Музыканты из Mgzavrebi споют в Петербурге на "ГрузияPLAY"
В выходные в Петербурге пройдёт "ГрузияPLAY" – большой фестиваль в лучших кавказских традициях.
Много вкусной еды, эмоционального кино, пронизанной солнцем живописи – и просто красивых людей. Первый день завершат Mgzavrebi, пожалуй, самые известные в России грузинские музыканты, недавно даже спевшие в "Вечернем Урганте". Фронтмен группы Гиги Дедаламазишвили дал Metro эксклюзивное интервью
Гиги, в Петербурге вы бываете довольно часто. "ГрузияPLAY" – это что-то особенное?
Да, вот я сейчас вспоминаю – настолько большого события про Грузию за последние пять лет не было. Будут художники, очень интересное кино – и два больших концерта. Петь будут Нино Катамадзе и мы, Mgzavrebi.
Плей-лист уже готов?
Каждый концерт – это особенное настроение. Если мы не презентуем альбом, то заранее не составляем никакой список. Вообще у нас 99% – грузинских песен. И только 5-6 русских.
Как вы относитесь к статусу самой известной грузинской группы в России?
Не знаю. Мы об этом вообще не думаем, мы о песнях думаем. Это очень сложно – не обращать внимание на то, что о тебе люди говорят. И в целом мне все эти "статусы" очень не нравятся, я от вас об этом в первый раз услышал (смеётся).
Гиги, вы столько концертов уже давали в России – здешняя публика от грузинской отличается?
Там дольше присматриваются, а здесь – быстрее "раскачиваются". В целом люди везде одинаковые: нам больно, когда нас ранят, мы смеёмся, когда нам весело. Потому, если ты всё сделал на сцене, что мог – тебе похлопают и грузины, и русские, и молдаване, и американцы. И никакие "языковые барьеры" здесь ни при чём, никакой "плохой звук". У нас были концерты, когда просто выключали свет, а мы всё равно пели.
Одна девушка нам призналась: ребёнок хорошо под вашу "Если я" засыпает...
Правда? Отлично как (смеётся).
Да. Так вот, есть музыка для дружеских посиделок, есть для пробежек, для медитации? Для чего Mgzavrebi?
(Пауза.) Для всего – для жизни. Мне многие говорят: вот мы хинкали сделали, вас слушаем. Мне не хочется, чтобы Mgzavrebi были группой под хинкали или под хачапури. Мы ведь пиццу под итальянскую музыку не делаем, да? У нас жизненные песни, потому мы – "для жизни".
К слову о хинкали: вы уже научили супругу готовить грузинские блюда?
Я сам не очень умею (смеётся). Да и наша квартира в Тбилиси – в 50 метрах от самого "вкусного" в Грузии ресторана... Я считаю, готовить нужно по настроению, а не по необходимости. И я не из тех, кто говорит (делает "суровый" голос): "Почему у нас нечего кушать?!".
Вернёмся к музыке. Вы однажды сказали, что не поёте чужого, но сделали бы исключение для "ЧайФа" и "Сансары". Почему?
С "Сансарой" мы уже спели. А "ЧайФ" – мои хорошие друзья и очень хорошие люди. Они нам много помогали, мы их очень любим. А вообще, знаете, я пою потому, что пою собственные песни... Потому и от совместных предложений чаще отказываюсь.
В апреле Mgzavrebi презентует пластинку Krebuli. Это перезаписанное "лучшее"?
Не очень люблю вот это слово – "лучшее". Это сборник песен, которые повлияли на нашу жизнь, которые "зашли". И нет, мы ничего не перезаписывали: "Новую зарю" я спел в 17 лет – и там слышно, что это семнадцатилетний парень. Мне это нравится.
"Советское детство я почти не помню. Но носки, которые мне мама на батарее грела – они в памяти остались. Потом отопление выключили".
Гиги Дедаламазишвили, Mgzavrebi
Кстати, читатели спрашивают: вы в той ранней юности себе так представляли жизнь музыканта?
Только в общих чертах – длинные волосы и бесконечные поклонницы и вечеринки. Я хотел работать юристом, учился на актёра – и даже сейчас всех прошу: "Снимите меня в кино, я ведь так хорошо играю". Отцов, преимущественно, и дядей – у меня внешность далеко не для героя-любовника.
О перспективах: могли бы переехать в Россию?
Да, если будет много концертов. Для меня главное – семья и работа. Я живу в Грузии, иногда – в Киеве, оттуда родом моя жена, она там работает... Я очень ценю, что могу целый день играть с дочкой или писать песни. Мало что изменилось за десять лет – и я тому счастлив.