Британские СМИ: у России, Турции и Ирана в Сирии «адски трудная задача»
Убийство российского посла Андрея Карлова не сорвало московскую встречу министров иностранных дел России, Турции и Ирана, посвященную ситуации в Сирии, констатируют британские газеты. Напротив, Москва и Анкара пообещали и дальше действовать сообща в разрешении сирийского кризиса, отмечает Financial Times.
Карлов, информирует издание, принимал самое непосредственное участие в российско-турецких переговорах, в ходе которых последние две недели решался вопрос об эвакуации десятков тысяч жителей Алеппо. Сейчас же консультации Турции и России получили новое направление: представители двух стран обсуждают ситуацию в провинции Идлиб, где скопились беженцы из Алеппо.
Как заявил в интервью FT бывший турецкий дипломат Синан Юльген, ныне эксперт в Европейском центре Карнеги, «Идлиб, вероятнее всего, скоро превратится в следующую арену боевых действий для сухопутных сил, действующих при поддержке Ирана, задачей которых станет захват провинции».
Несмотря на оптимистические заявления по итогам трехсторонних переговоров в Москве, нет никакой гарантии, что Россия, Турция и Иран смогут достичь совместных реальных результатов на практике, полагает Юльген. По словам эксперта, для трех ключевых игроков, борющихся за влияние в регионе, «это действительно адски трудная задача» — согласовать за кулисами собственные, часто диаметрально противоположные интересы.
Обозреватель The Times Роджер Бойес тем временем отмечает, что нынешние партнерские отношения России и Турции больше напоминают «брак по расчету». «Результатом не афишируемых контактов между Анкарой и Кремлем стал обмен уступками на поле боя: Россия закрыла глаза на противостояние турецких войск и курдов на севере провинции Алеппо, тогда как Турция по-тихому оставила в Алеппо без собственной поддержки подразделения „Свободной сирийской армии“», — полагает Бойес.
«С каждым днем становится все яснее, что Эрдоган продолжает сближаться с Путиным, а не с Западом», — указывает автор статьи. Судя по всему, Эрдоган сделал или же готов вот-вот сделать свой окончательный выбор, отказавшись от многолетнего сотрудничества с Западом в пользу «стратегического партнерства» с Россией, полагает обозреватель The Times.