За контроль над финансовыми потоками. Уголь - это главный товар, на котором на оккупированных территориях можно обогатиться. И борьба за контроль над этим ресурсом идет не на жизнь, а на смерть. В этой истории с постоянной борьбой наемников за прибыль интересна неспособность - или нежелание - их российских кураторов установить жесткую вертикаль власти и направить прибыль по одному руслу. И касается это отнюдь не только оккупированных территорий Донбасса. Постоянная клановая борьба вот уже десятилетиями продолжается в Абхазии, Южной Осетии, Приднестровье. Случались ситуации, когда население выходило на улицы - так произошла, например, "снежная революция" в Южной Осетии, которая заставила Москву повременить с назначением на должность очередного гауляйтера. Несколько раз жители контролируемых Москвой территорий голосовали за "не того" политика - так в Абхазии и Приднестровье к власти приходили люди, которые бросали вызов официальным кандидатам Кремля. Казалось бы, всего этого можно избежать, если выстроить четкую властную вертикаль и контролировать, на что идут выделяемые Москвой деньги. Но для российской верхушки и Донбасс, и Абхазия с Южной Осетией, и Приднестровье - это территория разграбления. Кремлю совершенно не важно, какими будут отношения в местной власти и что происходит с населением. Могут как-то удержать порядок - хорошо. Способны поделиться награбленным с "кураторами" - еще лучше. Ведь эти регионы удерживаются для дестабилизации ситуации в соседних странах и чем там будет хуже - тем лучше для Москвы. Кремль не строит витрины, он сооружает отхожие места. Источник
