«Прадед, дед и бабушка вовевали – их не подведу»: мама бойца о том, почему он ушел на СВО
«Дочь служит в полиции, говорит, если призовут, прятаться не будет»
Супругам Гульнаре и Равилю Хамитовым по 54 года. Они родители трех дочерей и сына, который сейчас воюет на СВО. Живут они в селе Карамалы Алькеевского района.
Бойцу 30 лет, его позывной – Чак. По словам матери, такой позывной сыну дали сослуживцы.
«Мы мишары, и звук “ч” в нашей речи особенно выделяется. Наверное, поэтому такой позывной и дали ему», – говорит она.
Когда Чак попал на СВО, жизнь всей семьи кардинально изменилась. Теперь родители и одна из их дочерей активно занимаются сбором и отправкой гуманитарных грузов.
«Дочери 20 лет, уже год, как она работает в полиции. Говорит, если призовут, тоже пойдет, прятаться не будет», – рассказывает Гульнара.
«Муж привил сыну трудолюбие, научил заботиться о семье»
Сын отслужил в армии, после работал на «КамАЗе», потом устроился дальнобойщиком.
«Я вышла замуж, когда сыну было семь лет. Мой муж принял его как родного, всегда они были рядом. супруг водителем работал и научил сына всему, что сам умел, привил ему трудолюбие, научил заботиться о семье, о своих близких. Вот и он вырос у меня таким самостоятельным. Когда я заболела, помогал мне с лечением. Я им очень горжусь», – говорит мать бойца.
К слову, на СВО Чак тоже работает водителем, служит он в штурмовой роте артиллерии.
«Они там – универсальные бойцы. Он не только водитель, другие обязанности тоже выполняет. Сейчас он лежит в госпитале, получил легкое ранение, когда развозил питание. Ему пришлось тогда и машину спасать, и себя. Осколок попал в бензобак, они ускоренно все ремонтировали, и, видимо, тогда и в него осколок попал. Позже пошло осложнение на позвоночник. Пришлось сделать операцию. Говорит, как встанет на ноги, обязательно снова отправится в бой», – поделилась Гульнара.
О своих боевых буднях Чак мало рассказывает родным.
«У него на все один ответ: ‘’Все хорошо’’. Они там никогда не жалуются. Если мерзнут, говорят, что тепло, если кушать нечего, говорят, что сытые. Сын нам присылал видео, как они оборудовали свой блиндаж, – показывает, чтобы мы спокойны были. Им Татарстан очень много помогает – и бани привозят, и печки. Очень много помощи оказывают», – рассказывает мать бойца.
«У меня дед служил, прадед служил, прабабушка даже служила – не могу подвести их»
Осенью 2022 года сын сообщил, что уходит на СВО. Отговаривать его было бесполезно.
«Он говорил: “У меня дед служил, прадед служил, прабабушка даже служила. Я не могу подвести их, я их память порочить не буду. Они пошли, и я пойду”. Моя бабушка была замужем всего 22 дня, ее мужа, моего дедушку, забрали на фронт, он погиб под Брестом. Бабушка была беременна, она родила и через некоторое время ушла на фронт. Там она попала в плен, у нее осталась татуировка в виде звезды и шрам на голове. Она больше не выходила замуж, и всю жизнь над ее кроватью висел портрет мужа», – поделилась Гульнара.
По словам матери, когда сын ушел на СВО, его жена ждала ребенка.
«В марте у него родилась дочь, на выписку он приехать не смог, домой приехал только через год. Я осталась дома, а муж поехал в Казань встречать. Когда приехали, все село вышло его встречать как героя. Он единственный в нашем селе участник СВО», – рассказывает мама бойца.
Чтобы помогать сыну, семья начала собирать гуманитарную помощь. Но вскоре их сборы стали настолько масштабными, что подключились и соседние села. Помогать начали и другим бойцам.
«Каждый месяц мы передаем посылки нашим военным. Люди всегда стараются что-нибудь принести, хоть чем-то помочь. Мы собираем средства на печи, рации, теплые носки, средства гигиены, какие-нибудь вкусняшки и обязательно передаем чак-чак и баурсак. Спасибо всем, что проявляют заботу, большая благодарность главе района и нашего сельского поселения», – рассказывает она.
«Каждую посылку подписываю позывным, а если не знаю позывного, пишу: “Дорогому сыночку”»
Гульнара благодарит и за то, что их с супругом не оставляют без внимания – всегда помогают и приглашают на мероприятия.
Собирать и отправлять посылки помогали различные общественные организации, а затем супруги стали сами ездить на передовую.
«Каждый раз мы формируем 13 посылок. Одна сыну, остальные – другим бойцам, с которыми познакомились на СВО, или тем, кто когда-то помог нам. Каждую посылку подписываю позывным, а если не знаю позывного, пишу: “Дорогому сыночку”. Иногда бывает так, что мы передадим посылку, а нам потом говорят, что этот боец погиб. Тяжело всегда слышать такие новости», – рассказывает мать бойца.
«Мы их ждем с Победой, они все для нас сыновья, чужих нет»
Дополнительно супруги формируют небольшие коробки с угощениями – их они дарят военным на блокпостах во время поездок.
«Кто бы там ни стоял, из Татарстана парень или из другого региона. Стараемся их порадовать. Обязательно угощаем их чак-чаком и баурсаком, нашими национальными сладостями, они их очень любят. Первое время они с опаской принимали, а потом уже видят, что номер татарстанский и акцент татарский, и понимают, что бояться нечего. Когда их угощаем, крепко обнимаю, как родных детей, и говорю: “Берегите себя”. Ведь мы все их ждем с Победой, они все для нас сыновья. Чужих нет», – расплакалась мама бойца.
Особая радость для родителей – увидеть сына, ведь в отпуск он приезжает не часто.
«Увидеть его – счастье. Но потом… мы ведь всего несколько минут там с ними. Не успеваешь ни разглядеть, ни обнять, а уже уезжать надо. Это самое тяжелое. Они все смотрят в глаза. А когда видят, как я к стеклу машины прижимаюсь, уезжая, они говорят: “Гульнара апа, ты как будто в окно машины хочешь выйти”. Конечно, я бы ни одного из них здесь не оставила, всех бы с собой забрала. Тяжелее всего прощаться с ними, потому что не знаешь, будут ли они здесь, когда снова приедешь», – сквозь слезы говорит она.
Фотографии и видео предоставлены Гульнарой Хамитовой