Как "Исламское государство" влияет на турецко-курдские противоречия?

Жертвами теракта, прогремевшего в минувшее воскресенье в городе Газиантеп на юге Турции, превысило 50 человек. Взрыв прогремел на свадебной вечеринке, когда молодожёны выходили из дома, а гости начали расходиться. В итоге многие из гостей и родственников погибли, а сам жених получил ранения. Пока ответственность за теракт никто на себя не взял, однако власти Турции поспешили обвинить в организации взрыва террористическую группировку "Исламское государство" (ИГИЛ) – по словам турецкого президента Реджепа Тайипа Эрдогана, смертнику было всего 14 лет.

Несмотря на обещания правительства в скорейшие сроки найти участников теракта, для ликвидации его последствий этого может оказаться недостаточно. Очевидно, что место и время для взрыва были подобраны террористами неслучайно: Газиантеп, расположенный недалеко от турецко-сирийской границы активно используется исламистами для сбора информации и её последующей передачи в Ракку и Мосул, оба молодожёна принадлежали к влиятельным в городе семьям, близким к Партии демократии народов (ПДН) – прокурдской политической силе, в прошлом году впервые получившей представительство в парламенте, обогнав турецких националистов. Иными словами, террористы целились не столько в турецких граждан, сколько в курдов, вооружённые отряды которых создают им проблемы практически на всех участках фронта. Но при чём здесь Турция?

Дело в том, что, несмотря на прекращение дискриминации курдов, которых раньше повсеместно записывали в турки, правительство продолжает относиться к ним крайне настороженно. Причиной является деятельность запрещённой в Турции Рабочей партии Курдистана (РПК), лидер и основатель которой Абдулла Оджалан отбывает пожизненное заключение в турецкой тюрьме. В 2013 году между турецким правительством и РПК было подписано мирное соглашение, казалось, завершившее несколько десятилетий кровопролитной борьбы. Однако продержалось оно недолго: уже в 2015 году обе стороны констатировали, что соглашение о прекращении огня больше не действует.

Причиной обострения напряжённости между турками и курдами стала битва между курдским ополчением и исламистами за сирийский город Кобани. Несмотря на то, что город находится практически на границе, турецкие танки и военная техника, сосредоточенные территории Турции, не предпринимали никаких действий, чтобы остановить террористов, до которых могли бы дострелить. Это вызвало массовые демонстрации по всей Турции, в ходе которых произошло несколько нападений курдских активистов на полицейские участки. В ответ турецкая армия, обвинившая в беспорядках РПК, действительно нанесла удары, но не по ИГИЛ, а по позициям курдов в Ираке. После этого в РПК заявили о вынужденном выходе из режима перемирия и вернулись к тактике, которой следовали все эти годы, то есть, к нападению на полицейские участки, армейские части и военные патрули.

Давление на курдов продолжается: Реджеп Тайип Эрдоган неоднократно заявлял, что РПК представляет для страны большую опасность, чем ИГИЛ, что подтверждается военными операциями в Сирии и Ираке, где турецкие самолёты уделяют позициям курдов куда больше внимания, чем исламистам. С притеснениями сталкиваются и депутаты Партии демократии народов, которых обвиняют в сочувствии РПК. Давление на политиков значительно усилилось после принятия закона, позволяющего лишать членов парламента депутатской неприкосновенности, а также неудачной попытки военного переворота и последовавшей за ним чистки практически во всех слоях общества.

Министр иностранных дел Турции заявил, что ответом на теракт станет усиление борьбы с "Исламским государством" на турецкой границе. "ДАИШ [ИГИЛ] должна быть полностью отброшена от наших границ, и мы готовы сделать всё, что для этого потребуется", — заявил глава турецкого МИДа. Однако у многих его слова вызывают сомнения: официальная Анкара по-прежнему делает ставку на свержение Башара Асада с поста президента Сирии, что вряд ли удастся сделать без регулярных поставок оружия повстанческим группировкам.

Больше всего не доверяют собственному правительству курды, на похоронах погибших кричавшие "Эрдоган – убийца!" и забросавшие камнями представителей правительства, пришедших с турецкими флагами. Ответом стал запрет на распространение информации о теракте и похоронах жертв в СМИ и социальных сетях. По мере того, как курды теряют веру в способность правительства их защитить, всё больше людей начинают сочувствовать идеям независимого Курдистана, который является страшным сном Анкары. Пока сложно говорить о перспективах независимого курдского государства, но очевидно одно: до тех пор, пока гражданская война в Сирии будет продолжаться, она будет оставаться важнейшим фактором влияния на межэтнические отношения в Турции и во всём регионе.