Дружба по-венски. Почему Австрия привечает русских «назло» Брюсселю?
В программе визита Владимира Путина в Вену — переговоры с президентом Австрии Александром Ван дер Белленом и 31-летним канцлером Себастьяном Курцем (самым молодым европейским премьер-министром), выступление на австрийском бизнес-форуме. Кроме того, глава государства посетит выставку «Полотна старых мастеров» из Эрмитажа и возложит цветы к памятнику воинам-освободителям.
Учитывая, что австрийский президент выполняет в своем государстве скорее церемониальные функции, ключевым моментом визита станут переговоры Путина с Курцем. Два политика уже встречались в феврале этого года в Москве. Для австрийского канцлера та поездка так же стала первым официальным визитом за пределы Евросоюза. На встрече в Москве лидеры подчеркивали «особый характер» русско-австрийских отношений. Тогда же Путин рассказал, что в 2017 году товарооборот между странами вырос на 40,5% — до $4,1 млрд. Российские инвестиции в экономику Австрии достигли $23 млрд, а австрийские в российскую экономику — $5 млрд.
Не менее приятны для Москвы и постоянные призывы австрийских политиков отменить санкции ЕС против России: об этом заявляет не только Себастьян Курц, но многие члены его кабинета, например, вице-канцлер Хайнц-Кристиан Штрахе. Последний 3 июня выступил с предложением начать отмену санкций в отношении России после того, как США ввели новые торговые пошлины на европейские товары. Наконец, Австрия стала одной из немногих европейских стран, которая отказалась высылать российских дипломатов в разгар «дела Скрипаля».
Почему Австрия благожелательно настроена к России и может ли это отношение вылиться для нас в какие-то преференции? Об этом АиФ.ru поговорил с заведующим отделом социально-политических исследований Института Европы РАН Владимиром Швейцером.
Глеб Иванов, АиФ.ru: На февральской встрече и Путин, и Курц говорили об «особых отношениях» между нашими странами. Но в чем заключается эта «особенность»?
Владимир Швейцер: Нынешние русско-австрийские отношения ведут свой отсчёт с конца Второй мировой войны. Австрия — это одна из тех стран Европы, в которой не забывают о подвиге Красной армии, освобождавшей Вену. После войны СССР всячески помогала австрийцам восстанавливать свою страну. Поэтому историческая память о России здесь сложилась хорошая.
Австрийцы сделали всё, чтобы трагические события Второй мировой с ними не повторились. После получения полной независимости в 1955 году они объявили о внеблоковом статусе страны. Этому принципу Вена неукоснительно следует до сих пор. Австрия не состоит в НАТО. Они не пропускают через свою территорию военные грузы альянса и военную технику. И когда шла интервенция НАТО в Югославию, Вена категорически отказалась предоставить воздушный коридор для авиации НАТО. Конечно, это не могло не сыграть положительной роли в наших отношениях. Даже в Евросоюз Австрия вступила относительно поздно — только в 1995 году.
Поэтому, когда Путин и Курц говорят об «особых отношениях», они действительно не лукавят. В Австрии уровень подозрительности к Москве гораздо ниже среднеевропейского. У нас хорошие торгово-экономические связи. Австрийский бизнес был одним из наиболее пострадавших от санкций ЕС в отношении России. Поэтому местные политики гораздо более умерены в своих оценках действий России на международной арене. Обоим лидерам есть, что обсудить.
— Могут ли такие отношения трансформироваться в какие-то дивиденды для России? Австрийские политики много говорят о том, что санкции надо отменять...
— То, что такие заявления от австрийских властей есть — это очень важно для Москвы хотя бы с дипломатической точки зрения. Это ставит под сомнение все заявления Вашингтона, что Москва находится в международной изоляции. Но нужно понимать, что без общего решения ЕС санкции отменены не будут. Австрия — не настолько сильный игрок в Брюсселе, чтобы серьезно влиять на решение такого уровня. Безусловно, хорошо, что в ЕС появляется всё больше стран, которые выступают за смягчение санкций, но пока их сил явно недостаточно для каких-то изменений.
С учетом этого, мне кажется правильным, что мы не пытаемся наших австрийских коллег подталкивать на конфликт с Брюсселем. Это всё равно обречено на провал, и такие наши действия приведут только к ухудшению отношений с Веной. Наоборот, тот факт, что в ЕС есть страны, которые относятся к нам благожелательно, пусть не сейчас, но позже обязательно принесет нам пользу. Просто не нужно форсировать события.
Путин в интервью австрийскому телеканалу ORF сказал, что Москва заинтересована в сильном сплочённом Евросоюзе. Мы заинтересованы в том, чтобы это была бесконфликтная зона с сильной экономикой, поскольку это и нам помогает экономически развиваться. И второй его важный тезис, что мы не влияли на выборы в странах Европы. Конкретно для австрийцев аргументы российского лидера звучат убедительно, потому что уровень боязни российских хакеров здесь гораздо ниже, чем, например, в Великобритании или даже во Франции. Здесь никто не считает, что Курц победил на выборах потому, что ему помогли русские, о которых он хорошо отзывался.
— Какие наиболее важные темы российско-австрийского сотрудничества вы бы выделили?
— У нас есть двусторонняя комиссия, которая решает много очень важных вопросов по сотрудничеству во внесанкционных сферах. Прежде всего, для Вены очень важны «Северный поток — 2» и «Турецкий поток». В Австрии расположен главный центральноевропейский газовый хаб, в который должен войти «Турецкий поток». За транзит голубого топлива австрийцы получают хорошие деньги. Кроме того, они и сами сильно зависят от поставок нефти и газа. Для них это вопрос национальной энергетической безопасности. Поэтому Вена — один из важнейших лоббистов российских инфраструктурных проектов в Евросоюзе.
Российский бизнес заинтересован в поставках австрийского высокотехнологичного оборудования и в кредитах австрийских банков. К сожалению, здесь мешает проблема санкций. Но австрийский бизнес также заинтересован в клиентах из России, как и наш бизнес — в австрийском оборудовании. Поэтому для них это тоже проблема. Думаю, этот вопрос тоже не один раз будет поднят во время встреч Путина с Курцем.