Прогнозировать перспективы Сергея Кириенко в роли куратора внутренней политики нужно в первую очередь по результатам его работы во главе госкорпорации «Росатом». Приведу лишь некоторые цифры. Прогнозировать перспективы Сергея Кириенко в роли куратора внутренней политики нужно в первую очередь по результатам его работы во главе госкорпорации «Росатом».
У Кириенко был короткий эпизод публичной политической активности, и не сказать что неудачный – участие в избирательной кампании Союза правых сил, до того как эта партия руками других политиков была превращена в маргинальную либеральную партию.
Напомню, в 1999 году Кириенко и Чубайс поддерживали Путина, но после посадки Ходорковского и разгрома «семибанкирщины» Чубайс фактически ушел в оппозицию, а Кириенко – на госслужбу.
Последний раз Кириенко появлялся на публике вместе со своими прежними соратниками на похоронах Бориса Немцова, к которому он всегда испытывал теплые чувства.
Корпоративное развитие в чем-то сложнее, а в чем-то и проще политического модерирования. В успешном развитии корпорации серьезную роль играют правильно выстроенные стратегии, в то время как в политике много сиюминутных факторов и роль личности тоже очень велика.
У меня был опыт взаимодействия с Кириенко как раз в рамках федеральной избирательной кампании Союза правых сил 1999 года, и работа строилась как раз исключительно вокруг стратегии и планирования, хотя избирательная кампания – короткий цикл.
Я представлял федеральный штаб СПС, где у меня был свой участок работы, а Кириенко руководил московским, потому что одновременно претендовал на пост мэра Москвы, если кто забыл. Факт, что решение тактических задач Кириенко всегда делегирует другим.
В 1999 году в московском штабе СПС его стратегом был создатель методологической школы имени своего знаменитого отца Петр Щедровицкий, а тактиками – политтехнологи Марат Гельман и Ефим Островский.
Щедровицкий и Островский затем ушли с Кириенко в Приволжский федеральный округ. Кстати, сегодня Щедровицкого, а также главу Россотрудничества Любовь Глебову, еще одного члена команды Кириенко, многие прочат в администрацию президента.
Так вот по итогам работы Кириенко в Росатоме можно сказать много всего хорошего. Сергей Кириенко преуспел именно в создании и реализации стратегий, причем в Росатоме их не одна.
В госкорпорации есть и общая стратегия экспансии на международные рынки, и образовательная программа, и стратегия корпоративного социального развития в регионах присутствия, объективно одна из самых сильных в стране, и стратегия развития инновационной науки.
За последние годы в Росатоме появились новые корпоративные дивизионы: инжиниринговый, машиностроительный (ключевую роль играет АО «Атомэнергомаш», производящий всю линейку оборудования для блоков), урановый (6 рудников в Казахстане и 1 в США).
Росатом занимает второе место в мире по объему минерально-сырьевой базы и третье по добыче урана, что обеспечивает полную сырьевую независимость российской атомной отрасли. Плюс атомный ледокольный флот, ключевой для освоения Арктики.
Посмотрим на цифры. Росатом был преобразован в корпорацию в 2007 году. Выручка в 2008-м – 311 млрд рублей. В 2015-м – 784 млрд рублей. Портфель зарубежных заказов увеличился с 39,88 млрд долларов до 108,23 млрд долларов, причем мы с вами говорим о нынешней ситуации режима санкций против России, и вот в такой ситуации в 2015 году Росатом успешно наращивал именно международные связи.
Удалось сохранить главное – российские ядерные технологии обеспечивают стабильность и безопасность в атомной энергетике. За последние 16 лет на российских АЭС не было ни одного ЧП выше уровня 1 по международной шкале ядерных событий INES.
Практически каждый год за последние десять лет вводились в строй новые блоки АЭС. Как в российских регионах, так и за рубежом: Иран, Китай, Индия. В начале 2000-х Россия утратила рынки поставок топлива для финской «Ловииза» и чешской «Темелин».
Поставщиком топлива на эти АЭС стала американская компания Westinghouse. В 2010 году ТВЭЛ (топливный дивизион Росатома) полностью вытеснил Westinghouse с европейского рынка ядерного топлива для реакторов российской конструкции.
При этом вопросы российской энергобезопасности все равно стоят у Росатома на первом месте: в августе 2016 года состоялся запуск шестого блока Нововоронежской АЭС, это первый в мире энергоблок поколения «3+». В декабре ожидается его сдача в промышленную эксплуатацию.
Росатом занимается не только строительством и сервисом АЭС. Созданы подразделения по ядерной медицине и переработке твердых бытовых отходов. Росатом занимается и крупными научными проектами, выделяя на эти цели около 4,5 процента выручки.
Инициировал крупные проекты федерального уровня (проект «Прорыв», Супер-ЭВМ, космическая ядерная установка мегаваттного класса), стартовал процесс перехода на новую технологическую платформу – на замкнутый ядерный топливный цикл с реакторами на быстрых нейтронах.
В силу специфики Росатома, как закрытой для внешнего мира корпорации, об этих успехах Сергея Кириенко не многим известно.
Думаю, что они затмевают все последствия пертурбаций 1998 года, когда Кириенко, будучи премьер-министром, взял на себя весь административный удар дефолта. Кстати, сразу после отставки уехал то ли на месяц, то ли на два в Австралию и Новую Зеландию – приходил в себя. С тех пор он сильно изменился и во многом преуспел.
Думаю, никаких проблем у Кириенко при взаимодействии с Вячеславом Володиным, равно как и другими ведущими администраторами, не будет. Делить им фактически нечего. Значительная часть полномочий Володина ушла в Государственную думу: роль парламента, равно как и «Единой России» как доминирующей партии после последних выборов, заметно выросла.
Задача обоих политических администраторов – обеспечить сохранение повестки политической стабильности перед лицом различных внешних угроз. Без правильно выбранной стратегии тут явно не обойтись.
Источник: Блог Игоря Рябова
Теги:
Росатом, Вячеслав Володин, власть, Сергей Кириенко
