Политолог Солонников оценил возможность военного переворота в Китае

В Китае под следствием оказались сразу два генерала из самого верха военного руководства. Расследования идут на фоне масштабных чисток в армии и подготовки к крупным политическим решениям. Что стоит за происходящим — обычная борьба с коррупцией или признак внутренних проблем в системе власти?

Арест высокопоставленных военных в Китае

Минобороны Китая объявило о начале расследований против двух высокопоставленных военных: заместителя главы Центрального военного совета Чжан Юся и начальника Объединенного штаба ЦВС Лю Чжэньли. Подробности дел не раскрывают, официально говорят лишь о «серьезных нарушениях дисциплины и закона».

По данным издания The Wall Street Journal, Чжана Юся подозревают в передаче США чувствительной технической информации, связанной с китайским ядерным оружием. Источники СМИ утверждают, что об этих обвинениях сообщили на закрытом брифинге для высшего командного состава армии.

Кроме того, Чжану вменяют коррупцию. В частности, речь идет о получении взяток за продвижение офицеров по службе, включая назначение Ли Шанфу на пост министра обороны, а также за решения в сфере военных закупок. Среди других обвинений — злоупотребление служебным положением и создание неформальных групп влияния внутри армии и партии, что, по версии следствия, подрывало партийное единство.

WSJ также написала, что часть доказательств была получена от бывшего руководителя Китайской национальной ядерной корпорации. Какие именно данные могли утечь за рубеж, на брифинге не уточнялось. Возможная отставка Чжана Юся может стать одной из самых крупных кадровых перестановок в китайских вооруженных силах за последние годы, подчеркнули журналисты.

Внутренние интриги

Китайское общество остается очень закрытым, а политическая система дает крайне мало внешних сигналов, которые позволяли бы адекватно ее анализировать. Тем не менее сейчас звучат версии о военном перевороте или попытке силового захвата власти. Однако такие сценарии вряд ли применимы к Китаю, заявил 360.ru политолог Дмитрий Солонников.

«Если обратиться к опыту XX и XXI веков, становится очевидно: военные перевороты, восстания, штурмы президентских резиденций и открытый силовой захват власти — это не китайский стиль. Внутренние интриги, аппаратная борьба, противостояние фракций и постепенное смещение одних групп другими — да, но не открытый мятеж. В нынешних условиях маловероятно, что кто-либо в Китае пошел бы на подобный шаг», — пояснил эксперт.

Скорее всего, по мнению Солонникова, мы наблюдаем подготовку к следующему съезду КПК. Однако происходящее нельзя сводить лишь к банальной зачистке политического пространства, когда лидер устраняет потенциально недовольных. Речь идет о более сложной ситуации внутри вооруженных сил, где могут существовать очаги недовольства и где Си Цзиньпин пытается выстроить более жесткую управляемую структуру.

Показательно, что под удар попали военные, которые были максимально встроены в систему и считались «его людьми». Это не внешняя оппозиция и не чуждая фракция — это представители собственного окружения Си Цзиньпина, которых он теперь отстраняет. Возможно, причина кроется в традиционно высокой роли интриг, фракционной борьбы, неформальных союзов и кулуарных договоренностей внутри как КПК, так и военной элиты. Не все в партийном и военном руководстве довольны усиливающимся культом личности Си и перспективой его бессрочного правления.

Дмитрий Солонников

Ситуацию осложняют экономические факторы, добавил политолог. Хотя официальная статистика часто выглядит благополучно, многие экономисты указывают на нарастающие структурные проблемы в китайской экономике. Это не позволяет дать однозначную оценку происходящему, но создает почву для появления альтернативных взглядов на будущее политическое и экономическое развитие республики.

«В таких условиях могут формироваться политические силы, которые либо к очередному съезду КПК, либо постепенно выступают за иную траекторию развития. Причем в их числе могут быть и люди, достаточно близкие к Си Цзиньпину и системе государственного управления. Очевидно, не все внутри элит полностью довольны его курсом. Вероятно, часть выражает недовольство, обсуждает возможные сценарии или предпринимает определенные — пусть и сугубо кулуарные — действия. Как только информация об этом доходит до лидера КНР, он инициирует ликвидацию подобных кружков и неформальных коалиций», — заключил Солонников.

Создание лояльной военной элиты

На самом деле эта кампания началась не сегодня. Практически сразу после прихода к власти, в 2013 году, Си Цзиньпин объявил коррупцию одной из главных угроз для Китая в частности и для устойчивости государства в целом. Изначально антикоррупционные чистки затрагивали преимущественно гражданские ведомства, включая крупные министерства и государственные корпорации. В последние годы основной фокус сместился на вооруженные силы, рассказал 360.ru востоковед, директор Института стран Азии и Африки МГУ Алексей Маслов.

— Когда именно армия оказалась в центре внимания?

— Очень серьезный удар пришелся на 2023 год, когда после обвинений в коррупции фактически полностью обновили командование Ракетных войск КНР. Это стало важным сигналом, поскольку речь идет об одном из ключевых компонентов китайской военной мощи, включая ядерный потенциал.

В октябре 2025-го сняли с должностей и впоследствии исключили из партии двух членов Центральной военной комиссии Китая — высшего органа управления Народно-освободительной армией. Совсем недавно еще два члена этой комиссии, которые отвечали как за стратегическое планирование, так и за оперативное военное руководство, тоже лишились постов.

— О чем говорит масштаб этих решений?

— Мы видим дальнейшее укрепление личной власти Си Цзиньпина. Он последовательно устраняет влияние различных региональных и неформальных группировок внутри армии. Одну из заметных ролей в ВС играла так называемая фуцзяньская группировка — выходцы из провинции Фуцзянь, с которой у Си связаны ранние этапы карьеры. Сейчас многих представителей этой группы тоже сняли с их постов.

— В информационном пространстве звучат версии о заговоре или попытке переворота. Насколько они обоснованы?

— Прямых подтверждений существования заговора против руководителя КНР или тем более попытки переворота нет. В основном подобные слухи распространяет желтая пресса, в том числе за пределами материкового Китая, например на Тайване. Некоторые американские и британские издания выдвигают версию о том, что часть высшего военного руководства могла передавать данные о состоянии китайской военно-ядерной программы Соединенным Штатам. Однако и эта версия не подкреплена прямыми доказательствами.

— Какая версия выглядит наиболее реалистичной?

— Наиболее правдоподобной остается версия о масштабной коррупции в военной среде. Китайские Вооруженные силы сегодня считаются одним из крупнейших источников коррупционных практик — особенно в сфере распределения оборонных госзаказов, а также продвижения родственников и приближенных на ключевые посты.

— Это объясняет и отставки министров обороны?

— Да, показательно, что за последние несколько лет были сняты два министра обороны КНР, причем один из них занимал должность всего около семи месяцев. Это подчеркивает глубину кризиса доверия внутри военного руководства.

— Какой политический контекст у этой кампании?

— Важный фактор — подготовка к XXI съезду КПК, запланированному на 2027 год. Этот съезд традиционно предполагает серьезные кадровые перестановки. В преддверии Си Цзиньпин проводит масштабную и жесткую чистку армии, стремясь подойти к съезду с максимально контролируемой и лояльной военной элитой.