Город, который построил Замятнин. По следам главного архитектора Воронежа
Путешествие замятнинским местам Воронежа провела экскурсовод Ольга Рудева.
Из жизни архитектораМихаил Замятнин работал в Воронеже самом начале 20 века, но, к сожалению, крайне мало. Началась Первая мировая война, и строительство зданий в стране прекратилось. У семьи Замятниных была своя мебельная фабрика «Щепочка» в Сомово, которая является родоначальником нынешней мебельной фабрики. У Михаила было четверо братьев. Младший брат решил рано жениться, но отец был категорически против. Тогда Александр Замятнин уезхал в Персию и пообещал отцу не жениться, пока он будет жив.
А вот как сам архитектор Михаил Замятнин прожил свои последние годы, никому не известно.
«Судьба Михаила Замятнина схожа с судьбой Федора Шехтеля. Человек, по проектам которого выстроены лучшие здания города, доживал свои дни в маленьком одноэтажном доме, - говорит краевед Ольга Рудева. - Несмотря на масштаб этих личностей, последние дни они провели в бедности и одиночестве».
Первое строение Замятнина в Воронеже – красное кирпичное здание Юбилейных казарм на Красноармейской улице. Именно с него и началась деятельность Замятнина как городского архитектора.
Затем архитектор строит здание Дворянского земельного и Крестьянского поземельного банка. Интересно, что дворянам давали любые ссуды под залог, а крестьянам только на покупку земли. Светло-желтое здание на улице Орджоникидзе, украшенное настенным барельефом с жёлудями, - это стиль модерн во плоти. Банк отделан кафельной плиткой «кабанчик», которая была выполнена по специальному заказу. Но после войны от декора почти ничего не осталось, и была выполнена реконструкция. Интересно, что подобные здания есть и в воронежской Бутурлиновке.
Здание Волжско-Камского банка во время войны сильно пострадало, но потом его восстановили. Но главные символы - Гефеста и Афину - оставили. Советские архитекторы посчитали их пролетарскими и сохранили для потомков.
Мало кто знает, но Кольцовский сквер раньше назывался Кольцовским садом и был гораздо меньше. Рядом с ним, на территории теперешней проезжей части, стоял грандиозный дом купца Петрова. Это был огромный доходный дом с чугунными кружевными лестницами, кафельными полами, майоликовым пано, на котором был изображен поход Петра Первого на Азов. Но дом во времена войны сгорел, и все архитектурные изыски сохранились только в памяти живших там людей.
Здание гостиницы «Бристоль» могло бы украсить улицы Санкт-Петербурга, Москвы или любого европейского города. Автор этого помпезного сооружения - Михаил Фурманов. Этот дом - яркое воплощение модерна: разнообразные кривые линии, выразительные балконы, асимметричность. Было много споров, нужно оно в Воронеже или нет. Архитектор Лев Руднев говорил: «Ввиду упаднического здания эпохи декаданс предполагается придать зданию иной вид: балконы прочь, окна заложить». Но общественность отстояла право на его существование в том виде, котором оно было построено.
Архитекторы, работавшие в стиле модерн, задавались вопросом «Как совместить полезное с красивым?». Ответ был таким: «Сделать полезное красивым». Так, в Бристоле на втором ресторанном этаже была открыта кухня. Если раньше кухню отделяли стеной, то тут ее сделали открытой. Кстати, здание с таким же архитектурным решением - похожее на «Бристоль» - есть в Париже, в нем располагается гостиница «Марриот». Но воронежский «Бристоль» построен раньше.
Самая известная работа Михаила Замятнина – «Дом с совой». В 1912 году он начал строить его для себя и своей семьи. Но началась Первая мировая война, и первый этаж был сдан немецкой баронессе. Роскошь интерьеров потрясала, он мог соперничать с лучшими дворцами Москвы и Санкт-Петербурга. Война не пощадила и этот дом, все сгорело, до конца его так и не смогли отремонтировать.