Долговая яма по-русски: в стране уже свыше 2 миллионов банкротов
2,2 млн личных банкротств — сигнал о системном кризисе в экономике
Рекордные показатели личных банкротств в 2025 году перестали быть сухой статистикой: за ними стоит реальная социальная драма. Через суд и МФЦ за 5 лет финансово несостоятельными признаны уже более 2,2 млн россиян. Из них более четверти — за последний год. Причем в подавляющем большинстве случаев люди сами идут на банкротство, не дожидаясь давления со стороны банков. Упрощенная процедура становится для миллионов единственным способом выбраться из долговой ловушки. Значит ли это, что значительная часть граждан пребывает в хроническом кредитном кризисе?
Фото: ru.freepik
тестовый баннер под заглавное изображение
В 2025 году личное банкротство в России окончательно перестало быть чем-то исключительным. Почти 568 тысяч граждан были признаны финансово несостоятельными в судебном порядке, еще более 60 тысяч — по упрощенной внесудебной процедуре. В сумме за все время действия закона с 20202 года — 2,22 млн человек. Это уже не «отдельные истории» финансовых неудач, а масштабное социальное явление.
Бесстрастная статистика свидетельствует, что долговая ситуация российских семей продолжает ухудшаться: только за год число судебных банкротств выросло почти на треть. И главное — почти 97% дел инициируют сами должники. Люди больше не ждут, когда банк подаст на них в суд. Они приходят первыми — потому что других вариантов избавиться от неподъемных долгов попросту не осталось.
Почему банкротство становится для большинства единственным выходом? Причин несколько, и все они лежат на поверхности. Реальные доходы населения стагнируют, инфляция съедает зарплаты, а рост ключевой ставки ЦБ в первой половине прошлого года резко увеличил стоимость обслуживания кредитов. Особенно тяжело пришлось тем, у кого были плавающие ставки или несколько займов одновременно.
«Даже при одобрении реструктуризации долга, ее условия часто не решают проблему, — поясняет партнер адвокатского бюро „Интеллектуальный капитал“ Ирина Каплун. — Увеличение срока кредита не всегда снижает платеж до приемлемого уровня». Кроме того, банки требуют документально подтвердить ухудшение финансового положения — падение доходов минимум на 30%. Для миллионов людей с неофициальными или «серыми» заработками это условие невыполнимо.
В результате реструктуризация превращается в редкое исключение. В 2025 году суды согласились на пересмотр долгов лишь в 37,8 тыс. случаев — заметно меньше, чем годом ранее. Кредиторы все чаще предпочитают неформальные договоренности — отсрочки и рассрочки без полноценной процедуры. А должники выбирают самый радикальный и понятный путь — банкротство.
Отдельный тренд — рост внесудебного банкротства. После расширения критериев доступ к процедуре получили пенсионеры, получатели социальных выплат, участники СВО. Теперь не всегда требуется завершение исполнительного производства, а сам процесс занимает около шести месяцев. Фактически государство признает: для социально уязвимых категорий долговая спираль стала тупиком. По словам Каплун, это попытка снизить социальную напряженность, но не решение системной проблемы закредитованности.
О последствиях банкротства в публичном поле говорят неохотно. Формально — «чистый лист». На практике — потеря автомобилей, дач, техники, риски для совместного имущества семьи, сложности с наследством. В течение пяти лет человек обязан сообщать о своем статусе при обращении за кредитом, что серьезно ограничивает финансовые возможности. Добавьте сюда репутационные потери и психологическое давление.
Основатель «Секвойя Групп» Максим Гмыря формулирует жестче: «Банкротство — это форма капитуляции. Оно стирает последствия ошибок, но не меняет причин. Без пересмотра финансового поведения история часто повторяется». По его словам, корень проблемы — в культуре жизни «хочу сейчас», подкрепленной рекламой и иллюзией бесконечного перекредитования.
В то же время председатель КонфОП Дмитрий Янин считает рост банкротств неизбежным и даже нормальным: «Бояться банкротства не нужно. Вины большинства людей в том, что они попали в долговую спираль, нет». По его оценке, 2 с небольшим миллиона банкротов далеко не предел: около 10 млн россиян нуждаются в механизмах финансового оздоровления, и для многих банкротство остается единственным реальным вариантом.
The post Долговая яма по-русски: в стране уже свыше 2 миллионов банкротов first appeared on 20ГА.РУ.