1917 и 1991 — трагическая связь смутных времён

https://prezi.com/-fe1wexhnimn...

Здесь же укажем кратко разницу в фазах развития смуты.

Первая фаза

— Государственность ориентирована на решение общецивилизационных задач и, соответственно, она является общенародной.

— Далее государственность «элитаризуется» и перестаёт быть общецивилизационной и соответственно — общенародной.

— «Элита», обособившись от народа, утрачивает способность управлять и склоняется к измене народам цивилизации. Ищет готовые рецепты решения своей задачи (сохранение «элитарного» статуса и воспроизводство его в последующих поколениях своих кланов) за рубежом.

— В конечном итоге «элита» затевает смуту (отчасти сдуру, не предвидя последствий, а отчасти из эгоизма, игнорируя предст?%B??%xF?ие бедствия), обрушивает общецивилизационную государственность и создаёт свою государственность.

Вторая фаза— Государственность ориентирована уже на удовлетворение в режиме «прямо сейчас» эгоистичных потребностей «элиты» за счёт окружающей среды, к которой «элита» относит и народ, и природу.

— Поскольку обособившаяся от народа «элита» — дура, то её государственность и общество под её властью обречены на застой и отставание в развитии.

— Неизбежно приходит к краху.

Несмотря на всю схожесть 1917 и 1991 годов, они радикально отличаются тем, что после 1917 года началась первая фаза полного цикла смуты, а после 1991 года — вторая фаза. Но обо всём по порядку.

ОСНОВНЫЕ ПАРАЛЛЕЛИ МЕЖДУ СОБЫТИЯМИ 1917 И 1991 ГОДОВ

1991-й, как и 1917-й — переломные, трагические годы в истории России.

Собственно сами сценарии развития событий в 1917 и 1991 годах во многом схожи.

— В августе 1917-го в очередной раз решалась судьба бывшей Российской Империи. В августе 1991-го решалась судьба созданной на её обломках трудами целых поколений Советской Империи.

— Если в начале 1917 года центральное правительство, олицетворяющее собой, в многом, старый режим, сохраняет очень существенное влияние, к концу года оно теряет всякую дееспособность. Власть переходит от умеренных реформаторов к сторонникам наиболее радикальных и немедленных преобразований (которыми в 1917 были троцкисты в союзе с большевиками, а в 1991 году — либералы, составившие правительство Гайдара, со своей «шоковой терапией»).

— Люди, стремящиеся сохранить великую державу, организуют мятеж, который проваливается (летом 1917-го это был мятеж Корнилова, а летом 1991-го — путч ГКПЧ). Функции управления государством берут на себя параллельные структуры, которые ранее были созданы для того, чтобы представлять власть на местах (в 1917 — советы, в 1991 — те же местные советы, органы власти городов и автономных республик, мэрии и республиканские парламенты).

— Окончательный демонтаж старых институтов был проведён без участия населения страны и вопреки его воле (в 1991-м было Беловежское соглашение, которое подписали три человека, и объявили о нём, как о свершившемся факте, проигнорировав при этом результаты референдума о сохранении Союза, а в январе 1918-го троцкисты с большевиками распустили Учредительное собрание вскоре после его избрания на запланированных ранее выборах).

Но прежде чем рассмотреть более подробно параллели между 1917 и 1991 годами, необходимо пояснить, что предвестником событий в октябре 1917 года был февральский переворот.

ФЕВРАЛЬСКИЙ ПЕРЕВОРОТ 1917 ГОДА

События февраля 1917 года не были революцией. По форме это был государственный переворот, организованный самой буржуазной «элитой» (точно так же переворот 1991 года — это государственный переворот, организованный самой номенклатурной партократией). Документальные источники убедительно свидетельствуют о том, что в течение 1916 — начале 1917 годов ни в Петрограде, ни в Москве не было ни одной сколько-нибудь серьёзной революционной организации. Революционное подполье было дезорганизовано арестами, страдало от нехватки денег и ограничивалось распространением листовок или легальными формами борьбы. Ещё более нелепым представляется утверждение, что Февральский переворот стал следствием «стихийного выступления масс».

Сегодня, на примере целого ряда «бархатных», «цветных» и «цветочных» революций, становится особенно очевидно, что никакой государственный переворот, никакая революция — не могут происходить стихийно, сами по себе.

Для этого всегда требуется мощная внутренняя организация, влиятельные сторонники и, самое главное, большое количество денег. В Петрограде в феврале 1917 года на улицы вышли не «голодные, доведённые до отчаяния обездоленные массы», а организованные вооружёнными боевиками толпы мобилизованных рабочих, горожан и уголовного элемента.

В отличие от других воюющих государств Россия не знала не только голода, но даже продовольственных карточек. Анализ открытых и обнародованных архивных источников убедительно показывает, что в феврале 1917 года в Петрограде был даже переизбыток продуктов питания. Но завоз, например, хлеба в булочные был полностью блокирован организаторами переворота (как это напоминает искусственный дефицит товаров в конце 80-х— начало 90-х в СССР).

Февральский переворот долгие годы готовили представители думской либеральной оппозиции (А.И. Гучков, П.Н. Милюков, М.В. Родзянко), представители крупного капитала (А.И. Коновалов, П.П. Рябушинский, С.И. Терещенко). Помощь заговорщикам оказали генералы верховного командования (М.В. Алексеев, Н.В. Рузский, А.А. Брусилов). Но расторопнее всех оказались совсем иные силы — революционное крыло Думы (А.Ф. Керенский, Н.С. Чхеидзе, Н.В. Некрасов), которые использовали в своих целях и думцев, и промышленников, и генерал-адъютантов Ставки, предавших своего царя.

О роли масонства

«Масонство народов России», так Некрасов (министр путей сообщения) называет масонскую организацию, сразу поставило себе боевую политическую задачу:

бороться за освобождение родины и за закрепление этого освобождения.

Имелось в виду не допустить повторения ошибок 1905 года, когда прогрессивные силы раскололись, и царское правительство легко их по частям разбило.

За численностью организации не гнались, но подбирали людей морально и политически чистых, а кроме и больше того, пользующихся политическим влиянием и властью.

По его, Некрасова, подсчетам, к кануну Февральской революции «масонство имело всего 300—350 членов, но среди них было много влиятельных людей. Показательно, что в составе первого временного правительства оказались 3 масона — Керенский, Некрасов и Коновалов, и вообще на формирование правительства масоны оказали большое влияние, так как масоны оказались во всех организациях, участвовавших в формировании правительства». Организация была надпартийной — в неё входили члены «разнообразных» партий, «но они давали обязательство ставить директивы масонства выше партийных». «Народнические группы» были представлены Керенским, Демьяновым, Переверзевым, Сидамом-Эристовым, который был исключён в 1912 году по подозрению в связи с азефщиной. Меньшевики и близкие к ним группы «имели» Чхеидзе, Гогечкори (правильно — Гегечкори), Чхенкели, Прокоповича, Кускову. Из кадетов были Некрасов, Колюбякин (правильно — Колюбакин), Степанов В. А., Волков Н. К. и «много других». Среди прогрессистов «отметим» Ефремова И.Н., Коновалова А.И., Орлова-Давыдова А.А. «Особенно сильной» была украинская организация, которую возглавляли барон Ф. Р. Штейнгель, Григорович-Борский (правильно — Барский), Василенко Н.П., Писаржевский Л. В. «и ряд других видных имён до Грушевского включительно».

Далее следует абзац, который, на наш взгляд, является самым важным во всем рассказе Некрасова:

…переходя к роли масонства в февральской революции, скажу сразу, что надежды на него оказались крайне преждевременными, в дело вступили столь мощные массовые силы, особенно мобилизованные большевиками, что кучка интеллигентов не могла сыграть большой роли и сама рассыпалась под влиянием столкновения классов. Но всё же некоторую роль масонство сыграло и в период подготовки февральской революции …когда оно помогло объединению прогрессивных сил под знаменем революции.

Незадолго до февральской революции, — продолжал Некрасов, — начались и поиски связей с военными кругами. Была нащупана группа оппозиционных царскому правительству генералов и офицеров, сплотившихся вокруг их и Гучкова (Крымов, Маниковский и ряд других), и с ними завязана организационная связь. Готовилась группа в с. Медыха, где были большие запасные воинские части, в полках Петрограда… и другие.

Когда началась Февральская революция, всем масонам был дан приказ встать на защиту сперва Временного комитета Государственной думы, а затем Временного правительства (http://scepsis.net/library/id_...).

Во всех переговорах об организации власти масоны играли закулисную, но видную роль. Позже, как я уже указывал выше, начались политические и социальные разногласия, и организация распалась. (Допускаю, однако, что взявшее в ней верх правое крыло продолжало работу, но очистилось от левых элементов, в том числе от меня, объявив нам о прекращении работы, т. к. к этому приему мы и раньше прибегали).

В свержении императора Николая II были заинтересованы представители влиятельных кругов западных стран, прежде всего, Великобритании, не желавших делиться с Россией плодами грядущей победы. В заговоре против царя приняли деятельное участие английский посол Дж. Бьюкенен, французский посол М. Палеолог и американский посол Д.-Р. Френсис. В этом контексте обо многом говорит фраза Д. Ллойд-Джорджа, произнесенная им сразу же после получения известия из России об отречении Николая II :

Одна из главных целей Великобритании в этой войне достигнута!

Трагедия России заключалась в том, что на историческом переломе ни промышленники, ни думцы, ни генералы не понимали, куда они толкают Россию.

По их мнению, царь был реакционер, министры — никуда не годными, и только они, прогрессивные люди, либералы — только они знали, как надо достигнуть всеобщего счастья.

Николай II сделал всё, что было его в его силах, чтобы подавить бунт в Петрограде. По его приказу, на подавление мятежа было отправлено с фронта в общей сложности 50 тысяч войска.

Но генералы верховного главнокомандования сознательно саботировали царские приказы, вступили в контакт с мятежниками, фактически блокировали Государя в его поезде и лишили его свободы действий и передвижения во Пскове. Это была прямая военная измена.

О том, что творилось в Петрограде в февральские дни, хорошо описал в своих воспоминаниях начальник Петроградского охранного отделения генерал К.И. Глобачёв:

Те зверства, которые совершались взбунтовавшейся чернью в февральские дни по отношению к чинам полиции, корпуса жандармов и даже строевых офицеров, не поддаются описанию…

Все эти расправы осуществлялись при полном одобрении и по указке «министра юстиции» А.Ф. Керенского.

Не будем забывать, что термин «враг народа» появился не в 1937-м, а в феврале-марте 1917-го. Ввели этот термин всё те же Керенский и его подручные.

Предательство и отступничество охватили все слои русского общества: генералы спешили содрать с себя царские вензеля и надеть красные банты, поэты и писатели — скорее воспеть новую «свободную» власть «свободной» России, крестьянство предвкушало передел земли, рабочие — свободу от фабрикантов. Святейший Синод в своём послании фактически выразил поддержку свершившегося переворота. Все хотели освободиться от царской власти. Но о том, какая должна быть власть новая, никто не думал. В результате через несколько дней власть исчезла вообще: нелегитимное Временное правительство меньше чем за месяц сломало все законные властные институты: исказило судебную систему, упразднило полицию, дезорганизовало армию, начало новые притеснения против Церкви. Была упразднена и Государственная Дума, именем которой был совершён переворот.

14-го сентября 1917 года Керенский самолично провозгласил Россию республикой, совершив тем самым окончательную узурпацию власти и установив собственную диктатуру. Эта диктатура свидетельствовала о полном беззаконии совершённого в феврале 1917 года.

И в феврале 1917-го, и в августе 1991-го Россия стала разменной картой политиканов, которые называют себя либералами. Однако настоящий либерализм вовсе не предусматривает обязательной ненависти к своей собственной стране. Либералы бывают разные. Английские, французские, немецкие либералы двух последних столетий немедленно оставляли свой либерализм, как только их родине угрожала опасность. Так же поступали и многие русские либералы, добровольцами уходившие на войну с Турцией за освобождение Балкан, русско-японскую и Первую мировую войны.

Те же, кто стремился и стремится к захвату власти любой ценой, кто готов жертвовать судьбами Родины во имя своей собственной гордыни — должны по праву называться «февралистами».

В 1917 и 1991 году Россия была разрушена не в результате военного поражения, а в результате предательства. И если предательская роль Горбачёва сегодня очевидна для большинства наших сограждан, то деяния иуд из Временного правительства до сих пор не получили заслуженной оценки в полной мере. А сегодня их идейные наследники снова рвутся к власти.

Рвутся к власти, разжигая страсти и эмоции. Как в Феврале 1917-го…

Но события в 1917 году развивались далее.

СОБЫТИЯ В АВГУСТЕ 1917-ГО И 1991-ГО

В августе 1917-го в очередной раз решалась судьба бывшей Российской Империи. В августе 1991-го решалась судьба созданной на её обломках трудами целых поколений Советской Империи.

Кому-то эта «империя зла» была ненавистна. Кто-то до сих пор вздыхает о ней с доброй ностальгией, припоминая декларации о социальных благах и гарантиях. Кто-то, в своём стремлении возродить патриотизм и национальную гордость, вспоминает подвиги белых героев, а кто-то сожалеет о былой мощи необъятной страны Советов…

Ещё в 1991 году многим гражданам, знакомым с событиями отечественной истории, ситуация августовского путча слишком напомнила ситуацию корниловского мятежа 1917 года.

В те же августовские дни, в похожих условиях развала и распродажи великой державы, «силовик» и любимец армии генерал Корнилов решился противопоставить политической вседозволенности власть имущих надежду народа на возвращение к порядку и законности.

Это была попытка, продиктованная не разумом, а чем-то другим. Корниловское выступление, как и акция ГКЧП, не имело ни продуманного плана, ни чётко поставленной перед собой цели — свергнуть законную власть, но развивались они по неким сценариям (о сценарии, по которому развивалось ГКЧП, читайте статью «Как августовский путч 19 августа 1991 года был распечатан заранее в «Историческом пикнике»» http://inance.ru/2016/08/istor...)

Конечно, престарелые лидеры ГКЧП мало чем напоминали боевого генерала и разведчика, поднятого революцией на самые вершины государственной власти. Но кто тогда, в 1991-м, кроме специалистов-историков, мог знать что-то о реальной биографии и реальных мотивах генерала Корнилова?

В 1917 году Лавр Георгиевич Корнилов готов был «договориться» с правительством Керенского, если бы оно выполнило требования патриотически настроенной военной верхушки. Эти требования разделяла большая часть консервативного лагеря, желающего предотвратить дальнейший развал страны Керенским и его заграничными «подельниками». Однако председатель Временного правительства сам пошёл на политическую провокацию. Он объявил Корнилова — революционного генерала, который арестовывал царскую семью и собирался защищать Временное правительство от посягательств большевиков — врагом революции и «мятежником».

В 1991 году президент РСФСР Б.Н. Ельцин и Верховный Совет РСФСР, а впоследствии и законное руководство СССР (президент СССР Михаил Горбачёв и Верховный Совет СССР) тоже квалифицировали действия «силовиков» из ГКЧП как государственный переворот, т.е. фактически объявили вчерашних своих соратников и сослуживцев «мятежниками».

Принято считать, что действия ГКЧП были вызваны намерением правительства РСФСР подписать новый союзный договор, упраздняющий существование Союза Советских Социалистических Республик.

Подписание договора РСФСР о новом союзе (ССГ) с представителями Белорусской, Казахской и Узбекской ССР было назначено на 20 августа. Остальные будущие «компоненты» содружества в течение пяти встреч, вплоть до 22 октября 1991 года, должны были к нему присоединиться. Президент РСФСР Б.Н. Ельцин настаивал на скорейшем подписании договора, не взирая на результаты Всесоюзного референдума. Референдум 17 марта 1991 года показал, что более 76% населения страны проголосовалоза сохранение СССР.

Кого же в данной ситуации было более правомерно называть «мятежником», идущим против воли народа?..

Со стороны простого обывателя, получающего информацию с экранов телевизоров и страниц печати, всё действо так называемого «путча» уже в те августовские дни 1991 года выглядело, как заранее расписанный сценарий телевизионного реалити-шоу: «Лебединое озеро» и танкисты, мирно кушающие мороженое на люках своих БТР; соревнование ГКЧП и Ельцина в том, кто кого скорее объявит «мятежником»; революционная толпа на баррикадах; танки, не сделавшие ни одного выстрела, но неосторожно ставшие причиной гибели троих последних героев Советского Союза…

По данному сценарию, Б.Н. Ельцин и те силы, которые стояли за ним, должны были обыграть всех. Кому это было выгодно в 1991 году — мы постепенно узнаём благодаря рассекреченным архивным материалам, размещённым в Интернете, и благодаря которым можем реально говорить о тех силах, которые и в 1917 году на самом деле поддержали свержение царского правительства.

Неправомерные действия Временного правительства в августе 1917 года в гораздо большей мере способствовали эскалации последующего насилия и развязыванию гражданской войны, нежели октябрьский захват власти союзом троцкистов и большевиков.

Именно правительство Керенского, засадив военную верхушку армии в Быховскую тюрьму, и выпустив на свободу Троцкого, позволило создать две противоборствующие силы, которые впоследствии схлестнулись в безжалостном поединке.

В 1991 году роль безвольного Временного правительства — ставленника иностранного капитала — отводилась правительству Горбачёва, а — прогрессивных сил (т.е. союза троцкистов и большевиков) — Ельцину, на долю ГКЧП остался проигравший генерал Корнилов…

К счастью, вопреки прогнозам и историческим ассоциациям, дальнейшего кровавого противостояния не произошло, что связано с разницей фаз полного цикла смуты, к которым относятся 1917 и 1991 года. После «августовского путча» 1991 года, как и после корниловского выступления 1917-го, страна, можно было бы подумать, стояла на грани раскола и гражданской войны. Однако в «пореволюционный» период 1991 — 1993 годов ни в бывшем Советском Союзе, ни в новой «капиталистической» России не нашлось ни одной сколько-нибудь организованной силы, способной возглавить противостояние и втянуть в конфликт основную массу народонаселения. Выборы 1996 года, когда Зюганов, фактически, отдал победу Ельцину, это подтвердили. В отличие от года 1918-го, основная масса ни в 1991, ни в 1993 годах так и не поняла, за что и зачем ей воевать.

Если говорить о расколе общества и скрытой «гражданской войне», о которой и по сей день не умолкают оппозиционные СМИ, то её последствия, возможно, уже сказались и ещё скажутся на будущем всего постсоветского пространства. Хотелось бы надеяться, что они не будут столь трагичны и необратимы, как казалось в 1991 году…

Почему сегодня, спустя 25 лет, мы вновь склонны проводить исторические параллели между событиями августа 1917 и августа 1991 годов? Может быть, потому, что до сих пор многое в них остаётся неясным и непонятным простому обывателю. По-прежнему нет однозначного мнения о месте и роли противостояния ГКЧП и Б.Н. Ельцина в истории новой России. Нет и чёткой уверенности в том, что это противостояние состоялось именно так, как мы привыкли его воспринимать, однажды поверив в разыгранное перед всей страной телевизионное шоу.

Во времена Керенского, к счастью, ещё не было телевидения, но ненависть к «новому Бонапарту» и «могильщику революции» Корнилову, тем не менее, превзошла всякие границы. Чего стоит только глумление над трупом уже убитого военачальника в Екатеринодаре весной 1918 года! Ни министру внутренних дел Пуго, ни маршалу Ахрамееву такое не приснилось бы и во сне…

СХОДСТВА И ПРИНЦИПИАЛЬНЫЕ ОТЛИЧИЯ 1991 ОТ 1917

1918 — 1920 и 1992 — 1993 — период нестабильности и революционных преобразований, в течение которого союз троцкистов и большевиков побеждает в гражданской войне, проводят национализацию, а Ельцин расстреливает Верховный Совет, проводит либерализацию и приватизацию, суть которых сводится к смене хозяев собственности и денежных средств.

И троцкисты с большевиками, и либералы начинали под схожими лозунгами — Россия является забитой и отсталой державой, в чём вина прежнего режима, Россия угнетала другие народы, чему нужно положить конец, России требуется срочная модернизация и обращение к передовому европейскому опыту.

1920-е годы (НЭП) соответствует периоду ельцинизма, на дворе «оттепель» и относительная свобода, наиболее одиозные, космополитичные фигуры оттесняются от власти (такие, как Гайдар, Троцкий и т. п.). Страной правит некоторый круг лиц (бывшие соратники Ленина или ельцинская «семья», круг приближённых олигархов — «семибанкирщина»).

Но есть серьёзные отличия.

Большевики, действуя до некоторых пор в связке с троцкистами (не забываем также и о безыдейных бюрократах) в своих действиях опирались на широкие слои народа, на массы и проводили политику, которая преследовала обеспечение интересов масс и страны в целом, поскольку алгоритмика смуты в первой фазе её течения выдвигает на первые роли тех, кто решает общецивилизационные задачи. А вот у либералов и социальной базой была немногочисленная группа «новых русских», и реформы были нацелены не на решение общецивилизационных задач, а в угоду проведения в жизнь принципа:«Взяли власть — гуляй всласть!», — в результате чего реформы либералов стали разрушительными для страны в целом и для большинства её населения.

Реформы же троцкистов в союзе с большевиками, нацеленные на решение общецивилизационных задач, в целом были весьма успешны, в 20-е годы с подачи большевиков были осуществлены глобальные кампании по борьбе с неграмотностью (ликбез), беспризорностью, реализована программа электрификации России (ГОЭЛРО), была проведена экономическая реформа (НЭП), позволившая к 1929 году достичь довоенного уровня производства, страна двинулась в погоню за развитыми странами Запада в научно-технической сфере, выйдя по многим показателям на второе, а кое-где и на первое место в мире.

А вот в 90-е результаты реформ были прямо противоположны — падение уровня образования, полный упадок профтехучилищ, в школы перестают поступать средства не только на учебные пособия и оборудование, но и на ремонт, учёных и преподавателей ВУЗов реформаторы своими реформами чуть ли не силой выгоняют торговать на рынке и за рубеж, платя нищенскую зарплату и не давая денег на исследования.

В 90-е резко падает уровень промышленного производства, особенно страдает от него то самое производство товаров народного потребления, развитие которого выдвигалось в качестве первоочередной цели реформ — если производство в нефтедобыче к 1996 году упало всего лишь на 30%, то в лёгкой промышленности -— на 95%, т. е. в 20 раз!

В 20-е годы реформы проводились народом, ненавидевшим «элиту» («буржуев»), в 90-е — «элитой», ненавидевшей народ («совков» и «быдло»), причём своей цели (повышения собственного благосостояния за счёт разграбления общенародной собственности) эта «элита», естественно, достигла.

Старый проект в 1917 году был разрушен, и Россию мог спасти только новый проект. Его и дали большевики.

Большевиков часто обвиняют в том, что именно они уничтожили «старую Россию», но это неверно. Российскую империю убили «февралисты». В «пятую колонну» входили: часть генералитета, высшие сановники, банкиры, промышленники, представители либерально-демократических партий, многие из которых были членами масонских лож, большая часть интеллигенции, ненавидевшей «тюрьму народов». В целом большая часть «элиты» России своими руками и разрушила империю. Именно эти люди и убили «старую Россию».

Большевики в этот период были маргиналами, фактически находились на обочине политической жизни. Но они смогли предложить России и её народам общий проект, программу и цель. Большевики проявили политическую волю и взяли власть, пока их конкуренты дискутировали о будущем России.

О ТРОЦКИСТАХ И БОЛЬШЕВИКАХ

Чтобы понять, что происходит в верхах сейчас, стоит оглянуться назад. Мы не зря, выше всегда писали о троцкистах в союзе с большевиками. Многие не понимают, что те, кого либералы обобщённо именуют «большевики», реально не были единой социальной группой (в отличие от либералов, которым свойственны одинаковые алгоритмы мышления и поведения), а представляли собой очень разношёрстную, как социально, так и иделогически, публику.

~~~

О большевизме

Большевизм, как учит история КПСС, возник в 1903 г. на II съезде РСДРП как одна из партийных фракций. Как утверждали его противники, большевики до 1917 г. никогда не представляли собой действительного большинства членов марксистской партии, и потому оппоненты большевиков в те годы всегда возражали против их самоназвания. Но такое мнение проистекало из непонимания разнородными меньшевиками сути большевизма. Большевизм — это не русская разновидность марксизма и не партийная принадлежность. И уж совсем бессмысленен оборот «еврейский большевизм», употребляемый Гитлером в «Майн кампф», поскольку большевизм — явление духа Русской цивилизации, а не духа носителей доктрины библейского глобального ростовщичества. Большевизм существовал до марксизма, существовал в российском марксизме, как-то существует ныне. Будет он существовать и впредь. Как заявляли сами большевики члены марксистской партии РСДРП (б), именно они выражали в политике стратегические интересы трудового большинства населения многонациональной России, вследствие чего только они и имели право именоваться большевиками. Вне зависимости от того, насколько безошибочны большевики в выражении ими стратегических интересов трудового большинства, насколько само это большинство осознаёт свои стратегические интересы и верно им в жизни, суть большевизма не в численном превосходстве приверженцев неких идей над приверженцами других идей и бездумной толпой, а именно в этом: в искреннем стремлении выразить и воплотить в жизнь долговременные стратегические интересы трудового большинства, желающего, чтобы никто не паразитировал на его труде и жизни. Иными словами, исторически реально в каждую эпоху суть большевизма в деятельной поддержке переходного процесса от исторически сложившегося толпо-«элитаризма» к многонациональной человечности Земли будущей эры.

Меньшевизм, соответственно, представляет собой противоположность большевизма, поскольку объективно выражает устремлённость к паразитизму на труде и жизни простонародья — большинства — всех возомнивших о своём «элитарном» статусе. Марксизм — это и меньшевизм, а не только психический троцкизм; а психический троцкизм — всегда меньшевизм.

~~~

Таким образом в партии РСДРП были представлены две социальные группы, хотя и идеологически внутри себя, вроде как сильно разнообразные, но на макроуровне объединённые одними алгоритмами: одни — большевистским отношением к жизни и своему месту в ней, другие — троцкистким меньшевизмом. Эта внутренняя разобщённость выразилась в обсуждении известных «Апрельских тезисов», и вылилась во внутрипартийную борьбу после Октября 1917 года, вплоть до 1938 — 1939 годов.

24 — 29 апреля (7 — 12 мая) 1917 года в Петрограде работала Седьмая (апрельская) Всероссийская конференция РСДРП. Примечание № 144 в 31 томе ПСС В.И.Ленина сообщает:

«Ввиду возникших в ЦК разногласий по вопросу об оценке и перспективах революции и задачах партии было единогласно принято решение продискутировать этот вопрос открыто.
Материалом для дискуссии послужили «Апрельские тезисы» Ленина, напечатанные в «Правде» 7 (20) апреля. Таким обра­зом местные организации имели возможностьпредварительно обсудить вопросы, включённые в повестку дня, выявить отно­шение к ним рядовых членов партии (выделено при цитировании нами).
Всероссийской конференции предшествовали конференции на местах; до её открытия от ряда организаций начали посту­пать сведения о присоединении к платформе В. И. Ленина.
На конференции присутствовал 131 делегат с решающим голосом и 18 с совещательным от 78 партийных организаций … , а также представители фронтовых и тыловых военных орга­низаций, национальные организации Латвии, Литвы, Польши, Финляндии и Эстонии. (…)
Работы конференции протекали в обстановке только что разразившегося острого политического кризиса 21 — 22 апреля, вызванного нотой П.Н.Милюкова Англии и Франции о вер­ности договорам империалистского царского правительства.

Далее примечание, дабы задним числом оправдать после­довавшие уже в годы Советской власти репрессии, мимоходом пинает Л.Б.«Камене­ва», А.И.Рыкова, Г.Я.Пятакова и Г.Е.«Зино­вье­ва», выска­зывавших своё мнение, отличное от «Апрельских тезисов» и ряда других мнений, победивших в партии; как известно, все перечисленные погибли впоследствии под «колесом Исто­рии»: причина их гибели — непонимание ими общего хода вещей, а не якобы дальновидная злонамеренность их лично, проявлявшаяся ещё до 1917 года.

Заканчивается примечание словами:

Историческое значе­ние VII апрельской конференции заключалось в том, что она приняла ленинскую программу перехода ко второму этапу революции в России, наметила план борьбы за пере­растание буржуазно-демократической революции в социа­листическую, выдвинула требование перехода всей власти к Советам. Под этим лозунгом большевики готовили массы к пролетарской революции.

Так «Апрельские тезисы» стали для большевиков утвер­ждённой программой действий.

Меньшевистское крыло РСДРП к этому времени не было единым: меньшевики-оборонцы стояли за продолжение войны, которая по-прежнему носила империалистический характер, за что они получили впоследствии название мень­шевиков-импери­а­листов; были менышевики-межрайонцы, так называемые «центри­сты», идейно возглавляемые Л.Д.«Троц­ким», возникшие ещё до войны и коле­бавшиеся между большевистской и чисто меньшевистской точкой зрения по разным вопросам; и меньшевики-интерна­ционалисты, стоявшие за прекращение вой­ны, отколовшиеся от меньшевиков-империалистов.

Пуримский переворот был очередным поворотным рубе­жом в жизни РСДРП, своего рода «Юрьевым днём», когда проис­ходило самое заурядное перемещение партийных масс от одних «вождей» к другим. «Вожди» выдвигали новый курс и ставили новые цели, а масса выбирала подходящее себе.

Генеральная политическая линия, выдвинутая Лениным в «Апрельских тезисах» и «пред­сказанная» «Троцким» в «Итогах и перспективах…» ещё в 1906 году, была поддержана большевиками, «межрайонцами» и интернационалистами (не только РСДРП) в целом, хотя, безусловно, были отдель­ные, вполне естественные для политического поворота разно­гласия, даже между лидерами каждого из течений, о чём свидетельствует уже цитированное примечание 144 в 31 томе ПСС. Такое совпадение политиче