе - смотрят на меня. Думали, я шучу, стали подыгрывать. Сноха спрашивает: «А кого берёшь-то?» «Да найду...» - нехотя отвечаю я. А сам на календарь смотрю: «Вот 14 марта и распишемся».
В загсе небольшого городка Кяхты, где живут молодожёны, только и нашлись что спросить: «Они ходячие?»
«Больше не встречаемся!»
- Когда сошлись, ему было 48, мне - 45, - рассказывает Екатерина Иннокентьевна.
- Любовь заставила, - лаконично объясняет Сергей Николаевич. - 44 года жили не тужили. Я всё приглядывался. И каждый день думал: жениться или нет? Вдруг разойдёмся?
Лёгкий в общении, с хорошим чувством юмора, Телятников без конца шутит. Даром что в шутке - вся соль. Ведь оба к моменту встречи были разведены. И наступать второй раз на те же грабли им уж точно не хотелось.
- Первая жена работала бухгалтером в ветлечебнице. Случилась недостача - её осудили на два года. Я жил с тремя детьми. Навещал её. Однажды приехал - остался ночевать (они с женщинами размещались в бараках). Вдруг - стук в окно, потом второй, третий... Всю ночь мужики бегали. Ну что тут говорить? Дождался я, пока она освободится, и ушёл. Хотя развелись мы лишь спустя много лет.
- И я осталась с двумя сыновьями, когда муж ушёл, - подхватывает Екатерина Иннокентьевна. - Сначала изменил, потом совсем уехал из города. Тяжело было - мальчишки ещё в начальной школе учились. Я работала, по командировкам моталась. Потом в банк перешла - полегче стало. Мама помогала. Ничего, справились... А в 1973-м с Сергей Николаичем стали жить вместе. Кяхта - город маленький, я его прекрасно знала.
В советские годы они часто встречались на выборах: он был агитатором, она - секретарём. К тому же сын Екатерины Иннокентьевны Саша работал грузчиком на складе у Сергея Николаевича. Бывало, приезжает машина в выходной, а Саша дома спит. Сергей Николаевич сам придёт, дёрнет за ногу: «Вставай!» Так и привыкли все друг к другу.
- Нет, я его не подкармливала и чаем не поила, - улыбается Екатерина Максимова. - Наоборот, сама к нему ходила. У него и продукты, и промтовары на складе водились. А тогда ж дефицит был.
- Эх, какие в то время омули были в бочках! Вытащишь - аж жир бежит! А какой засол! Не то что сейчас - мелочь, а не омуль. Хлебушка кусочек отрежешь. Чекушечку холодненькую нальёшь... Не-не, не волнуйтесь. Не спился. Сейчас вот и выпил-то - разве что на своей свадьбе, три месяца назад. Не курю. Так что абсолютно положительный персонаж...
В общем, однажды пришёл Сергей к Екатерине, а она ему с порога заявляет: «Всё! Больше встречаться не будем! Оставайся... если хочешь».
«Теперь ты - наша»
Жили они, как большинство. Трудились. Любили. Растили детей. Три сына Сергея Николаевича живы-здоровы. У него 12 внуков, 44 правнука. И уже 2 праправнука. Семья большая. Но главное, по мнению супругов, - живут все дружно.
- Мы любим обняться, поцеловать друг друга, - рассказывает глава семьи. - Едем к внукам - обязательно везём подарки. У одной внучки, например, пятеро детей. А муж работает за 10 тыс. руб. в котельной. Ну и как им жить? Приходится помогать. Вроде пенсия на двоих - 60 тыс. руб. А при таком раскладе и не хватает.
Супруги сами выросли в многодетных сельских семьях. Знают, что это такое - недоедать. И каково оно, бегать босиком. Потому что элементарно нечего надеть...
- Когда вместе стали жить, построили дом, баньку. Есть у нас и огород с теплицами. Любим позы делать (бурятское блюдо буузы вроде больших пельменей. - Авт.). И всем помаленьку помогаем, а как же? Иной раз смотришь телевизор - что только не творится в семьях! Ужас! Так жалко детишек.
- Сыновья-то Сергея хорошо ко мне относились всегда. Довольны, что мы поженились. После свадьбы даже сказали: «Ну, ты теперь наша стала!» Как будто 44 года чужой была... Четыре его сестры меня уважают. Мы к ним каждый год в Бичуру ездим (село в 140 км от Кяхты. - Авт.). Ох как они расстроились поначалу, что не смогут на свадьбу к нам попасть: 14 марта выпало на вторник, а в этот день автобусы не ходят.
- Я тогда племяннику позвонил. А он: «Какой разговор, дядя Серёжа?! Будут доставлены старухи!» Звоню им: «Не печальтесь, будет машина!» Приехали, я баян из дома захватил. Одна сестра заиграла в загсе, другие подхватили - и давай частушки петь.
Сергей Николаевич и сам играет на гармошке, на балалайке. Даром что самоучка. А вот с песнями у него не ладится. Только «Кудалинские горы» всегда подхватывает. Очень любит...
«Зря-то что погибать?»
На возраст супруги не жалуются. Надо - подлечиваются в госпитале для ветеранов. А вообще, говорят, больше движения - и всё будет в порядке.
- К счастью, руки шевелятся, ноги ходят, - смеётся Екатерина Иннокентьевна.
Да и с таким количеством потомков не заскучаешь. Только Сергей Николаевич нет-нет да скажет: «Уйду - тебе за меня пенсию добавят». Она отмахивается: «Чего загадываешь? Откуда знаешь, кто вперёд...»
Телятников - ветеран войны. Когда началась Великая Отечественная, его как раз в армию призвали. Фашистов не бил. Но получилось так, что прослужил в итоге семь лет и восемь месяцев, из них три месяца воевал с японцами.
- Вообще-то нас на Запад готовили. Сорок человек перечислят по списку - и на сборный пункт. Месяц живём там. Нас обратно - в часть. И так три раза.
А потом всю Маньчжурию проехал. До укрепрайона в Хайларе добрался. Был артиллеристом. К счастью, обошлось без ранений. Но один случай его здорово напугал.
- Помню, стою на пушке. А мимо меня пуля как просвистит. Ёлки-палки!.. Будь я чуть повыше или враг бы не промазал - ну и всё, конец! Испугался страшно! Зря-то что погибать? Потом видел, как японцы харакири делали. Чтобы в плен не сдаваться, кинжалами себя резали. Молодые самураи. Семь человек так на моих глазах с собой покончили...
К слову, несколько лет назад Сергею Телятникову как ветерану предлагали машину. Тогда, говорит, сглупил - отказался. Теперь жалеет.
- А вы с Путиным не связаны? - сильно смущаясь, спросил ветеран. - Хоть бы какую старенькую машинку. 44 правнука. А мне уже 92. Так хочется покатать их в конце жизни, а? Замолвите словечко?